Читаем Ах ты... дракон! полностью

И что? Миг, другой, взгляд на драконыша, на толпу, что таращилась на детенышей примерно в шесть сотен любопытных глаз… и все. Преобразилась. Непролитые слезки мигом высохли, явно помятое крылышко расправилось и легло на бочок, головка мило вздернулась и коронка заблистала милейшим золотистым светом с просверками розового. Словом, являла собой такое трогательное и нежное существо, что именование «кровавая тварь» в отношении этого милого создания было совершенно невозможно.

— Все мальчишки — вредины! — выдало существо. — Дядя Пало, он меня обнимал! Вы видели?

«Уже не дедушка» не нашел что ответить. Чуть ли не в первый раз за всю жизнь. Собственно говоря, он очень слабо представлял себе, что сказать дракончику-девочке, которая жалуется, что дракон-мальчик напал на нее, чтобы обнять. При этом напрочь игнорируя тот факт, что она — дракон, а здесь вообще-то земли людей, которые драконов обычно терпят только в виде нелегальных драконьих ингредиентов…

Драконий детеныш тоже, кажется, растерялся — замер и встопорщил гребешок, пытаясь вникнуть в суть претензий.

Существо покосилось на ошалелого парнишку и аккуратно добило его фразочкой:

— Я за него замуж не пойду.

Что?

Толпа среагировала раньше вельхо. И, разумеется, раньше онемевшего от неожиданности драконыша:

— Вот так — не успел моргнуть, — взлетел над полигоном веселый молодой голос, — а тебя уже оженили.

— Шустрая девчоночка, — поддержал мужчина постарше.

— Все бабы одинакие, — философски отозвался уже немолодой мужик, бывший сторожник. — Разок приобнял — и все, женись!

— Держись, парень, не поддавайся!

— Стал быть, теща моя — всамделе дракон… — не оставлял надежды прояснить семейную родословную несчастливый зять. — Тесть говорил, он ее и обнять еще не успел — глянул тока, а она уж и свадьбу надумала как проводить, и имена детям подобрала.

— Все они драконы, если честно…

— Драконицы. Или драконихи. Или… как правильно, остай вельхо?

— Драконицы, — совершенно самостоятельно ответствовал язык почтенного чародея. Хозяин языка в это время пытался понять, каким образом толпа, опасное и трудноуправляемое множество людей, так легко и спокойно перешла от опаски к сочувствию и доброй насмешке.

— Замуж?! — волшебное слово наконец вернуло несчастному драконышу дар речи. — Я не…

— Не хочешь жениться? — коварно перебила «жертва».

— Нет!

— Чиррррррр! — возмутился Штуша, пикируя на голову хозяйки.

Поддержка оказалась кстати. Или некстати?

— Так ты еще и жениться не думаешь? — повысила голос бывшая «внучка». — А зачем тогда обнимался?

— Я… — на этот раз паренек сообразил, в какую ловушку его загнали, и закрыл рот, соображая, что все-таки ответить, чтоб не увязнуть еще глубже.

Но глубина женского коварства еще себя не исчерпала:

— Я ж говорю — вредины! — заключила невеста, задрав нос. — Бессовестные вредины!

Толпа уже хохотала:

— Ага, вот и спасай таких!

— А я бы спас, — мечтательно протянул новый голос. — Она холесенька…

— Дожили, и этот уже в женихи… Ты до пяти лет хоть дорасти, жених!

Выступление самого юного кандидата в спасатели стало толчком: к разговору подключилась женская половина:

— Правильно, девчоночка, держи его покрепче! А то они такие: чуть отвернешься — а его уже и нету. Дела у них, видишь ли! Знаем мы эти дела!

— Правильная девица. Это по-нашему.

— Ой, а смотрит-то как, смотрит… подрастет — и за ней парни наперегонки с драконами бегать будут.

— Кто бегать, кто летать…

— Видишь, дочка, как надо? А ты все: мамонька, мне рано еще с парнями, мне рано замуж. Вот тебе и рано!

— Мам!

— Учись, дочурка, как парней правильно в угол загонять… Чтоб не улизнул. Некоторые парни не понимают, где их счастье, пока их по лбу не шарахнешь…

— Обязательно по лбу? — деловито уточняет пышечка в полосатом платье. — Это потому у папы там все время шишка?

— Если твой папа не прекратит бегать трактир вдовы Ханни, то шишек у него станет две! И рога из них прорежутся! Слыхал, муженек?

— Слыхал-слыхал. И я, и половина соседей… — уныло отвечает бывший сторожник. — Чему дочку учишь…

— Чему надо учу!

— По лбу, значит, — хищно улыбается мамина дочка. — Я запомню.

— А чегой-та нам такое втолковывали, что драконы неговорящие? Еще какие говорящие — вона как чешут…

Ох, наверное, драконоверу нашему сейчас радость. Сразу столько единоверцев привалило. Но посмотреть на безусловно счастливого сектанта Пало было некогда. Он боялся выпустить из виду «будущих супругов». Мелкая претендентка в драконьи супруги продолжала «выедать мозг» своему несчастному спасителю.

— А ты такой чумазый. Принцы такими не бывают. Правда, Штуша?

— Чртттчк!

— А для тролля мелкий…

— Чирррк?

Драконыш остервенело отряхивал с лап (единственной непострадавшей от щипателей чешуи части тела) налипшую землю и мусор, явно стараясь не слушать юную провокаторшу. Но тут попробуй не услышь.

— Ты, наверное, какой-то особенный дракон? — не отставала девица. — Болотный, да?

— Аррру! — терпение дракончика, похоже, иссякало.

— Или земляной?

— Да сама ты! — не выдержал предполагаемый болотный обитатель. — Ты… ты…

Маленькая женщина немедленно почувствовала, что перегнула палку, и тут же сдала назад: