Читаем полностью

Тональность черно-белого изображения также зависит и от использования при съемке различных светофильтров, приводящих к перегруппировке тонов в кадре. Небо, передающееся ярким белым тоном при съемке без фильтра, под действием желтого светофильтра приобретает серый тон и совершенно темнеет под действием красного светофильтра. Тени на снегу темнеют при использовании желтых и оранжевых светофильтров, а общий тональный рисунок изображения при этом теряет мягкость тональных переходов, становится более контрастным. Желтые цвета объекта светлеют на снимке при использовании желтого светофильтра и могут передаться совершенно белым тоном, если применяется оранжевый светофильтр, и т.д.

Оказывают свое влияние на тональность черно-белого фотоизображения и другие оптические насадки на объектив, использованные при съемке или проекционной печати. Сетки, диффузионные диски и пр. размывают контуры изображения фигур и предметов, смягчают контрасты, высветляют тени и пр. Так, общая светлая тональность фото 81 поддерживается смягченным оптическим рисунком изображения, явившимся результатом применения одной из таких насадок.

Влияет на тональность снимка и подбор негативных материалов по характеру их цветочувствительности, сенсибилизации и контрасту. Имеют значение применяемые для обработки негатива проявляющие и другие химические вещества, входящие в состав проявителя, а также характер обработки негатива. Например, известно, что использованный в качестве проявляющего вещества метол дает более мягкие по тонам негативы; гидрохинон делает тональные переходы на негативе более контрастными. Сильные щелочи, введенные в состав проявителя, дают более контрастные негативы, чем негативы, обработанные в проявителях со слабыми щелочами. С удлинением времени проявления контраст тонов изображения возрастает и т.д.

Оказывает свое влияние на тональность снимка и подбор фотобумаг по степени их контрастности и по фактуре поверхности, а также характер обработки отпечатка. Например, фото 81 отпечатано на матовой бумаге, что находится в полном соответствии с общим тональным рисунком портрета. Трудно себе представить этот снимок, отпечатанным на глянцевой бумаге! В то же время фото 82 хорошо печатается именно на глянцевой бумаге, передающей и контраст изображения, характерный для данного снимка, и сочность его тонов.

При творческом использовании всех этих изобразительных и технических средств черно-белой фотографии для передачи цветов реального мира могут быть получены снимки, чрезвычайно интересные по тональности, изображающие действительность правдиво и художественно выразительно. Эти средства и приемы определяют тональный строй снимка, характеризующийся рядом факторов.

Прежде всего здесь следует назвать преобладающий в кадре тон. В фото 81 преобладают светлые тона, образующие светлую тональность снимка; в фото 82 преобладают тона темные, обусловливающие общую темную тональность изображения. В фото 83 использована более длинная гамма тонов – от черного до белого.

Следующим фактором, характеризующим тональный строй черно-белого снимка, являются величины площадей, занимаемых в кадре тем или иным тоном. В фото 83 можно обнаружить всю гамму тонов – от черного до белого. Однако площади, занимаемые в кадре этими крайними тонами, очень малы и потому решающего влияния на общую тональность изображения не оказывают. Главные площади в кадре закрыты промежуточными серыми тонами, они-то и определяют общий тональный рисунок изображения.

Важнейшее значение здесь имеет размещение тонов в кадре, их распределение в пределах картинной плоскости. Поскольку тона снимка образуются реальными предметами, размещение этих предметов обусловливает тот или иной тональный рисунок кадра. И, следовательно, здесь обнаруживается теснейшая связь тональной и линейной композиции кадра. Действительно, выбор точки съемки и крупности плана определяют композиционное построение фото 84 (Б. Денькин – Голуби зимой). Но они же образуют и определенный тональный рисунок изображения, основанный на темном переднем плане и светлой глубине кадра.

Фото 84. Б. Денькин. Голуби зимой

И, наконец, следует назвать градацию тонов, под которой подразумевается соотношение самого светлого и самого темного тона в кадре, их контраст и характер тональных переходов. Резко различная градация тонов в фото 81 и 82 определяет совершенно разный характер тонального рисунка этих снимков. Сходная градация тонов в фото 81 и 84 дает родственный тональный рисунок в этих столь различных по содержанию снимках.

