Читаем 10`92 полностью

Почти сразу револьвер выдернули из кобуры, а потом меня ещё и весьма профессионально охлопали и даже справились о содержимом одного из карманов.

— Здесь что?

— Ключи.

В этот момент Лёня Гуревич пришёл в себя достаточно, чтобы начать качать права, и потребовал объяснений:

— Вы кто?

— Умолкни! — шикнул на него тип с автоматом, и Лёня умолк.

Да и кто бы на его месте не умолк? Глупо лезть на рожон в ситуации, когда в тебе могут понаделать не совместимых с жизнью отверстий одним движением пальца. Хотя, если это менты, скорее просто саданут прикладом. Но тоже хорошего мало.

— Сколько людей внутри? — продолжил допрос человек с пистолетом.

— Один.

— Веди!

Меня ухватили за ворот свитера и развернули от ограды, но ствол пистолета при этом от затылка не убрали, да ещё наметили им давление, направляя к лестнице. Позади лязгнул засов, затем послышались шаги — это вслед за мной погнали Тишу и Лёню.

В коротком переходе, где царил кромешный мрак, тип с пистолетом потянул ворот на себя, заставив меня слегка отклониться назад, и предупредил:

— Без глупостей!

И я глупостей совершать не стал, вышел в коридор, двинулся к освещённой двери мастерской — молча, ни криком, ни шумом не предупредив Андрея. Да ему бы это и не помогло.

Стоило только переступить через порог и сильный толчок меж лопаток бросил меня вперёд, а следом заорали:

— Замер! Руки держи так, чтобы я их видел! Лицом к стене!

Андрей ошалело глянул на меня, потом медленно-медленно отложил киянку, расставил руки в стороны и отступил к стене. Тогда последовал очередной толчок.

— Встал рядом! Живо! — И сразу по нервам хлестанул новый вопрос. — Где Гуревич?!

За спиной послышался какой-то шум, потом в стену, едва не расшибив себе лицо, с разбегу врезался Тихон. Он всхлипнул и замер с упёртыми в бетон ладонями, по мясистым щекам скатывались крупные капли пота.

— А ты на диван! — прикрикнули, видимо, на Лёню, и автоматчик чуть ли не прорычал: — Так его здесь нет?! Блин, я же говорил, не надо сюда соваться!

— Проверить стоило! — огрызнулся тип с пистолетом. — И чем ты недоволен? Сынок его у нас, сейчас всё узнаем!

У меня внутри всё так и заледенело. Не менты, бандиты.

И это было плохо. Очень плохо.

Пусть они и не дали мне возможности их разглядеть, но свидетелей могут и не оставить.

Свидетелей чего? А вот всего этого самого!

— Знаете где Гуревич? — спросил автоматчик, полюбовался на наше синхронное покачивание головами и обратился к Лёне: — Батя твой где?

— Не знаю! — пустил тот петуха. — Папа с нами не живёт!

— Плохо, — сказал бандит с пистолетом. — Ты нам нужен только для торга с отцом, если он неизвестно где, то и в тебе нужды нет. А в твоих друзьях так и подавно!

В тишине помещения явственно щёлкнул взведённый курок, и Тихон Морозов не выдержал, нервно крутанулся на месте.

— Стойте!

Грохнул выстрел, загулял эхом от стены к стене, отозвался звоном в ушах. Тиша охнул и сполз на пол, я дёрнулся было и тут же застыл на месте, остановленный резким окриком.

— Замер, сука!

И я замер. Скосил глаза и увидел, как по куртке Морозова растекается кровь. Пуля угодила в левую сторону груди, ранение точно было смертельным. И действительно — почти сразу сип, хрип и конвульсии стихли. Тиша неподвижно замер на полу с неуклюже подвёрнутой ногой.

Лёня вскрикнул, послышался шлепок пощёчины, и автоматчик проорал:

— Ну, не вспомнил ещё? Освежить память?!

И тут я понял, что сейчас мне выстрелят в спину. Или не мне, а Андрею, но очерёдность значения не имеет: любой из нас переживёт другого лишь на несколько минут. Даже если поначалу бандиты и не собирались никого убивать и Толстый спровоцировал выстрел своим паническим рывком, теперь наша судьба решена. Мы неугодные свидетели, от которых придётся избавиться, и одновременно расходный материал, с помощью которого попытаются сломать Лёню.

И от осознания нелепости и неправильности происходящего в мозгу что-то провернулось, и на меня снизошло озарение.

— Деньги в сейфе! — заорал я, спеша опередить выстрел.

И — опередил. Миг царила тишина, от которой судорогой сводило кишки, а потом меня вкрадчиво спросили:

— Какие деньги?

— Гуревича! — ответил я и по собственной инициативе добавил: — Сейф в караулке!

— Ты откуда знаешь? — потребовал объяснений, судя по голосу, автоматчик.

— Видел. У меня дубликат ключей есть! Он не знал!

Вновь тишина и наверняка — обмен взглядами. Потом очередной вопрос.

— Сколько там денег?

— Много. Я не считал.

Но излишней доверчивостью бандиты не отличались, они обратились за разъяснениями к Леониду. Донёсся отзвук крепкой затрещины, и автоматчик вновь прорычал:

— Ты об этом что скажешь?

— Не знаю! — выкрикнул в ответ Лёня. — Папа ничего не говорил!

Идиот! Ну что ему стоило подыграть?!

Андрей скосил на меня глаза, и я понял приятеля без слов. Меж лопаток так и зудело в ожидании скорого выстрела, пришлось придать своему утверждению дополнительной убедительности.

— Я беру оттуда понемногу налички! Валюту не трогаю, только рубли. Посмотрите в сумке! Она на диване!

Почти сразу вжикнула молния, донёсся шум вытряхнутых на пол пачек.

— И это — немного? — уточнил тип с пистолетом.