Читаем Аборигены Прерии полностью

А из знакомых ему военных Лешка Кузьмин, тот самый, бывший воспитатель, что сейчас организует спасательную службу, наверное, подскажет, к кому обратиться. Ну, там, особый отдел или контрразведка – должен человек суметь объяснить, что у них там заведено. Чай, не чужой он в воинской части! Если и не знает наверняка, то, по крайней мере, слышал хоть что-то.

Делла так ни разу и не зашла к Степкиным родителям. И папенька при ее виде всегда себя чувствовал как-то неважно. Непонятно, что за кошка между ними проскочила, но, похоже, обе стороны друг другу не рады. Когда сам он бывает у предков, то о его семейных делах разговоры не ведутся, хотя ни одного слова попрека в адрес избранницы ни разу не прозвучало. Даже намека не было.

Зато лапушка часто подолгу гостила у Саньков. Щебетали о чем-то с Шурочкой, ставили кулинарные опыты. Степа тоже заглядывал к друзьям, поднимая свой мотопараплан с набережной и перелетая через залив. Заодно была возможность посмотреть собственными глазами на то, как идут восстановительные работы. А по соседству с Саньками устроился Алексей Кузьмин. Приобрел участок и установил на нем пару армейских палаток, где и разместился с супругой и чадами. Так что увидеться с ним было несложно. Вот только поговорить хотелось с глазу на глаз, а это не во всякую минуту возможно – детки у мужика беспокойные, и спрятаться от них непросто.

Но сегодня выходной, и супруга утащила отпрысков в город, а Степан с Алексеем занялись санитарным комплексом: баня, прачечная и сортир в одном строении, вокруг которого позднее вырастет и постоянное жилище: кухня, комнаты, веранды. У Алексея на этот счет четкий план и любимый метод ползучей экспансии. На сегодняшнее воскресенье намечено возведение кровли, чем они, собственно, и были заняты.

– Леш, по всем моим прикидкам выходит, что в каше, которая на планете заварилась, без секретных служб не обошлось. Вот и подумалось мне: не стоит этим вопросом у других интересоваться, а лучше будет тебя спросить.

Бывший солдатский воспитатель угодил себе молотком по пальцу, отчего уронил брус на ногу и, дернувшись от боли, врезался головой в косяк. Наступившая в работе пауза состояла сначала из нехороших выражений, направленных в необъятную даль Вселенной, шипения, поскуливания и кряхтенья. Потом травмированный присел в тенечке.

– М-да. А Елисеич думал, что ты ни в жизнь не догадаешься и станешь свою службу безопасности организовывать на базе личной охраны.

Естественно, после такого вступления Степан сделал мудрое лицо и, боясь разрушить создавшийся у собеседника настрой, молча сел рядышком, выразив таким образом готовность слушать. Уж больно заворожило его начало.

– В общем, про то, что я занимаюсь на нашей базе вопросами безопасности, ты, конечно, догадался. Еще нашего ведомства работник, но только из другого управления, имеется в твоей епархии. Наверняка ты понял, зачем нужен отдел топографии. Но, кроме того, имеется здесь и наш с коллегой конкурент-нелегал. Местный резидент, так сказать, военной разведки. И некоторая группа лиц, искренне ему сочувствующих. Надеюсь, имена, пароли и явки тебя не интересуют? Тем более что мне они неизвестны. У этого человека есть и кто-то свой в корпорации, но это скорее догадка, а тебе ведь нужна конкретика.

Друг друга мы знаем, потому что играем на одном поле и, случается, оказываем друг другу кое-какие услуги. То есть одной стране, в конце концов, служим. Так вот, резидент этот еще два года тому назад дал нам знать, что «ПНД» собирается физически уничтожить местное население, причем поголовно. Как ты понимаешь, ни я, ни здешний «Дневной» ему не поверили и потребовали доказательств. Дал он нам и расшифровки переписки, и другие материалы показал. Для суда они бы не подошли, но у нас ведь тоже кое-какие сведения имеются, и картинка сложилась. Когда мы сопоставили данные из наших источников, вообще никаких сомнений не осталось. И еще одно сходство отметили: руководители, которые у каждого из нас свой, дальнейшую разработку этой тематики запретили уже после сообщения им первых сведений, наводящих на подобные мысли.

Так и образовалась у нас своего рода подпольная группа из сотрудников секретных служб во главе с Евсеем Елисеичем. Когда крупицы разрозненных сведений на один стол выложишь, то кое-какие контуры иной раз начинают вырисовываться. Скажем, формирование и подготовку к этой миссии специальной дивизии нам отследить удалось, но без подробностей. Это уже на личных связях делали, или подавая запросы на информацию, из которой нужные данные можно было извлечь только частично. Несколько личных дел получили на служащих этой части. Знаешь, даже с уголовным прошлым там люди нашлись, не осужденные в связи с недоказанностью.