Читаем 81 (СИ) полностью

Казуя взвесил в руке цепочку вместе с кулоном. Простой металл, ничего особенного, а вот работа ― искусная. Поразмыслив немного, он сложил вещи Хоарана обратно и медленно закрыл крышку контейнера.

В голове вновь забродили подозрения. Почему? Почему Хоарану дали такой большой срок за преступление, совершённое впервые? Почему не учли смягчающие обстоятельства? Почему наплевали на послужной список? Почему, чёрт возьми, отправили именно в эту тюрьму, из которой возвращались единицы? И почему у него даже вещей никаких при себе не оказалось?

Конечно, постояльцы в Зэт прибывали без багажа, но всё-таки имели при себе хоть что-то: фото, записные книжки, бумажники, ножи, брелоки, телефоны, наладонники, обручальные кольца, сигареты и прочую мелочь. И только Хоаран умудрился притащить на себе всего лишь комбинезон с нашивкой на рукаве в виде корейского флага и цепь с кулоном. Обувь Казуя не считал.

Что-то не сходилось в расчётах. С этим проклятым рыжим парнем вообще ни черта не сходилось.

========== 06 ==========

Он удобно устроился на диване: вытянулся на животе и пристроил перед собой книгу. Просто неспешно скользил взглядом по ровным строкам и размеренно переворачивал страницы. Буквы складывались в слова, а слова оставались в памяти, пускай он и думал сейчас об иных вещах, а не о том, о чём читал. Одна из привычек, профессиональных, ― запоминать всё, что попадалось на глаза. Эйдетическая память ― талант и проклятие в одном флаконе.

Хоаран дочитал до конца страницы, без спешки аккуратно закрыл книгу и оставил её на столике у дивана, потом лениво перевернулся на спину, подложил руки под голову и смежил веки.

Интересно, сколько у него осталось времени?

Месяц или два? Три? Пожалуй, это действительно предел. Или счёт шёл на недели? Дни? Быть может. Это не имеет значения. Тем не менее, никто не подходил. Он внимательно следил за всеми и оценивал ― и ни один не подходил. Оставалась небольшая вероятность, что противнику удалось обмануть даже Хоарана. Крошечная, буквально микроскопическая, но такая вероятность существовала. Ну а если и не существовала, то Хоаран всё равно обязан был предусмотреть подобный вариант.

Нападай или жди инициативы. Или присоединись и опереди. Три способа победы.

Пока он не видел врага, поэтому оставалось ждать инициативы, чтобы присоединиться и опередить. Или умереть. И так не ко времени в это дело впутался дурак, возомнивший себя местным монархом…

Польза, правда, есть. Из-за его частых визитов Хоаран владел всеми сведениями, касавшимися тюремной жизни. Вряд ли сам Казуя замечал утечку информации, Хоаран “читал” его ненавязчиво и мягко, не заостряя ни на чём внимания. С другой стороны, желания и планы Казуи плохо вписывались в обозначенные Хоараном рамки. Попытки переключить интерес полковника на кого-то другого плодов не принесли. Странно. Он тщательно отбирал кандидатов, но постоянно пролетал. Либо он чего-то не знал о вкусах Мишимы. Скорее всего, именно так. В тюрьме хватало красавцев, только по какой-то неведомой причине они Казую не привлекали. Ни один из них.

Сам Хоаран относился к такому типу, что обычно не вызывал желаний подобного рода ни у кого. Его… боялись. Не совсем верное слово, но наиболее соответствующее действительности.

Сегодня он перед ужином отловил шестьдесят седьмого и осторожно разведал обстановку. С точки зрения большинства заключённых, шестьдесят седьмой был лакомым куском, однако вопреки ожиданиям и частым вызовам к полковнику… Как понял Хоаран, Казуя лишь разок развлекся, в остальном же он использовал шестьдесят седьмого без особых нагрузок и не питал к нему никаких тёплых чувств или временных страстей.

Полный провал.

Зато ужин принёс и нечто хорошее. Расправившись с молоком, Хоаран отставил стакан и вооружился пластиковой вилкой. Прикончив половину содержимого тарелки, вилку он отложил и немного наклонил голову, позволив рыжим прядям завесить глаза, затем искоса посмотрел на пожилого мексиканца, обгладывавшего куриное крылышко. Тот сидел правее, через пару столов, но вопросительный взгляд почуял, осторожно поозирался по сторонам, заметил Хоарана и коротко кивнул.

Пара невинных жестов и обычных движений, которые совершают все люди за столом во время еды, ― вряд ли кто-то что-то заподозрил, даже если и следил. Что ж, теперь Хоаран знал, что достать оружие возможно. «Оружие». Но и оно опасно в умелых руках. Жаль, он не курил, а ведь если б курил, мог бы сделать опасное оружие из простого сигаретного фильтра. Легко.

Достаточно ободрать бумагу и отломить часть сигареты, наполненную табаком, поджечь фильтр, чтобы он немного оплавился, сжать с силой двумя пальцами, потушив в процессе пламя, подержать немного, а после подточить о стену или шершавый пол получившуюся пластинку. И такой пластинкой запросто можно перерезать горло кому-нибудь, если действовать умело.

Хоаран это умел. В трущобах многие умели убивать подручными средствами, а в армии подобные навыки доводили до совершенства. Особенно навыки тех бойцов, которым предстояло иметь дело с террористами и получать особые задания.