В: То есть ни один из представленных на фотографиях людей не приходил к вам в том день в почтовое отделение, чтобы что-нибудь отправить, к примеру?

О: Да тут столько людей ходит то отправить, то получить… Хотя… Вот этого вроде видела!

В: Этого?

О: Да, да, этого. Он уже поздненько пришел, точно, у него еще мешка не было под бандероль, обычно граждане бандероль свою дома упаковывают, а тут только сдают. А этот прямо здесь и упаковывал. Точно.

Понятые внимание, прошу обратить внимание, что свидетель опознал фотографию N 2.

В: Вы видели, что отправлял этот человек?

О: Видела, я же ему и упаковывала все. Документы какие-то.

Москва

09 февраля 1971 года

Здание КГБ СССР

На столе генерала Журавлева зазвонил один из телефонов, внутренней связи, тот схватил трубку — этого звонка он ждал.

— К вам полковник Кондратьев, товарищ генерал…

Дура… Сколько раз было сказано — Кондратьева можно пускать без предварительного доклада. В любое время дня и ночи, даже пьяного. Нет, все-таки не понимает. Дура.

— Пусть зайдет.

Полковник Кондратьев, всегда аккуратный и невозмутимый на этот раз казался каким-то встрепанным. Без вступительных слов он сунул генералу тонкую папку.

— Читайте. Из района пришло, те придурки не сразу сообразили. Прислали только сейчас, я как прочитал — сразу сюда…

Генерал Журавлев начал читать, по мере прочтения его лицо медленно багровело. Наконец не сдержавшись, он отбросил папку и шваркнул кулаком по столу.

— Сука! Мать их всех…

Теперь сомневаться уже не приходилось. «Контур» контролировал младшего Соболева и с его помощью последние дни вел дезинформационную игру, пытаясь доказать, что Соболев документы нашел и передал «Контуру». На самом деле он просто обвел генерала Журавлева вокруг пальца как мальчишку. Документы были найдены только недавно. И никто не догадался заглянуть в ничейный почтовый ящик. Твою мать!

Генерал Журавлев ощутил, как молотом бухает сердце и стучит кровь в висках. Спокойнее, так еще до сердечного приступа можно доработаться…

— Людей я тебе дам для силового прикрытия, бери и свою группу. Завтра будет спецрейс. Лети в Ростов — надо перехватить документы ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ (и снова то же самое — любой ценой. Эх, армейский офицер так и остается армейским офицером даже в разведке…) до тех пор, пока на них не наложил руку «Контур». Официально ты будешь работать под прикрытием операции "Осиновая роща", документы я здесь оформлю, как надо никто не подкопается. Иди!

Воздух!

Начальнику УКГБ

По Ростовской области

Генерал-лейтенанту госбезопасности

Тов. Стрельникову Ю.В.

ТЕЛЕФОНОГРАММА

Сегодня, 10 февраля 1971 года в Ростовскую область спецрейсом прибывает группа сотрудников центрального аппарата Второго главного управления КГБ СССР по главе с полковником госбезопасности Кондратьевым И.В. На время проведения специальных мероприятий поступаете в распоряжение полковника Кондратьева И.В.

Заместитель начальника

Второго главного управления КГБ СССР

Генерал госбезопасности

Журавлев С.К.

Москва

10 февраля 1971 года

Здание министерства внутренних дел CCC Р

И вновь, как и несколько дней назад генерал милиции Соболев шел по знакомым коридорам министерства. Операция, которую задумали он и генерал Горин, и в которой активнейшую роль играл его сын, вступила в завершающую фазу. Соболев понимал, что наглыми, демонстративными действиями они разворошили осиное гнездо и теперь от противоположной стороны можно ждать любых действий, в том числе и силовых. Игра пошла по большим ставкам…

Генерал Соболев привычно прошагал по тихим в это время коридорам министерства, свернул к кабинету Папутина, открыл дверь. Тот же секретарь, не задавая вопросов, кивнул на дверь — Соболева ждали…