Я кивнул, прошел через проходную, не обращая внимания на удивленные взгляды.

Зайдя в кабинет, я удивился, шеф как всегда уже был на рабочем месте, но раздеваться и не думал — сидел одетым.

— Александр Владимирович…

— Не раздевайся, сейчас поедем — сказал Калинин — только вот машина придет… Поедем на повторный обыск в квартиру Комарова.

Наверняка на моем лице отразилась такая гамма чувств, что шеф хмыкнул…

— Не делайте такого лица, Сергей. Один не нашел — может быть вдвоем нам повезет и что-нибудь найдем…

Коротко прозвякал телефон, шеф схватил трубку, выслушал собеседника, лицо его по мере слушанья мрачнело все больше и больше. Наконец он коротко бросил в трубку: понял, следом бросил и саму трубку.

— Что?

— Да с машинами как всегда у нас…

Я задумался — говорить или нет. Шеф далеко не дурак и поймет, откуда машина, да еще с «прикрепленными» (на слэнге так называются телохранители — прим автора). С другой стороны — Александр Владимирович все-таки на нашей стороне и делает все, чтобы раскрыть убийство.

— Александр Владимирович… — замялся я

— Говори, что замялся…

— У меня… короче машину я найду…

— Ну, ищи — усмехнулся шеф, с машинами всегда и везде были проблемы, связанные с отсутствием присутствия. Не было их, короче.

— Она уже внизу.

Шеф посмотрел на меня иронично и оценивающе.

— Растете, молодой человек, растете. Персоналкой обзавелись? Пойдемте, взглянем.

Больше Александр Владимирович мне вопросов не задавал, как будто понимая, что ответов на них у меня нет.

Москва

04 февраля 1971 года

Квартира Комарова Р.С

— Понятых, Александр Владимирович?

— Да к чертям собачьим понятых! — шеф шумно сбросил зимнюю одежду, неаккуратно повесил ее на вешалку в прихожей, прошел в большую комнату, огляделся.

— Все равно то, что надо было искать с понятыми, мы уже нашли бы при первом обыске. Дверь на цепочку закрой! — сказал он мне

Я закрыл дверь на щеколду, вдобавок набросил цепочку.

— На криминалистике обыскам ведь вас учили?

Я кивнул

— Вот и славно. Тогда приступаем. Я ищу в большой комнате, ты в малой. Потом ванную, кухню, балкон и все прочее обыщем. Поехали!

Обыск… Дело не такое уж и простое, как кажется на первый взгляд.

Обыск целесообразнее всего проводить не сумбурно, а по часовой стрелке, начиная с двери комнаты, которую ты обыскиваешь и так по всей комнате. Искать надо тщательно, тем более что мы сами точно не знали что ищем. Верней, я примерно представлял — пачка бумаги, какой толщины — неизвестно, но явно не один лист…

Через пять часов я наконец сдался. Перерыл все книги из книжного шкафа, заглянул под мебель, проверил все подушки на мягкой мебели, посмотрел за батареями и даже простучал стены. Поднял ковер, посмотрел там. Вместе с Александром Владимировичем перерыли туалет, ванную комнату, кухню, даже поверили мусорное ведро. Безрезультатно. Ничего не было. Голяк. Полный ноль.

Устало выполз из перевернутой (ну старался, старался как можно аккуратнее — не всегда получается) темной комнаты, прошел на кухню, оседлал табуретку. Через десять минут на кухню вышел шеф, состояние его было не лучше. Оседлав, как и я, табуретку он закурил.

— Мы что-то пропустили? — спросил я

— Не знаю — ответил Александр Владимирович, гася недокуренную сигарету в стоящем на столе чайном блюдце — давай подумаем. Всю квартиру мы обыскали, то, что мы искали размером явно не с иголку, а намного больше. Если мы не нашли это в квартире — значит этого в квартире нет — так?

Я задумался. Мысли сменяли одна другую, я пытался найти самое непротиворечивое объяснение происходящего. И кое-какая мысль в голову пришла…

— Смотрите, Александр Владимирович, предположим, что Комаров имел документы или что-то что нужно было спрятать у себя на руках, когда он входил в дом, так?

Шеф кивнул

— Ну, допустим. И?

— Допустим — сказал я — теперь представьте такую ситуацию: Комаров подходит к дому и понимает, возможно, даже только тогда, когда входит в подъезд, что в квартире его уже поджидают. Он решает застать преследователей врасплох и захватить их, скорее всего для того, чтобы выяснить, кто их послал и что им известно. Но при нем — какие-то компрометирующие материалы, которые не должны попасть к врагу, их надо спрятать любой ценой на время. Куда вы их засунете, если время ограничено.

Шеф немного подумал, потом разочарованно протянул:

— Ты про почтовый ящик что-ли? Голый номер — этот почтовый ящик явно уже проверили все, кому не лень, это же азы. А в чужой засунуть — тоже не пойдет, хозяин ящика непонятные документы либо выкинет, либо сдаст в милицию. Нет, ерунда все это.

— Не ерунда — сказал я — совсем не ерунда. Вы заметили, сколько на каждой лестничной площадке квартир?

— Три ну и что?

— Вот именно! Пятиэтажный дом, по три квартиры на этаже. А стандартная секция почтовых ящиков состоит из четырех штук. Внизу, на втором этаже висят четыре секции — никто же не станет отрезать одну секцию или производить и вешать нестандартные ящики из трех секций — проще и дешевле повесить четыре стандартные секции. Следовательно…