Читаем <4D6963726F736F667420576F7264202D20D4E8EDCFEEF0F2C0F0F2F3F02DD2EEEAE8EE2E646F63> полностью

с момента заключения контракта. Крейсер должен развить по проекту 26 узлов, причем его

силовая установка должна была также стать комбинированной: на среднем валу паровая

машина, а на бортовых – турбины.

***

Горькую пилюлю с появлением в Питере запаха американской конкуренции Базиль

Захароф перенес стоически. Но некие события, начавшие происходить в русской столице

вскоре после заключения его пакета контрактов, оказались для «торговца смертью» крайне

неприятной неожиданностью. Его бесило даже не вступление немцев в «русскую игру», что

само по себе было неприятным. Главное, что будучи заранее предупрежденным сановными

доброжелателями о вероятности чего-то подобного, он никак не смог повлиять на ситуацию!

Хотя, как потом ему рассказали, ругань между матерью и ее отпрыском была грандиозная.

Но… Мария Федоровна, которую удалось подключить к борьбе с «германским прожектом»

Николая, в первый раз потерпела в споре с сыном полное и безоговорочное фиаско.

Вдовствующая Императрица пригласила царскую чету на ужин через два дня, после

шокировавшей ее информации о подготовке к подписанию крупных контрактов с Круппом,

абсолютно уверенная в том, что сможет без большого труда расстроить эти сделки с «главным

орудием ненавистных, нахальных прусаков». В борьбе с «немецким злом» она готова была

даже заключить союз с нелюбимой невесткой. В конце концов, у Алисы, как у внучки

британской королевы Виктории, а в девичестве принцессы Гессен-Дармштадской, чье

княжество было унижено прусаками ничуть не меньше, чем ее родная Дания, от которой они

безжалостно оторвали Шлезвиг и Гольштинию. И у нее Германская империя, где верховодят

прусаки-Гогенцоллерны, также определенно не вызывает никаких теплых чувств…

У того бурного вечера была, к тому же, и своя предыстория. Сказать, что в Анничковом

дворце были раздосадованы итогами сентябрьской миссии Коковцева в Берлине, это значит

ничего не сказать. Но подобные эмоции витали также и во дворцах многих Великих князей. В

первую очередь Владимира Александровича, Сергея Михайловича и Николая Николаевича-

младшего. И, откровенно говоря, наших германофобов понять было можно.

Прибывший в Берлин 8-го сентября российский министр финансов был, беспецедентный

случай (!), лично встречен на вокзале германским Императором и Имперским канцлером. Уже

на следующий день в Потсдаме, в связи с открытием, по решению кайзера, свободного доступа

российским ценным бумагам на финансовый рынок Германии, Коковцовым было заключено

соглашение по 4,5% займу у группы германских банков на 200 млн рублей с погашением в

1919-24 годах. Причем было условлено, что большая часть этих средств будет использована на

приобретение в Германии промышленной продукции и технологического оборудования, что

активно не нравилось всем сановным лоббистам французского и британского капиталов в

российской столице.

Такое решение кайзера Вильгельма II в ситуации, когда подписание нового Торгового

соглашения с Россией еще не состоялось, и каким оно будет, непосвещенным в итоги встречи

двух императоров у Готланда можно было строить только догадки, всколыхнуло в германской

прессе бурную дискуссию. Тем паче, что при участии Коковцова в течение недели в Берлине

был подписан ряд соглашений о намерениях и контрактов на поставку в Россию немецкими

фирмами станков и оборудования для экономических проектов в энергетике, на транспорте, в

сельском хозяйстве, угледобыче, а так же для металлургической, химической и оборонной

промышленности. Причем кроме общих фраз в газеты просочилась и конкретная информация

о том, что планируется масштабное переоснащение Круппом броневого, артиллерийского и

снарядного производств на Обуховском, Ижорском, Путиловском и Златоустовском заводах…

Прибыв в Аничков, Николай без удивления увидел перед собой не только матушку, но и

дядьев – Владимира Александровича и Николая Николаевича – Николашу. Предчувствия его

не обманули. И будь он «прежним», полагающимся скорее на молитву, чем на собственные

убеждения, больше плывущим по течению и не желающим ради своих целей вступать в

конфронтации с ближайшей родней, как знать, может быть главный итог отказа Николая в

нашей истории от заключенного с кайзером Бьеркского соглашения - внутреннее отвращение и

презрение к нему со стороны Вильгельма как к клятвопреступнику - был бы явлен миру годом

раньше. Но здесь и сейчас перед разъяренной родней стоял уже другой Николай. Знающий чем

рискует и как Государь, и как человек. И потому – готовый к схватке.

Два часа пикировки за столом, когда для Марии Федоровны стало ясно, что Александра,

хоть и не со всем согласна, но априори поддерживает мужа, вывели ее из себя окончательно.

Встав из-за стола, она решительно потребовала от сына пройти за ней для объяснений тет-а-