Читаем Агент из ресторана полностью

Касторка подействовала, спазмы постепенно прекратились. Веки сомкнулись, и ослабевший, обессилевший, Эшли заснул. Проснулся он поздно. Солнце ушло, воздух стал прохладнее. Эшли взглянул на часы. Десять минут девятого. Он сел, затем поднялся на ноги. Его тут же качнуло, от слабости закружилась голова, к горлу подкатила тошнота. С трудом добрался он до ванны, улегся в теплую воду. Ванна немного освежила его, придала сил. Одевался он долго, особенно много хлопот доставил ему галстук, никак не хотевший слушаться ставших неуклюжими пальцев.

Прежде чем выйти из комнаты, Эшли подошел к зеркалу. На него глянуло серое лицо с синими кругами под глазами, с глубокими морщинами у рта и на лбу. «Я старею, — подумал Эшли. — Я уже слишком стар для этой крысиной возни. Поговорю-ка я с Хансеном и попрошу спокойную работу за большим столом, где можно посасывать трубку и вещать молодым о сенсациях минувших дней, как напечатанных, так и не попавших на газетные полосы».

Он услышал, как к дому подъехала машина и выглянул в окно, забыв, что его комната выходит на море. Впрочем, какая разница, кто там приехал. В любом случае спешить ему некуда. Пусть они устроятся поудобнее, а уж потом он спустится вниз.

Впереди его ждали унижение и позор, но он слишком устал, чтобы думать о будущем. Эшли спустился в гостиную. Они уже ждали его, Орнанья, Козима, Елена Карризи, капитан Гранфорте, Джордж Арлекин и старый Карло, разносивший коктейли. При его появлении они подняли головы, и Эшли отметил изумление, мелькнувшее в глазах большинства при виде его осунувшегося лица.

— Мы рады вас видеть, Эшли, — холодно приветствовал его герцог. — Как вы себя чувствуете?

— Благодарю. Уже лучше.

— Присядьте, пожалуйста. Карло! Коктейль синьору.

— Спасибо, мне ничего не надо.

Эшли добрался до кресла, осторожно сел, кивнул остальным. Никто не заговорил с ним, Карло раздал бокалы и встал у стены, чтобы не мешать гостям, но в любой момент выполнить указания своего господина.

Все, кроме Эшли, выпили. Орнанья поставил бокал, промокнул губы носовым платком. Взглянул на Эшли, на капитана Гранфорте.

— Я думаю, — заговорил он, — все знают, по какому поводу мы собрались. Так или иначе мы все оказались втянутыми в это дело. Поэтому я решил, что будет лучше, если я приглашу вас сюда. Мне кажется, что сегодня необходимо честно ответить на все возникшие вопросы, чтобы потом мы могли смотреть друг другу в глаза. Капитан Гранфорте согласился со мной. Этим объясняется его присутствие среди нас. Если кому-то что-то неясно, пусть он спросит об этом. Если кто-то хочет обвинить в чем-то кого-то из нас, пусть не откладывает это назавтра. Если кто-то может дать важные показания, пусть выскажется немедленно. Надеюсь, вы меня понимаете?

Он оглядел маленькую компанию, но никто не встретился с ним взглядом.

— Все вы знаете, что привело господина Эшли в Сорренто, — продолжал Орнанья. — Несколько месяцев он расследовал мою политическую и финансовую деятельность, чтобы найти компрометирующие материалы и использовать их против меня накануне предстоящих выборов. Он приехал сюда, чтобы купить у некоего Энцо Гарофано фотокопии писем из моего личного архива. Ожидая Гарофано, он встретил мою жену которую знал в Риме до ее замужества. Они вместе уехали в горы. На обратном пути их машина сбила Гарофано, и он умер. За рулем сидел господин Эшли. Капитан Гранфорте хотел арестовать его, но, идя навстречу моим желаниям, разрешил гос подину Эшли приехать сюда в качестве моего гостя. Вы согласны со мной, господин Эшли?

Журналист криво усмехнулся.

— Я воздержусь от комментариев.

Орнанья взглянул на капитана Гранфорте и многозначительно пожал плечами.

— Я думал, что оказываю господину Эшли любезность приглашая его в свой дом, но, приехав на виллу, он повел себя крайне вызывающе. Он пытался подкупить моих гостей, как ранее подкупил Энцо Гарофано. Он соблазнил мою секретаршу и обвинил ее отца в покушении на его жизнь. Увидев моих крестьян, охотившихся на птиц, предназначавшихся, кстати для его же обеда, он заявил, что они угрожали застрелить его если он подойдет к стене, окружающей виллу. Сегодня он утверждал, что я отравил его, хотя и ребенку ясно, что он отравился недоброкачественной пищей, и простая касторка тут же излечила его. При сложившихся обстоятельствах я считаю, что долготерпению гостеприимного хозяина может прийти конец и прошу капитана Гранфорте освободить меня от… весьма неприятного гостя.

Орнанья сел. Джордж Арлекин закурил. Капитан Гранфорте долго разглядывал свои пухлые ручки, затем повернулся к Эшли.

— Господин Эшли, вы не обязаны отвечать ни на какие вопросы, кроме тех, что я задам вам в своем кабинете в ходе официального следствия. Однако, мне представляется, что для общей пользы вам следует отказаться от этой привилегии и ответить на несколько вопросов прямо сейчас, Вы не возражаете?

— Нет, — подумав, ответил Эшли. — Но я оставляю за собой право отказаться от ответа.

— Логично, — кивнул Гранфорте. — Почему вы занялись делами его сиятельства?