Читаем Ай Эм Промоутер полностью

Как завороженный, Ян сделал шаг и очутился на мостовой. Не удержавшись, он присел и потрогал теплые гладкие камни. Они были абсолютно реальные, каждый из них Ян мог рассмотреть в деталях. Про поиски деда он уже и не думал, только во все глаза рассматривал чудесную улицу. Может, это старые декорации, в каком-нибудь заброшенном кинопавильоне? Но какой же павильон, если над головой печет солнце?

Спросить было некого, улица была тиха и пуста. Ян подошел к ближайшему дому. Окна первого этажа были открыты, ветер слегка трепал между сиреневыми рамами выбившуюся наружу штору. Он остановился напротив окна, и ему показалось, что внутри промелькнул женский силуэт. Отчего-то Ян смутился и отошел в сторону.

Рядом с ним стояла круглая афишная тумба, но он не успел разглядеть сами афиши, где-то совсем рядом вдруг брякнул велосипедный звонок. Прямо посередине мостовой катил почтальон в темно-синей форме, в фуражке, с серебряной бляхой на груди и кирзовой сумкой через плечо.

Ян бросился к нему, хотел забросать вопросами, но в горле так пересохло, что язык не ворочался. Почтальон же невозмутимо остановился, соскочил с велосипеда, поставил его на ножку, двумя пальцами пригладил аккуратные усы-щеточки, залез в сумку и протянул Яну конверт. В конверте оказалась пестрая карнавальная маска, украшенная блестками и перьями.

– Что это? – все-таки смог выдавить из себя Ян.

Почтальон удивленно посмотрел на него, мол, как же можно не знать такой простой вещи:

– Вы приглашены на бал.

– Какой бал? – с еще большим недоумением спросил Ян.

Вместо ответа почтальон кивнул на тумбу. Ян повернулся и увидел большую афишу: в центре стояла женщина в карнавальном платье и маске, над ее головой сияла витиеватая надпись – «Бал-маскарад».

Ян снова повернулся к почтальону, но того уже не было.

Глава 3

– Бал-маскарад, – задумчиво растягивал слова Михаил Борисович, листая презентацию на ноутбуке. – Мы и сами об этом думали. Только, ребята, все должно быть на уровне. Понимаете меня? Не просто там маски раздать на входе, а чтобы все красиво было. Программа должна быть.

– Мы же прописали весь ивент, по шагам, – ответил Игорь.

– Да, вижу-вижу. Но бюджет…

Ян почти не участвовал в дискуссии. Ему было совершенно неинтересно, что скажет Михаил Борисович. Он был уверен, что проект уже их, а все капризные замечания и недовольные гримасы – просто игра вредного управляющего. Все мысли Яна были на той странной улице. Сейчас, когда он сидел в клубе, все произошедшее казалось абсолютно нереальным. Но не мог же он спать, стоя посреди города! И как он вышел обратно? В какой-то момент просто осознал, что стоит на Никольской, недалеко от клуба «Che», а в руках держит карнавальную маску.

– Он меня вообще слышит? – донеслось до Яна.

– Да, конечно, – очнулся он.

– Вот это разве нужно? – Михаил Борисович повернул к Яну экран ноутбука, на котором светился эскиз украшения входа в клуб.

– Да. Нужно, – просто ответил Ян.

– Это, знаете, кто-то сказал – театр начинается с вешалки, – добавил Игорь. – А у нас со входа будет начинаться.

Михаил Борисович смерил ребят неодобрительным взглядом и пытался еще что-то возразить, но Ян, неожиданно для себя, занял твердую позицию и отказывался уступить даже в малейших изменениях. Краткость и непреклонность его ответов сглаживал и смягчал Игорь. В конце концов, Михаил Борисович отказался от собственных корректировок и, непрерывно сопя носом, перешел к обсуждению бюджета.

Когда ребята вышли из клуба, Игорь остановился и положил Яну руку на плечо:

– Ну ты дал, вообще! – сказал он.

– В смысле?

– Я думал, он нас прямо там пошлет, когда ты упираться стал. Ян, ты бы поаккуратнее. Это наш первый серьезный проект.

– Вот именно, – невозмутимо ответил Ян. – Поэтому надо все сделать по-своему.

– Ну смотри.

Вечером нужно было ехать договариваться об аренде декораций, у Яна было время, и он решил забежать домой. У самой двери подъезда его догнали странные звуки. Ян обернулся. В стороне от детской площадки, за столиком, где обычно собирались мужики, сидел ссутулившийся человек и поочередно, но бессвязно брал аккорды на баяне. Повинуясь какому-то наитию, Ян подошел к человеку. Ссутуленная спина дернулась и распрямилась. Ян узнал дядю Пашу. Вид у него был непривычно растерянный и озабоченный. Увидев Яна, он сгреб со стола какие-то листки, исписанные закорючками нот, и сунул за пазуху.

– А я думаю кто там крадется? – дядя Паша попытался улыбнуться своей обычной беззаботной улыбкой, но вышло все равно чересчур смущенно.

– Чем занят, дядь Паш? – по-свойски спросил Ян, хотя раньше с ним не контачил, кроме того случая у «Пале». Это воспоминание заставило Яна ощутить тоскливый прилив запоздалого стыда. – Слушай, дядь Паш, я сказать хотел…

– А, не надо мне ничего говорить. Что я, не человек, что ли, не понимаю… – ответил дядя Паша, точно угадав мысли Яна. – Занимаюсь… Да, вот, в вещах рылся, нашел… Написал в юности, еще когда… А, неважно, все равно уже не вспомнить…

Он снова извлек нотные листки и разложил на столе. Ян заметил, как у него трясутся руки.