Читаем Ах ты... дракон! полностью

«Рука Нойта-вельхо» была, что называется, «сработанная». Лишних слов они тратить не стали — только подобрались и молча уставились на недоброго вестника. Взъерошенный Гэрвин поспешно положил на стол янтарную пластинку толщиной примерно в палец. Янтарь был явно старый, с неровными, будто выкрошенными краями и занятно (если бы дело происходило при других обстоятельствах) перемигивался красноватыми огоньками.

— Гэрвин…

— Сейчас! — торопливо перебил молодой вельхо. — Вот, посмотрите. Я не стал собирать мерители после окончания срока — хотел скопить как можно больше энергии. Законом допускается…

— Ближе к делу. О том, что допускается, а главное не допускается — потом.

— Это — отражатель… то есть модель… подключил его на всякий случай. На нем, если помните, видны все точки… то есть все отслеживаемые объекты. Ну как обычно. Сейчас настроено так, чтобы как только меритель наполнится, он изменит цвет — на красный. Еще утром… да что там, еще три часа назад они были вот такими, — чуть дрогнувший палец указал на россыпь желтых и бледно-оранжевых точек по левому краю и верху. — А сейчас — вот. Красный…

Комнату затопило молчание.

— Первыми засветились вот эти два — у городских ворот (он был практически пуст, поставлен лишь для сравнения), потом на прилегающей улице. И дальше…

— То есть ты хочешь сказать, что некто, обладающий мощной магической энергией, вошел в город и движется по улицам?

— Да. И настолько мощной, что заряжает мерители почти мгновенно. На настоящий момент… это могут быть только драконы.

— Немыслимо. В закрытом городе…

— Объявляем тревогу? — подхватился Пилле.

— Подождите, — одноименный Вида решительно придержал товарища за плечо. — Тревоги-то как раз нет. А ведь после налета, как правило, люди склонны видеть драконов в каждом пролетающем облачке. Как это могут быть Крылатые? У нас бы тут народ уже двери сорвал — ломился за помощью.

— А мерители?

— Что — невидимые драконы?

— Отчего же? — старейший задумчиво тронул тревожно мерцающую пластинку. — Людоформы.

— Что?

— Сейчас об этом не слишком принято говорить… но еще тридцать лет назад такие случаи были нередки. И при включении в нашу команду вам должны были дать такую информацию. Или вы посчитали ее шуткой? Или вы считаете, что дракон явился сюда так, праздничек с людьми отметить?! — блеклые глаза в сеточке морщин вдруг сверкнули остро и зло, а старческие пальцы с хрустом раскрошили край пластинки. И Гэрвин замер, едва удержавшись от от того, чтобы отступить назад. Милого чудака, рассеянного любителя «послежизни» Бира Майке больше не было, перед ними стоял подобравшийся хищник, готовый бить насмерть, не считаясь ни с чем.

«Старая гвардия, — мелькнуло в голове. — Недаром говорят, что он один из тех, первых…»

— Где он сейчас?

— П-последний меритель… — судорожный взгляд на пластинку мигом исцелил внезапный приступ заикания. Гэрвин поднял потрясенный взгляд. — Он на площади. На городской площади!

— Немедленно туда. Все снаряжение — в боевую готовность.

Макс.

Да когда же я успел так привязаться?

Как это вышло? Почему сейчас, когда Янка засветилась мне навстречу, внутри что-то так отозвалось… ведь почти больно стало. От… счастья?

Счастья.

Ага. Я, Макс Воробей, крутой чел, реальный пацан, готов был взлететь от радости, что чужая малявка мне улыбнулась. Узнал бы кто из компании — ведь оборжали бы с ног до головы. Лох, натуральный лох, которого можно купить на банальное «разводилово насчет моральных ценностей» — тот же Толян так бы и сказал, слово в слово. Нормальных, мол, на такое не купишь, реальный пацан точно знает, что все это нестоящее фуфло, а жить надо клево…

Ну… наверное, я не нормальный.

И знаете, что? Мне, похоже, пофиг.

Я стою на площади чужого города в чужом мире, у меня ни ноута, ни тачки, ни перспективы их заработать в ближайшие лет сто, на мне не то что одежды с лейблами нет — на мне вообще черте что с чужого плеча, сшитое в неизвестной деревне… но мне пофиг! Абсолютно.

Потому что Янка и наша неукротимая бабуся живы. Потому что они нас искали, ждали.

И рады нам.

И мне давно не было так тепло — там, в грудной клетке.

Отплакавшись на груди теперь уже Славки, мелочь решительно ухватила наши ладони в свои лапки и энергично так поволокла «домой». А попутно выкладывала новости.

— Бабушка Ира считается «трехименной», и я тоже. Нас поселили в специальном доме — в приюте. У нас все хорошо. А вы где были? Мы так вас искали… бабушка Ира подала «про-ше-ни-е», что у нее пропали родственники. И каждый день ходила в тот дом, ну, где нас держали. Там раскапывали подземелье и все выносили, что находили. Но вас там не было. Только вещи… ей отдали. А вы…

— Мы… мы далеко были, Яна. Мы обязательно расскажем. Только это секрет.

— Секрет? А я тоже знаю один секрет. Мы драконов видели! В лесу! Представляете?! — Янка сделала страшные глаза.

Я представлял. Блин, принесло же эту малышню туда…

— Сторожа сказала, что обязательно их поймает, но пока нам нельзя никому рассказывать — это секрет. Чтобы не было панков.