На улице уже была глубокая ночь, и на землю опустилась кромешная тьма. «И где ее искать в этой темноте?» – мелькнула первая мысль. Обежав столовую, в проблесках сигаретных огоньков я увидел, что-то белое: «Ну, точно. Невеста в белом платье. Она. Точно она!». Я подбежал к небольшой группке ребят и девушек. Олеся смотрела на меня и прятала сигаретку в руке за спиной. Не обращая ни на кого внимания, я схватил невесту за руку, и мы быстрым шагом направились в столовую. Мне вслед сыпались возмущенные окрики ее подружек. Ребята молчали.

В зале играла музыка. Вся свадьба плясала. Люди сплошной стеной встали на нашем пути. Я поставил Леську впереди себя между вытянутых вперед рук и начал движение. Раздвигая и расталкивая всех, кто оказывался на нашем пути, мы достигли помещения, где был Алексей.

– Олеся?! Лесенька, прости меня, пожалуйста. Я тебя очень сильно люблю. Не бросай меня. Не уходи больше никуда, – Леша подскочил к невесте. Обнимал, целовал ее и говорил, говорил.

 Я был поражен нежностью и любовью брата к Олесе. И как мне ни было приятно смотреть на них, пришлось уйти к столу, где меня ждала моя Тамарочка. Оглянувшись, я увидел благодарственные взгляды родителей брата.

Жены на месте не было. Обведя глазами зал, я нашел ее среди танцующих родственников и присоединился. От души натанцевавшись, мы вернулись к столу. Всем был нужен отдых. Выключили магнитофон. Пили и закусывали под звуки, льющиеся из гармошки, на которой задорно играл, растягивая меха, один из приглашенных. Иногда он сам или в окружении гостей пел народные песни. Переходил от одного конца стола к другому. Присаживался или играл пританцовывая.

В этом праздничном спокойствии отправили домой на шикарной черной «Волге» новобрачных. В поселок Зеленый, где им и налаживать свою дальнейшую семейную жизнь в родительском доме Алеси.

– Ну,… чё… бл…? Кто? – нарушив праздник и разорвав пространство, раздался голос пьяного парня, вихрем ворвавшегося с улицы в зал.

Гости посмотрели на непрошеного гостя и отвернулись к столам.

– Это что за чудо? – спросил я у своих соседей.

– Не обращай внимания. Местный придурок. Как перепьет, так из него дурь всякая выходит. Если его не трогать, он быстро успокаивается.

– Ребята, к нему гармонист пошел, – сказала молодая женщина.

Действительно, гармонист играл, пел и шел прямо на вошедшего.

– Ты-ы-ы? Ты! – вырывалось из пьяной глотки. Парень принял угрожающую стойку и махал ладошкой, как бы приглашая гармониста.

Музыкант приблизился к шипящему и хрипящему, зло сверкающему глазами парню. Не прерывая игры, но, перестав петь, он тихо попросил его уйти из столовой. Наверное, пьяный мозг принял это за агрессию, а может еще за что. Но… то, что произошло, потрясло всех. Пьяный подпрыгнул и с остервенелой силой ударил гармониста, который, потеряв равновесие, спиной упал на кафельный пол, сильно ударившись головой. Ублюдок хотел еще ударить лежащего и пытающегося встать на ноги гармониста, но гости вытеснили его из зала.

Когда обернулись, увидели сидящего на полу гармониста. Он чесал затылок и весело смеялся:

– Надо же, шишка какая выскочила? Вот незадача. Погулял на свадьбе.

Где-то под утро гости стали расходиться по домам. Мы с Тамарой ушли в квартиру Лешкиных родителей. Уходили под звуки гармошки и веселые песни.

Тетя Таня постелила нам на Лешиной кровати. Спали как убитые, но не долго. Уже часов в десять утра мы попрощались. Надо было ехать к бабушке, забирать дочку.

Через несколько дней к нам в гости приехали Алексей и Олеся. Оказывается, свадьба окончилась далеко не весело. Гармонисту стало плохо, и к вечеру пришлось вызывать «неотложку». Врачи не успели довести его до больницы. Как они ни старались, а спасти жизнь молодого человека не удалось. Свадебное веселье перешло в траурный плач. Следственная группа районного отдела милиции провела дознание и арестовала ублюдка, ударившего гармониста. Тот, конечно, ничего и не помнил. Как мог, отрицал свою вину, но…. Утраченную жизнь не вернешь.

Тяжелый осадок был смешан с проклятием родственницы гармониста. Она во всем случившемся обвинила Лешу с Олесей. Когда ребята пересказали ее «пожелание», холодный пот выступил по всему моему телу и тысячи невидимых иголочек впились в кожу. Обвиняя их во всех смертных и не смертных грехах, она на всю улицу кричала: «Будьте вы прокляты! Не видать вам счастья! Не быть вам вместе! У вас никогда не будет детей!». Сколько надо иметь злости и какую испытывать ненависть, чтобы такое желать ближним?

Со временем это забылось, и жизнь вступила в нормальное русло.

5

До свадьбы Олеся жила вдвоем с папой – дядей Колей. Мама умерла, когда Олеся была совсем маленькой. Папа всю свою жизнь шоферил в совхозе. Вышел на пенсию и подрабатывал тем, что сторожил по ночам совхозное имущество: то гараж, то пилораму, то контору. Всецело после смерти жены посвятил себя дочери. Так и не женился во второй раз. Все лучшее – в дом любимой Олеське.