Читаем Агния Барто полностью

Здесь психологически верно переданы чувства ее юного героя. Если перед ним шагают в ногу, ему тоже надо шагать, если вокруг работают — и ему хочется стать непременным участником того дела, которое ему по душе, приложить к нему все силы и способности, а если он слышит песню, ему хочется петь громче всех. Только так может найти выход переполняющая его энергия, его жажда принять самое активное участие в жизни окружающих, и поэтесса стремится в наибольшей мере ответить этой настоятельной потребности своего юного читателя, помочь ему обнаружить и укрепить свое творческое начало.

Все то, что идет «весне наперекор» (так называется один из циклов ее стихов), вызывает у А. Барто едкую насмешку, остро сатирический отклик, жажду борьбы, и в этой борьбе она никогда не чувствует себя одинокой. Да и разве можно в одиночку одолеть все те промахи и просчеты, о которых она говорит в своих стихах?

Нет, А. Барто и к своей юной аудитории обращается за активной помощью, за настоящим содействием, чтобы сообща — иначе ничего не выйдет! — сокрушить таких хитрых, коварных, лицемерных, цепких и еще очень живучих противников, как эгоизм, жадность, чванство, грубость, «показуха», могущих увести человека, стоит ему поддаться им, в сторону от людей, от живого дела, он настоящего творчества.

В стихотворении «Хромая табуретка» (1959) речь идет о трехногой табуретке, которая лежит на кухне.

Многие хотели починить ее, но один постоянно откладывает это дело на завтра, другой все время забывает купить необходимые гвозди, третий и хотел бы ее починить, да еще слишком мал и неопытен, а вот у Пети

Рассказав эту грустную историю — даже не столько о хромой табуретке, сколько о тех, кто собирается ее починить,— поэтесса снова и снова обращается к своей юной аудитории за выручкой, за помощью, взывая к ее жажде действия, творчества — и сотворчества:

А дальше слышится и еще более настойчивый призыв:

И хоть речь идет здесь как будто всего лишь о хромой табуретке, но вместе с тем — нельзя не почувствовать этого! — и о чем-то большем и отвечающем доброму и деятельному духу пашей детворы: о том, чтобы вмешиваться в жизнь, делать живое и нужное людям, хотя бы с виду и очень скромное дело, даже если его и нет в плане!

Поэтесса, взывая к активному и творческому началу своей юной аудитории, высмеивает любые формы и виды бездеятельности, безрукости, пассивного ожидания того, что кто-то другой — без нашего участия! — придет и устранит все неурядицы и неполадки в нашей жизни, и подсказывает самые простые и обычные возможности для проявления нашей энергии, Но используются они далеко не всегда, как это мы видим в стихотворении «Звонок испорчен»:

А далее перед нами проходит целая галерея жильцов коммунальной квартиры, которые пускаются на множество ухищрений, только бы обойтись без испорченного звонка, и никому из них не приходит в голову самый простой, но требующий приложения собственных рук выход из создавшегося положения, да и автор не подсказывает его открыто. Он только спрашивает в конце стихотворения: «Что делать со звонком?..», надеясь, что это «ясно каждому» и что юные читатели сумеют самостоятельно ответить на его настойчивый вопрос.

А. Барто постоянно внушает своему читателю, что и сама доброта только тогда обретает подлинную ценность, когда проявляется в активной и безотлагательной помощи тому, кто в ней нуждается,— как это мы видим в стихотворении «Вам не нужна сорока?». Здесь ребята, сдружившиеся за два месяца пребывания в пионерском лагере с бескрылой, но такой привязчивой и веселой сорокой, обеспокоены ее дальнейшей судьбой и обращаются к нам с одним неотступным вопросом:

И разве юный читатель этих стихов сможет остаться безучастным к предложению ребят, встревоженных судьбой своего нового друга — бескрылой сороки?

Так поэтесса призывает своих читателей к творчеству и сотворчеству, содействию, а не к пассивно-созерцательному восприятию ее стихов.