Читаем 140% полностью

— Ты обещаешь мне не идти ни с кем на свидание, даже если он будет умолять на коленях? — спросил он совершенно серьёзно то, что его беспокоило.

— Обещаю, — кивнула она. — Ничего себе ты тему сменил!

— Я просто скоро улетаю, Тонь, а ты снова пойдёшь учиться, и… Они же не идиоты, глаза у них на месте, поверь мне. Они будут наступать, держи оборону, а я приеду, как только вырвусь.

Тоня продолжила идти с ним, глядя перед собой.

— Глупый, никто на меня внимание не обращает, они знают, что я… Что у меня дети. Я для них — необъяснимый факт, тётенька лет сорока.

— Ты сильно ошибаешься, ты просто не оглядывалась вокруг, не видела этих взглядов.

— Ага, ага, — изогнула она губы, чтобы не рассмеяться. — Со мной даже девушки рядом боятся садиться, из суеверия считая, что обязательно залетят. Шучу. Но подружек у меня нет, и друзей тоже.

— Этого быть не может, — потрясённо произнёс Матвей. — Это на тебя очень не похоже.

— Да как-то, знаешь, пробовала несколько раз, они шарахались от меня… Знаешь, особенно когда я беременная была. Подхожу к толпе, они стоят перед парой в коридоре, если аудитория закрыта, и все отходят от меня. Особенно девушки. Сначала было смешно, потом обидно. Потом стало всё равно. Ну, ты знаешь, учёба и мои мальчишки так выматывают, что просто некогда об этом думать.

— Тогда я просто предупредил, вернее, попросил. Я, кажется, что-то сильное испытываю к тебе…

— Матвей, не надо, — перебила она его, — я не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным мне — учись, ни о чём не думай…

— Тонечка, я не могу не думать, а думаю я о тебе, — сказал он, сгрёб её в сильные объятия и поцеловал в шею. Коляска, ручку которой он бросил, еще немного прокатилась по аллее, но из-за своей массы быстро остановилась.

— Спасибо, — выдохнула она ему в ухо. — Прилетай скорее, я буду очень ждать.

— Вот это я и хотел услышать, моя девочка.

Они спустились к озеру по неровной дороге, разбитой ещё в весенние ливни, и оказались в месте, которое никак не напоминало, что находится в большом городе-миллионнике. Берег так сильно зарос камышом, что воды не было видно совсем. Дорога, шедшая вдоль озера, казалась колеёй посреди поля, заросшей травой. Людей вокруг было много, и воздух чист и приятен.

На остров вёл каменный старинный мост, на котором расположились рыбаки, и Тоня с Матвеем успели увидеть, пока шли, как двое из них поймали рыбку с ладошку.

— Мне нравится рыбалка, — сказал Матвей. — Правда, когда ловится. Мы как-то с отцом ездили в прошлом году на заброшенное озеро, всё в тине — поймали очень мало. А он был всё равно доволен. По мне, так лучше сидеть здесь, на мосту, и ловить, чем ехать за пятьдесят километров и привести три рыбки.

— Я тоже люблю рыбалку, в детстве мы часто ездили на Дон, или куда-нибудь на каналы, на платные пруды. Как хорошо было!

— Хочешь, я уговорю папу свозить нас на рыбалку в выходные.

— Ой, очень хочу, в последний раз я там была очень давно.

— Решено, поедем. Детей с собой возьмём, если погода будет хорошая.

— Я же кормлю, без них я поехать не могу, — вздохнула девушка, — грудь лопнет.

С колясками идти по бездорожью было неудобно, и если Матвей справлялся силой, Тоня плелась за ним сзади, продираясь по траве и кочкам.

Здесь играло много детей — посередине вытоптанной площадки гоняли мяч, малыши бегали с сачками, кое-кто пытался запустить змея.

Уединённого уголка найти было невозможно, и они расположились прямо возле большого куста, расстелив покрывало на земле. Им была видна беззаботна детвора, никаких подозрительных личностей здесь сейчас не было.

Плотно перекусив, Тоня взяла на руки Игоря, накинула на себя тонкий платок, и стала его кормить, отчего мальчишка прикрыл глазки и довольно уснул. Матвей между тем играл с Пашей и Димой, посадив сына себе между колен. Тот с интересом обсасывал свою игрушку — собаку, тоже хотел поесть маминого молочка.

Незаметно на небе появились чёрные тучи, заволокли горизонт, потом сгустились над головой. Резко стало душно, как обычно бывает перед грозой.

— Придётся идти домой, — с сожалением сказал Матвей, внимательно глядя на помрачневшую Тоню.

Девушка печально кивнула, тяжко вздохнув, её очень понравилось здесь, на природе, просто сидеть в траве под кустом и ни о чём не думать. В последнее время голова была слишком тяжёлой от роя мыслей. Она понимала, что ничего не может сделать, но почти перестала спать и только и делала, что думала, думала, думала…

Как будет дальше? Забудет ли он её, будет ли приезжать, и каковы будут их отношения? Любит он её на самом деле, или это ему только так кажется?

Она вот любила и знала, что это чувство не пройдёт никогда, только лишь немного притупится со временем. Можно было только наивно надеяться, что в будущем она встретит человека, готового ради неё воспитывать и растить двух чужих детей, но девушка не надеялась. Перед глазами стояли взгляды однокурсников и однокурсниц. Ей сейчас нужно идти вперёд по карьерной лестнице, потому что мальчишек придётся поднимать самой.