Вышла мама из спальни, и внимательно оглядела меня.

— Тоня, нам надо поговорить, — тихо сказала она настойчивым голосом.

Я зажмурилась. Сегодня был день встреч и серьёзных разговоров.

— Да, я как раз хотела тебя спросить, — усмехнулась я. — Вот мне сегодня предложили выйти замуж, а не скажешь, почему у меня такое чувство, что мне сделали великое одолжение? И ещё — нет по этому поводу никаких эмоций. Это нормально? И что делать?

— Кто тебе сделал предложение? — пришёл черёд мамы удивляться.

— Рома, — пожала печами я.

— И что ты думаешь?

— Ничего не думаю, замуж за него я не пойду, бред какой-то. Он мне как друг, как муж моей подруги, — голос у меня дрогнул. — Я не люблю его, в конце концов.

— Всё правильно говоришь, — с облегчением выдохнула мама. — Но я не о нём хотела поговорить, а о Матвее.

— Что ещё? — буркнула я. — Здесь вообще не о чем…

— У него был бурный роман в Москве, сейчас не знаю, закончился или нет. Я хочу, чтобы ты знала и не строила иллюзий понапрасну.

Я ощутила, как голову стало что-то медленно сдавливать. Да, я строила иллюзии, занималась этим большую часть своего времени.

Внезапно у меня из глаз полились слёзы, и я выскочила из кухни — я была слишком взрослой и стойкой, чтобы мама видела мою глупую печаль. В комнате схватила детскую пелёнку и, уткнувшись в неё, горько плакала. Я наконец призналась себе, что была самым одиноким и несчастным существом. И ещё — самым наивным, пожалуй.

10

Пришло время что-то решать с жильём, потому что им становилось тесно в маленькой хрущёвке. Но, зная свою деликатную жену, Егор подошёл к этому вопросу осторожно. В один из августовских дней он приехал после работы в обед, чем сильно её удивил, и, посадив в машину вместе с Артёмом и Маргаритой, повёз в новый район, строящийся неподалёку. Там он присмотрел большую, даже очень, квартиру, которую хотел купить, но ему нужно было одобрение Лидии.

Артём довольно разглядывал незнакомые места с заднего сиденья рядом со спящей в автомобильном кресле сестрой, ведь происходило что-то необычное, мальчик это чувствовал.

— Я хотел с тобой посоветоваться, что ты скажешь?

Они остановились возле красивых кирпичных высоток, с виду напоминавших замки с башенками, вокруг уже зеленели газоны, разбивались цветники, новыми окнами блестела ещё не достроенная школа и детский сад.

— Ты хочешь здесь приобрести жильё? — нахмурилась Лида. — А как же Тоня? Как она будет одна? Она же учится.

— Тоне будет помогать няня, нам надо расширяться, дети скоро пойдут, и это будет столпотворение.

— Мама, а это что, будет наш дом? — спросил Тёма. — А это — моя школа? Клааас!

Егор улыбнулся, подмигнув мальчишке.

— Это у нас мама решает, как она захочет.

Лида внимательно посмотрела на мужа и спросила: — А как же твоя огромная квартира? Почему мы туда не переедем и всё? Зачем тратить огромные деньги и покупать ещё?

— Та квартира Матвея, я так решил. Пусть у него будет свой угол, куда он будет приезжать.

Лида понимающе покивала, оглядываясь.

— Тогда, я лучше хочу рассмотреть вариант частного дома с маленьким двором, где можно было бы посадить что-нибудь. Всегда мечтала.

Егор улыбнулся: — Ваше слово для меня закон, королева. Поехали, Тёма, новая школа пока отменяется, надо ещё подобрать варианты.

Лида подумала, что Егор прав, им действительно надо разъехаться, слишком много народу. Да и Тоне будет свободнее — сыновья обоснуются в детской. Вряд ли она бросится в ближайшем будущем устраивать свою личную жизнь, но жить с малышами в одной комнате и учиться — это совсем не удобно. Сейчас для неё главное — спокойствие, и вряд ли она огорчится, узнав, что они скоро съедут.

Лиду заботило состояние дочери, но она считала, что лучше сейчас переболеть, трезво оценив ситуацию, чем построить высокий замок из песка и ждать, когда он рухнет. Очень хорошо, что грустить и много думать Тоне не давала учёба, она превратилась бы в маленькую старушку с горькой складкой у губ. Сейчас ей даже замуж предлагают наглые и бессовестные мужчины.

Лиде было совершенно не понятно, почему Тоня взялась не просто помогать этому Роме, тянуть его вместе с сыном, а заодно и решать все его проблемы. Он же благосклонно принимал эти подношения, снисходя до того, чтобы ходить на работу и на ночь забирать малыша, хотя прекрасно видел, что девушка сама с двумя, и ещё учится. Конечно, Лида с облегчением вздохнула, когда услышала от Тони, что она ничего не испытывает к нему. Ему удобно было бы заиметь в хозяйстве такую лошадь-жену, которая бы ещё и постель согревала помимо прочих своих обязанностей.

Егор давно говорил, что им нужна домработница, но Лида отказывалась, потому что не могла себе представить дома чужого человека, особенно сейчас, когда у них Маргарита совсем крошка. В перспективе эта возможность не будет лишней, особенно когда она выйдет на работу, и времени будет не хватать, чтобы заниматься бытовыми делами. Смешно подумать, но она, домохозяйка столько лет, так теперь рассуждала.