Читаем 81 (СИ) полностью

Хоаран машинально дёрнул руки к себе и едва не зашипел ― стальные браслеты содрали кожу на запястьях. К счастью, Казуя этого не заметил, слишком увлёкся исследованием его тела: поцелуями осыпал живот и даже бёдра. А потом Хоарану пришлось вновь стиснуть зубы и с силой зажмуриться, потому что его полувозбуждённая плоть скользнула туда, где было горячо и влажно.

Чёрт, он догадывался, что Казуя сделает это, только ждал подобного ближе к финалу. Казуя решил обмануть его ожидания? Или припрятал ещё пару козырей в рукаве?

Бешеная смена темпа, умелые прикосновения пальцев… Слишком быстро. Почему? Хоаран запрокинул голову и стиснул зубы с такой силой, что им полагалось бы раскрошиться. Горячие губы Казуи казались раскалёнными, а язык напоминал порхающую в воздухе бабочку. Невольно он качнул бёдрами, чтобы погрузиться в тепло так глубоко, как только возможно. Твёрдые ладони прижали его к постели, движения стали ещё быстрее. И вся вселенная уменьшилась, сжалась, превратившись в пульсирующую сущность, охваченную восторгом.

Молчать! Кажется, он прикусил язык… И забыл об этом через секунду, потому что внезапно нахлынул холод.

Хоаран медленно открыл глаза и бессмысленно уставился в потолок. Он задыхался, всё тело ныло. Мышцы внутри под кожей сводило неприятными судорогами. Собственное возбуждение ощущалось остро и болезненно ― так плохо ему ещё никогда не было. И он пока не понимал, что случилось.

Контраст между ослепляющим восторгом и нынешним паршивым самочувствием выбивал из колеи. И постепенно до него дошло, что именно сделал Казуя. Этот сукин сын почти довёл его до оргазма, но в последний миг остановился, лишив всего удовольствия и превратив восторг в боль неудовлетворённости. Тело, ошеломлённое столь резким переходом из одной крайности в другую, законно возмущалось и отказывалось работать так, как ему полагалось, наказывало хозяина за неисполненное обещание и неоправданные ожидания. К тому же, Хоаран даже не мог перевернуться на живот и потереться о простыни либо же помочь себе сам руками.

Он многое мог сказать Казуе и убить его словами, но если б он раскрыл рот и выдал больше трёх слов… Весело, да уж.

Он вздрогнул от лёгкого поцелуя, согревшего кожу в нижней части живота. И вздрогнул сильнее, когда пальцы Казуи твёрдо обхватили его плоть и чуть сжали. Уверенные движения завершались быстрыми дразнящими касаниями языка. Он даже не успел выровнять дыхание после предыдущего облома и едва не застонал, но вовремя прикусил нижнюю губу и промолчал. Хотелось рассмеяться. Такая нелепая пытка…

Во второй раз это оказалось сложнее ― управлять собственным телом. Оно само по себе выгибалось, дрожало и требовало обещанного удовольствия, хотело взять то, что должно было взять. И Хоаран мрачно пообещал себе, что он это припомнит Казуе, как только до него доберётся.

Вскоре от этой выматывающей и жестокой игры начали путаться мысли. И не только мысли, но и ощущения. При звуке таймера пришлось осознать нахлынувшую слабость. Пожалуй, прямо сейчас он не смог бы встать на ноги. Или смог бы, но возникли бы проблемы с координацией ― кружилась голова.

Казуя склонился над ним и с интересом принялся разглядывать искусанные губы, а потом внезапно поцеловал. Это вышло настолько неожиданно, что про “цапнуть” Хоаран вспомнил тогда, когда для этого стало слишком поздно.

― Ты просто упрямый и глупый мальчишка, ― тихо произнёс Казуя. ― Те препараты, о которых ты как-то говорил… Я отменил их не потому, что дурак или извращенец, а потому, что они не помогают. Ты просто ничего не знаешь о жизни в таких тюрьмах. Тебе могут нравиться женщины, но их здесь нет и не будет. Тут иные правила игры, рыжий. Надеюсь, до тебя это дошло.

― Иди к чёрту, ― отозвался он.

Казуя отстранился, прогулялся к столу, плеснул в бокал вина и сделал пару глотков, потом обернулся и смерил его внимательным взглядом.

― Впечатляющее упрямство.

― Да нет, это ты впечатляешь, ― лениво отозвался Хоаран и постарался расслабиться, чтобы прийти в себя поскорее после недавних упражнений и изгнать из тела болезненную неудовлетворённость.

― Я? ― искренне удивился Казуя.

― Ага… Я слышал, как ты с остальными поступал. Почему со мной всё по-другому?

Казуя явно развеселился, но ответить не соизволил. Он оставил на столе бокал с вином, набросил на Хоарана одеяло и, склонившись к нему, внимательно посмотрел в глаза.

― Хочешь что-нибудь?

Хоаран хотел. Он буквально умирал от жажды ― полжизни за один глоток воды, чтобы хоть смягчить пересохшие губы. Но попросить об этом… Попросить Казую… Ни за что.

― Тогда можешь поспать, ― кивнул тот. ― Силы тебе пригодятся.

― Лучше о собственных силах переживай.

― Не волнуйся, я тоже вздремну.