Читаем 81 (СИ) полностью

Хоаран подождал с минуту, а после поднял правую руку и смахнул пальцами кровь, заливавшую глаз. Он бесцеремонно осмотрелся, шагнул к дивану и уселся, удобно откинувшись на спинку.

Казуя соизволил отвлечься от бумаг, когда Хоаран почти задремал. Показалось, что и без того мрачное лицо полковника помрачнело ещё больше и на миг как будто застыло непроницаемой маской. Всего на миг.

Казуя степенно поднялся, прихватил со стола ножницы и подошёл к дивану. Без особых церемоний он дёрнул за цепь, заставив гостя выпрямиться, и защёлкал ножницами. Лоскутья ткани упали на пол.

― Скоро это превратится в традицию, ― глухо пробормотал Казуя, любуясь на результат.

― И не говори, штанов не напасёшься, ― ядовито хмыкнул Хоаран. ― Можно было не резать, а просто снять.

― Вместе с ножными цепями? Не смеши меня.

― Тебе так нравятся эти цепи?

― На тебе? Очень даже, хоть не будешь пятками сверкать в попытках врезать мне по голове.

Казуя отбросил ножницы, ухватился вновь за цепь, сковывавшую руки Хоарана, и потащил его в спальню.

― А ты роскошь любишь, ― не преминул он отметить размеры кровати.

― Могу себе позволить. Завидно?

― Ничуть. Спать на жёстком полезнее для здоровья, знаешь ли. Кроватка точно не по мне.

― Сейчас проверим…

Казуя толкнул его, потом ловко ухватил цепь и закрепил за что-то в изголовье, шустро дёрнул после за ноги и закрепил уже ножную цепь.

Хоаран с интересом огляделся и отметил, что теперь буквально прикован к той самой кровати. Ноги не согнуть в коленях, руки выпрямлены над головой и хорошо зафиксированы. Казуя еще и защёлкнул крепления для цепей, чтоб уж наверняка.

Хоаран лежал на спине, кожу холодили шёлковые простыни, а руки и ноги были совершенно бесполезны. Отсутствие одежды его не особо беспокоило, а вот кровь справа на лице изрядно раздражала. Пришлось зажмуриться, чтобы алые капли в глаз не попали.

Казуя через минуту приложил к глазу салфетку, осторожно провёл, затем аккуратно прижал к ране на лбу.

― Тебе так нравится выводить всех из себя?

― Это весело, ― равнодушно просветил его Хоаран. ― Ну и да, у меня паршивый характер.

― У тебя есть время, рыжий, чтобы взвесить всё и принять верное решение ― я очень добр.

― Да неужели?

― Полчаса.

― Воистину королевская щедрость, ― прищурившись, ехидно подметил Хоаран.

Казуя промолчал, задумчиво провёл кончиками пальцев по его груди и животу, затем отдёрнул руку и скрылся за дверью ванной.

Хоаран вздохнул, запрокинул голову и с любопытством осмотрел крепление у изголовья. Крюк, цепь, а сверху всё это перекрыто надёжной защёлкой. Чёрта с два выберешься. Так, а с ногами что? Судя по всему, такая же ерунда. Без посторонней помощи не освободиться. Хоаран попытался пальцами правой руки обхватить левое запястье. Уж куда там… Цепь была натянута, поэтому руками пошевелить сложно, да и кисти повернуть под нужным углом вряд ли выйдет. Хитро. И умно.

― Я передумал.

Хоаран повернул голову и с неудовольствием осознал, что Казуя наблюдал за ним уже несколько минут.

― Понял, что я не в твоём вкусе?

― Нет, решил, что полчаса на размышления ― жирно для тебя.

― Проще говоря, испугался, что за полчаса я испарюсь отсюда?

― Даже тебе такое не под силу.

― Ты не знаешь, что мне под силу, ― широко улыбнулся Хоаран, мысленно, тем не менее, пожелав Казуе провалиться в преисподнюю вместе со своей тюрьмой.

― Не знаю, но собираюсь узнать. ― Казуя уселся на край кровати и прикоснулся рукой к его ступне, погладил и повёл от лодыжки вверх.

― Тогда ты выбрал странный способ, ― невозмутимо отметил Хоаран, постаравшись не обращать внимания на пальцы, ласкавшие его колено. Они мягко обводили каждый выступ, чуть нажимали, легко массировали. Приятное ощущение, но не ко времени, конечно. И что этот дурень делать собирается? Горит желанием попасть в список тех, кого Хоаран намеревался прихватить с собой на тот свет?

Он вздрогнул от неожиданности, когда Казуя наклонился и прикоснулся к коже губами. Только губы и язык, а руки Казуя использовал для опоры.

― У меня скоро колено засияет девственной чистотой, ― язвительно подметил Хоаран. Насмешка не произвела впечатления и не заставила Казую отвлечься от занятия. Горячее дыхание согрело кожу над коленом, а губы перебрались выше ― вот и весь эффект. В общем-то, это было приятно, но не более того.

Хоаран вздохнул, повернул голову и мрачно покосился на свои скованные руки. Дёргать глупо, но и лежать просто так тоже как-то… Это наказание такое? За то, что было в «гараже»? Казую взбесило, что Хоаран не испытывал желания? Но это правда. Может, стоило просто… Нет уж, к чёрту.

Он слегка нахмурился, ощутив прикосновение губ к бедру, потом почувствовал невесомые поцелуи ― выше, ещё выше. И зажмурился, когда влажный кончик языка обвёл напрягшийся сосок. Губы сомкнулись на твёрдой вершинке и крепко сжали, потянули, внезапно отпустили и вновь поймали. Теперь Казуя ещё и зубами прикусил кожу, ощутимо, до отчётливой боли, но не перегибая палку, согрел во рту и погладил языком.