Читаем полностью

Но отсюда не следует вывод, что одна только изобразительная форма может сама по себе составить ценность снимка и стать единственным его содержанием. Да, стройный и гармоничный линейный рисунок кадра есть достоинство фотокартины, но только тогда, когда он использован для выражения её содержания. Острый, удачно найденный ракурс ценен только тогда, когда он помогает постичь и понять суть изображаемого. Выразительная светотень восхищает зрителя, но лишь в том случае, если она способствует передаче гармонии объемно-пластических форм объекта съемки и насыщению снимка настроением.

Окном в мир, через которое зритель видит правдивые и яркие картины современности, – вот чем должен быть фотоснимок. Стекло этого окна должно быть чистым, не иметь пороков в виде свилей и царапин, которые могут привести к искажению видимого. Такими пороками стекла могут стать и заумный ракурс, и пустые, абстрактные сочетания тонов и линий в кадре.

Каждый фотохудожник на пути становления своего мастерства проходит три главных этапа творчества. Первым из них следует считать изучение техники данного вида искусства – фотоаппаратуры, светочувствительных материалов, способов получения фотографического изображения. Вторым этапом является освоение изобразительных средств фотографии, выразительных возможностей светового, тонального и линейного рисунка кадра. Третья и высшая ступень мастерства состоит в умелом и точном использовании техники и изобразительных средств для выражения идейно-тематического содержания художественной картины.

И думается, что многие из тех фотографов, которые иногда пытаются поразить зрителя необычными композиционными приемами, неожиданными верхними или нижними точками съемки и пр., неизбежно остаются на поверхности явлений и безнадежно застряли на втором, промежуточном, этапе становления мастерства, так и не поднявшись на высшую его ступень. Они словно находятся в плену этих ракурсов, восторгаются сочетанием совершенно черных линий и совершенно белого фона, любуются падающими вертикальными линиями, полной смазкой, расплывчатостью фотоизображения и пр. Они словно служат этим приемам, не сумев заставить их служить себе. И часто зритель вместо полнокровной жизни видит на таком снимке только лабораторию фотографа, его упражнения в композиции кадра, световом и тональном решении снимка.

Но для того чтобы правдиво, глубоко и полно выразить содержание, чтобы передать его в наиболее ясной, доходчивой, а в художественном снимке и в эстетически-впечатляющей форме, фотограф должен в совершенстве владеть своим мастерством. Мастерство необходимо для создания любого фотографического снимка – художественного, информационного, научного, поскольку каждый из них должен привлекать внимание зрителя, каждый должен делать для зрителя ясным основной замысел, чему помогают точная и законченная композиция, интересное световое или тональное решение.

Изучение вопросов мастерства тесно связано с изучением специфических особенностей данного искусства, его выразительных возможностей и изобразительных средств.

Существуют своя специфика, свои возможности, свои изобразительные средства для отражения действительности и в фотографии, именно их она должна использовать и развивать. Эти возможности и средства связаны с особой фотографической техникой, которая лежит в основе получения фотокартин. Отошли в прошлое попытки использовать фотографическую технику для имитации живописи или рисунка, для получения фотоснимков под акварель, карандаш, пастель и пр. Давно стало понятным, что таким путем получить художественную фотографическую картину невозможно, так как искусство фотографии становится здесь на путь подражания и не может подменить собой живопись или рисунок, не может и соперничать с ними. В то же время собственно фотографическая выразительность при этом теряется.

Фотографическая техника такова, что позволяет любому человеку, даже лишь поверхностно с ней знакомому, получать снимки, иногда даже удачные. Однако чаще всего эти снимки большого интереса не представляют, являются холодной копией натуры, протокольным изображением объекта съемки. И даже удачные снимки не являются результатом сознательного применения определенных знаний, умения, мастерства, они – результат случайности. Ясно, что подлинное мастерство не может основываться на этих случайных удачах. Практика показывает, что подлинное мастерство в фотографии не определяется только знаниями техники, пусть даже самыми блестящими.