Перечисленные факторы характеризуют тональную композицию черно-белого снимка, которая является одним из средств организации фотографического изображения, объединения отдельных его компонентов в единое художественное целое.

Таким образом, тональное решение фотографического снимка следует считать активнейшим изобразительным средством фотографии, творческое использование которого помогает решению тематических задач, передаче содержания, а также позволяет решить и задачи художественно-живописные.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Матисс
Матисс

С именем Анри Матисса (1869 — 1954) связана целая эпоха в истории европейского искусства. Пабло Пикассо охарактеризовал творчество своего соперника одной фразой: «Матисс всегда был единственным и неповторимым». Впервые жизнеописание открывает нам Матисса не безмятежным и уверенным в себе, а сомневающимся, страдающим, не понятым публикой и собственными родными; не опасным анархистом и дикарем, а воспитанным, умным, образованным человеком, любящим поэзию и умеющим рассуждать об искусстве лучше любых критиков. Практичный и консервативный в жизни, романтический и бунтарский в творчестве — таким предстает реформатор искусства XX века, художник, сумевший упростить живопись, в интеллектуальном бестселлере британского биографа Хилари Сперлинг, удостоенной за свой труд престижной литературной премии «Whitebread», ставшем в 2006 году в Англии «Книгой года» и переведенном на многие языки.

Хилари Сперлинг

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
Искусство беллетристики
Искусство беллетристики

Книга Айн Рэнд «Искусство беллетристики» — это курс об искусстве беллетристики, прочитанный ею в собственной гостиной в 1958 году, когда она находилась на пике творческой активности и была уже широко известна. Слушателями Айн Рэнд были два типа «студентов» — честолюбивые молодые писатели, стремящиеся познать тайны ремесла, и читатели, желающие научиться глубже проникать в «писательскую кухню» и получать истинное наслаждение от чтения.Именно таким людям прежде всего и адресована эта книга, где в живой и доступной форме, но достаточно глубоко изложены основы беллетристики. Каждый, кто пробует себя в литературе или считает себя продвинутым читателем, раскрыв книгу, узнает о природе вдохновения, о роли воображения, о том, как вырабатывается авторский стиль, как появляется художественное произведение.Хотя книга прежде всего обращена к проблемам литературы, она тесно связана с философскими работами Айн Рэнд и развивает ее основные идеи об основополагающей роли разума в человеческой жизни, в том числе и в творчестве.

Айн Рэнд

Искусство и Дизайн / Критика / Литературоведение / Прочее / Образование и наука
Заяц с янтарными глазами
Заяц с янтарными глазами

«Заяц с янтарными глазами» – книга-музей; и главные герои здесь – предметы: фигурки нэцке, архивные хранилища, винтовые лестницы. Впрочем, в отличие от классических музеев, в этом нет табличек «руками не трогать», как раз наоборот.Книга де Вааля – целиком тактильный текст. Автор рассказывает историю своих предков через их коллекции, один за другим перебирая экспонаты – бережно и осторожно, – так мы перебираем бабушкины-дедушкины вещи на чердаке, стирая пыль с орнаментов и шелестя плотной желтой бумагой. Разница только в том, что сам де Вааль роется не на чердаке своего дома, а в чертогах истории – в архивах братьев де Гонкур, Марселя Пруста, Клода Моне и многих других писателей и художников, с которыми дружили его деды и прадеды (Шарль Эфрусси, прадед автора, был прототипом прустовского Свана).Ярый коллекционер, де Вааль настолько дотошен, что умудрился проследить весь путь своих фигурок-нэцке из Японии во Францию, в Париж XIX века, оттуда в Вену XX века, и дальше – сквозь колючую проволоку 1930-х и 1940-х, когда фигурки были спасены от коричневой чумы усилиями храброй девушки – и дальше-дальше сквозь время, все ближе к читателю.Для кого эта книгаДля всех, кто увлекается биографиями незаурядных личностей и семейными сагамиДля любителей истории ХХ векаДля тех, кто хотел бы узнать о повседневной жизни Европы начала века, во время первой мировой войны и 30-х

Эдмунд де Вааль

Искусство и Дизайн