Читаем 4. Акбар Наме. Том 4 полностью

ных Его Величества было дозволено вновь прибыть ко Двору, и он возобновил свои бесчинства. В конце концов Его Величество изгнал его, и тот отправился в Хиджаз. И совершив одну мерзость за другой, вернулся в Индию. Здесь он проявил прежние дурные качества. Как-то раз, когда министры и чиновники собрались во дворце Шахиншаха, безо всяких оснований напал на мирзу Абд-ал-лаха Могола³, входившего в число великих амиров. Из-за какой-то истории набросился на него, пнул и ударил кулаком. В другой раз грубо повел себя с Байрам-ханом и положил руку на свой кинжал. И вновь был изгнан. Тогда он отправился в Гуджарат и там коротал время, чиня вред себе и другим. Из-за гнусного поведения и скверных обстоятельств не смог остаться там. И обратил лик к мироохраняющему Двору. Когда Агра стала столицей Халифата, его возвысили счастьем служения и осыпали милостями и знаками внимания. Но поскольку натура его была преисполнена невоздержанности, он выказал свой характер сотнями высокомерных поступков и забвением собственного прошлого. Байрам-хан намеревался препоручить его Вали беку, дабы его доставили через Бакар в Гуджарат, когда самого Байрама исключили [из числа слуг], а Ходже благодаря его связи со священной семьей выказали величайшее расположение. Однако уловленный рукой собственной порочности, он продолжал совершать непристойные деяния. Наконец однажды Биби Фатима, бывшая ранее урду-беги Его Величества Джаннат-ашияни, а ныне занимавшая высокую должность в гареме Его Величества Шахиншаха, чья дочь Захра Ага⁴ находилась в доме Ходжи и вследствие грубости и мерзости последнего постоянно пребывала в темнице скорби и печали, пришла в сильной тревоге и взмолилась о помощи, ибо Ходжа собирался отправиться к себе в паргану, намереваясь взять и ее дочь. По причине подлости и недостойных умыслов, бывших частью его натуры, он задумал лишить жизни сию целомудренную и невинную. Вновь и вновь женщина повторяла, что в столице ему не осуществить это намерение в страхе перед правосудием Шахиншаха. Однако что произойдет, когда он заберет ее в свой джагир? Его Величество испытывал сострадание к преданной служанке и успокоил ее смятенный разум, сказав, что отправляется на

охоту и ради нее переправится (через реку) близ дома Ходжи⁵. Когда тот выйдет изъявить почтение, он даст ему добрый совет и 218 воспретит забирать с собой ее дочь. Вскоре Его Величество поки

нул крепость и переплыл через реку на лодке. Потом направился к дому Ходжи с немногими ближайшими слугами, числом не более двадцати. Среди них — Дастам-хан, Тахир Мухаммад-хан Мир Фарагат, Катлак-хан, Макбил-хан, Шимал-хан, Пешру-хан и Хаким-ал-мулк. Поскольку вздорный нрав Ходжи — дело известное, Мир Фарагата и Пешру-хана послали вперед, дабы известить его о возвышенном прибытии и привести на путь прямодушия. А Дастам-хан и Макбил-хан отправились вслед за теми двумя, чтобы, если Ходжа по своему обыкновению поведет себя [подобно] утратившему рассудок, они помогли Тахир Мухаммад-хану. Когда необузданный безумец узнал от Тахир Мухаммад-хана и Пешру-хана, что Его Величество переправился через реку и прислал их, он пришел в бешенство и заявил: «Я не выйду к Его Величеству». Затем, преисполненный ярости, проследовал в женские покои и, вытащив кинжал, заколол Захра Агу, только что вышедшую из купальни и облачавшуюся в туалетной комнате, тем самым уготовив себе вечную погибель. Высунув голову из окна и швырнув запятнанный кровью кинжал туда, где стоял Дастам-хан, громким голосом крикнул: «Я пролил ее кровь, ступай и расскажи». Дастам-хан поднял окровавленный кинжал и отнес Его Величеству. Когда Шахиншах услышал о случившемся надругательстве, то закипел от гнева и вступил в дом подлеца. Безумец предстал [перед Акбаром], держась за рукоять своего меча. Его Величество гневно вопросил: «Что это за выходка? Твоя рука на мече; посмей же вытащить его и получишь такой удар по голове, что душа твоя отлетит». Когда безумный узрел величие Шахиншаха, его руки и ноги утратили силу, и он рухнул [наземь]. Присутствующие взяли его под стражу. Один из гуджаратцев стоял с мечом позади Ходжи, замышляя измену. Его Величество почувствовал это намерение и велел Кадам-хану сразить того. Сей сообразительный мигом понял и так рубанул, что голова его слетела и скатилась к ногам. Какое-то мгновение туловище продолжало стоять, и шейные артерии изрыгали чёрные струи. Его Величество спросил Ходжу, за какую