Для постижения всех возможностей фотографического творчества требуются многие годы учебы, упорный труд, всестороннее освоение выразительных средств фотоискусства, а достижение хороших и особенно художественных результатов зависит также от определенных творческих способностей.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Матисс
Матисс

С именем Анри Матисса (1869 — 1954) связана целая эпоха в истории европейского искусства. Пабло Пикассо охарактеризовал творчество своего соперника одной фразой: «Матисс всегда был единственным и неповторимым». Впервые жизнеописание открывает нам Матисса не безмятежным и уверенным в себе, а сомневающимся, страдающим, не понятым публикой и собственными родными; не опасным анархистом и дикарем, а воспитанным, умным, образованным человеком, любящим поэзию и умеющим рассуждать об искусстве лучше любых критиков. Практичный и консервативный в жизни, романтический и бунтарский в творчестве — таким предстает реформатор искусства XX века, художник, сумевший упростить живопись, в интеллектуальном бестселлере британского биографа Хилари Сперлинг, удостоенной за свой труд престижной литературной премии «Whitebread», ставшем в 2006 году в Англии «Книгой года» и переведенном на многие языки.

Хилари Сперлинг

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
Искусство беллетристики
Искусство беллетристики

Книга Айн Рэнд «Искусство беллетристики» — это курс об искусстве беллетристики, прочитанный ею в собственной гостиной в 1958 году, когда она находилась на пике творческой активности и была уже широко известна. Слушателями Айн Рэнд были два типа «студентов» — честолюбивые молодые писатели, стремящиеся познать тайны ремесла, и читатели, желающие научиться глубже проникать в «писательскую кухню» и получать истинное наслаждение от чтения.Именно таким людям прежде всего и адресована эта книга, где в живой и доступной форме, но достаточно глубоко изложены основы беллетристики. Каждый, кто пробует себя в литературе или считает себя продвинутым читателем, раскрыв книгу, узнает о природе вдохновения, о роли воображения, о том, как вырабатывается авторский стиль, как появляется художественное произведение.Хотя книга прежде всего обращена к проблемам литературы, она тесно связана с философскими работами Айн Рэнд и развивает ее основные идеи об основополагающей роли разума в человеческой жизни, в том числе и в творчестве.

Айн Рэнд

Искусство и Дизайн / Критика / Литературоведение / Прочее / Образование и наука
Заяц с янтарными глазами
Заяц с янтарными глазами

«Заяц с янтарными глазами» – книга-музей; и главные герои здесь – предметы: фигурки нэцке, архивные хранилища, винтовые лестницы. Впрочем, в отличие от классических музеев, в этом нет табличек «руками не трогать», как раз наоборот.Книга де Вааля – целиком тактильный текст. Автор рассказывает историю своих предков через их коллекции, один за другим перебирая экспонаты – бережно и осторожно, – так мы перебираем бабушкины-дедушкины вещи на чердаке, стирая пыль с орнаментов и шелестя плотной желтой бумагой. Разница только в том, что сам де Вааль роется не на чердаке своего дома, а в чертогах истории – в архивах братьев де Гонкур, Марселя Пруста, Клода Моне и многих других писателей и художников, с которыми дружили его деды и прадеды (Шарль Эфрусси, прадед автора, был прототипом прустовского Свана).Ярый коллекционер, де Вааль настолько дотошен, что умудрился проследить весь путь своих фигурок-нэцке из Японии во Францию, в Париж XIX века, оттуда в Вену XX века, и дальше – сквозь колючую проволоку 1930-х и 1940-х, когда фигурки были спасены от коричневой чумы усилиями храброй девушки – и дальше-дальше сквозь время, все ближе к читателю.Для кого эта книгаДля всех, кто увлекается биографиями незаурядных личностей и семейными сагамиДля любителей истории ХХ векаДля тех, кто хотел бы узнать о повседневной жизни Европы начала века, во время первой мировой войны и 30-х

Эдмунд де Вааль

Искусство и Дизайн