Черенок от швабры с глухим стуком упал на пол. Оказывается, до сих пор он все совершенно неправильно представлял.

Глава 63

«Дело 64»… Они приволокут похитителя назад, в шестьдесят четвертый год периода Сёва, закуют его в наручники. Задача совершенно невыполнимая, хотя они уже четырнадцать лет живут в период Хэйсэй, при императоре Акихито. Как будто голос из прошлого позвал их назад. Сато… 20 миллионов иен… Подражатель? Или…

Миками втащил Микуру в комнатку сбоку от актового зала. Сува вошел следом и дрожащими руками разложил для них складные стулья.

– Давайте подробности! – велел Миками, садясь.

Микура остался стоять.

– Жертва – девочка, старшеклассница из города Гэмбу.

Девочка… Старшеклассница…

Если подумать, сходство с «Делом 64» не так уж велико. Жертва учится не в начальной школе, а в старших классах, она скорее ровесница Аюми. Население Гэмбу составляет 140 тысяч человек. Гэмбу находится в центре префектуры, в пятнадцати километрах к востоку от города Д. Там юрисдикция участка Г.

– Вот! – Микура достал из внутреннего кармана пиджака два листка бумаги.

В глаза Миками бросилась официальная шапка:

«Кому: Пресс-клубу, управлению полиции префектуры Д.

Тема: Договор о неразглашении.

11 декабря 14 года периода Хэйсэй.

Директор уголовного розыска, управление полиции префектуры».

Миками принялся жадно читать.

«11 декабря 14 года периода Хэйсэй в округе, подконтрольном участку Г., возбуждено дело о похищении, подробности которого изложены ниже. На срок действия данного договора уголовный розыск обязуется держать представителей прессы в курсе последних событий. Однако, по нашему мнению, освещение дела в прессе может представлять угрозу для безопасности жертвы. Поэтому предлагаем включить в договор о неразглашении следующие условия:

– Представители прессы воздерживаются от интервью и обнародования прочей информации до завершения следственных действий.

– В том случае, если жертва будет найдена или помещена под стражу для ее защиты или будет решено, что освещение в СМИ больше не представляет угрозы для жертвы, представитель пресс-клуба проводит совещание с директором уголовного розыска касательно окончания срока действия данного договора.

– После согласования подробностей пресс-клуб назначит дату окончания срока действия данного договора.

– На время следствия (и, следовательно, срока действия данного договора) представитель пресс-клуба имеет право обсуждать с представителями уголовного розыска различные поправки к данному договору».

Миками пробежал глазами текст и перевернул страницу. Наибольший интерес, конечно, вызывали подробности дела.

«Подробности похищения с целью выкупа старшеклассницы из города Гэмбу».

Далее текст был написан от руки, небрежным почерком.

«Жертва В. (17 лет). Старшая дочь А. (49 лет, работает не по найму) и Б. (42 года, домохозяйка). Ученица второго года обучения частной старшей школы».

Увидев, что персональные данные пострадавших не раскрываются, Миками почувствовал, как у него дергается щека.

«О похищении сообщили 11 декабря в 11:27. Отец жертвы, А., позвонил в центральную диспетчерскую префектурального управления по номеру 110 и сообщил о том, что его дочь похитили».

Миками посмотрел на часы –2:35. Значит, после того, как отец жертвы сообщил о похищении, прошло уже три часа. Он продолжил читать:

«Звонки от похитителя:

№ 1. На домашний телефон с мобильного телефона В. 11 декабря в 11:02. К телефону подошла Б. Похититель не назвался, говорил измененным голосом (гелий или нечто подобное), потребовал выкуп.

«Ваша дочь у меня. Если хотите снова увидеть ее живой, завтра к полудню приготовьте двадцать миллионов иен». Б. позвонила А. на работу. А. сообщил о похищении по номеру 110.

№ 2. 11 декабря в 12:05. Похититель, как и в прошлый раз, говорит измененным голосом. Звонок произведен с мобильного телефона В. К телефону подошел А., срочно приехавший домой.

«Говорит Сато. Мне нужны старые купюры. Положите деньги в самый большой чемодан, какой можно купить в «Марукоси». Принесите его в то место, которое я укажу завтра. Приезжайте один».

Ведутся срочные следственные действия. Конец».

От ужаса Миками лишился дара речи. Сходство с «Делом 64» казалось невыносимым: преступник назвался Сато, потребовал к полудню следующего дня приготовить ему 20 миллионов иен старыми купюрами, велел отцу жертвы купить в «Марукоси» самый большой чемодан, приказал ехать на место встречи в одиночку. Совпадала даже такая деталь: похититель не представился во время первого звонка, а во время второго назвался Сато… Так же как тогда! Единственная разница – голос похитителя. «Голос мужчины от тридцати до сорока лет, хрипловатый, без особенностей произношения». На сей раз похититель изменил голос.