Читаем 54 метра (СИ) полностью

Само собой исторически сложилось, что гладилка стала культовым местом. Здесь происходило все, что запрещено и интересно. Именно здесь я был обучен курению табачных изделий. Здесь я распивал свою первую бутылку водки. Здесь мы фотографировались полуголыми. А после отправляли вместе со смешными письмами Василию Стрельникову на МТV образцы филейных частей тела. Программу транслировали в субботу утром во время первой пары занятий. Поэтому ярым поклонникам теле-шлака вроде меня приходилось на это время убегать с уроков и прятаться в помещениях с телевизорами, где мы могли тихо радоваться при зачитывании нашего бредового произведения. И сейчас именно в гладилке кто-то набивал себе кельтские узоры на ноге, кто-то прокалывал ухо. А мы сидели с щиплющими головами и ждали. За один час, предоставленный всем до отбоя, через это место прошла вся рота. Фразы, такие как «Слушай, можно возьму немного краски? Эй, я с вами покрашусь? Вам что, жалко?», повторялись сотни раз. Кто-то покрасил себе челку, кто-то сделал полоску на голове, кто-то даже рисунок по трафарету. В целом моя покраска не прошла незаметно… На следующий день командир смог полюбоваться ротой с искусственно осветленными волосами. Глядя на всех окрашенных, Летун заметил самого яркого и, скорее всего, обладателя краски – Попова, то есть меня.

– Почему у вас волосы желтые?!! Чтобы к обеду подстриглись!!!

Я возмущен:

– Ну почему Иванову, от природы рыжему, можно быть апельсинового цвета, а мне нет? И вообще, нигде в уставе и законодательстве не сказано о цвете волос. Следовательно, я ничего не нарушаю. Вот.

Летун побагровел и перешел на крик:

– Что?!! Самый умный?!! Так вот слушайте все! Все, кто покрасился вместе с этим умником! Либо перекрасятся! Либо их подстригут! Подстригу налысо лично. А начну с цыпленка-переростка Попова!

Я внутренне сгорал от несправедливости и уверенности в своей правоте. Зачем покрасил волосы? Во-первых, это протест против военной системы. Во-вторых, эксперимент, который очень хотелось сделать. А поскольку мне еще пятнадцать, то эта подростковая придурь нуждалась в реализации. Я решил, что в тридцать такие эксперименты будут восприняты неправильно и самое оптимальное время – сейчас.

– Итак! – снова заголосил командир. – После обеда весь взвод крашеных пидарасов с самым-самым умником из них, Поповым, пойдет со мной получать белье для нашей роты!!! Понятно?!!

Иванов, который рыжий от природы, возмутился:

– Товарищ командир, я не крашеный, можно не пойти?

Здесь военный офицер преподнесет вам несколько двустиший со столь режущим его ухо словом «МОЖНО». В список сочинений входили высоколитературные эпосы, такие как «МОЖНО Машку за ляжку», «МОЖНО телегу с разбегу», «МОЖНО козу на возу», «МОЖНО мишку за шишку» и так далее, но все они подводили к одному.

– Вы что, Иванов, не знаете, как положено обращаться к военным и старшим по званию?! Где слово «разрешите»?! Иванов, пойдете со всеми! Или вы не часть этого полоумнго коллектива?!

Иванов окинул взглядом наше воинственное стадо. Кто-то опять поджигал СААВЬЯ. Кто-то клеил объявления о сексуальных и ритуальных услугах на спину впереди стоящему товарищу. Кто-то тянул руку через несколько человек, чтобы шлепнуть по затылку другого одноклассника. Кто-то ковырялся в носу и вытирал палец о воротник соседу. Кто-то опять блуждал в астрале. Иванов вздохнул и ничего не сказал.

После обеда взвод пошел в другой корпус во главе с Летуном.

– Так, стойте здесь, я сейчас зайду и договорюсь о получении белья! Надеюсь, всем понятно?! – и, не дождавшись ответа, ушел в какую-то дверь. Двадцать шесть человек и СААВЕЙ остались наедине с коридором второго этажа. Наверное, долго его не было, раз коллективу надоело рассматривать причудливые мушиные каки на потолке, составлявшие почти мозаичные узоры арт-искусства и шлепать по затылку СААВЬЯ. Поэтому при более детальном изучении ландшафта был обнаружен одноместный туалет. Располагался он напротив двери, поглотившей командира.

Откуда берутся мысли? Кто знает? Древние греки считали, что любая мысль, пришедшая в голову, – божье наставление. И поэтому идея спрятаться в этих двух квадратных метрах всем скопом нашла отклики в сердцах нашего взвода. Что и было сделано с комментариями: «Вот здорово, он выйдет, а нас нет. Испарились? Похитили инопланетяне?» и так далее.