Читаем полностью

Сейчас положение резко изменилось. Портрет, пейзаж, натюрморт не потеряли своего значения и по-прежнему радуют зрителя своим глубоко жизненным содержанием и отточенностью изобразительной формы, изяществом изобразительных решений. Эти жанры занимают очень большое место в художественной фотографии. Но, судя по фотографиям, публикуемым в газетах и журналах и экспонируемым на последних фотовыставках, художественными снимками часто являются работы фоторепортеров, в которых ставятся и решаются специфические художественные задачи, где сохраняется не только подлинность события, но и внутреннее эмоциональное состояние его участников, где авторы творчески подходят к выбору темы и сюжета и выражают их в совершенной художественной форме. Основой для художественных снимков могут быть самые различные сюжеты.

Следовательно, художественными снимками следует считать такие, которые становятся средством эстетического освоения мира, несут в себе обобщение и эмоциональность, воспроизводят в художественных образах типические характеры и картины человеческой жизни или типические явления природы и вызываемые ими типические переживания, передают определенное настроение; такие снимки, в которых ставятся и решаются определенные идейно-художественные и изобразительные задачи, ощущается единство содержания и художественной формы. Удовлетворяющие этим требованиям фотографические картины жизни приобретают идейно-художественную, эстетическую ценность, становятся произведениями искусства независимо от того, к какому жанру, виду или разделу фотографии они относятся.

Еще раз следует подчеркнуть, что в фотографии не всегда ставятся и решаются художественные задачи. Эти задачи возникают лишь в тех случаях, когда тема снимка, его содержание дают основу для создания художественного произведения, поскольку специфика искусства касается не только закономерностей художественной формы, но прежде всего содержания. Иногда же ошибочно полагают, что художественным следует считать снимок, имеющий совершенную изобразительную форму, то есть завершенную композицию, точное световое или интересное тональное решение, острое ракурсное построение и т.п. Таким образом, в качестве основного критерия художественности выдвигается формально-изобразительное мастерство. Однако совершенно очевидно, что далеко не всякий фотографический снимок, совершенный по использованию изобразительных средств и приемов построения кадра, является произведением искусства.

Точная композиция кадра и четкое световое решение в равной степени необходимы и в информационном, и в публицистическом, и в художественном снимке, так как бедность формы всегда мешает выявлению содержания и затрудняет восприятие картины.

Правда, про хороший репортажно-информационный снимок или даже про снимок, использованный в качестве средства научного исследования (например, микрофотография), часто говорят, что они сделаны с большим искусством. Правильнее было бы сказать, что они сделаны с большим мастерством, ибо термин искусство применяется здесь именно в таком смысле, а не в философском понимании искусства как одной из форм общественного сознания, без мысли поставить эти работы в ряд произведений искусств в прямом и полном значении этого слова.

Поскольку содержание фотографических композиций выражается через определенную изобразительную форму, изобразительная форма снимка приобретает существенно-важное значение, она должна способствовать наилучшему раскрытию содержания, помогать выражению идеи. Только тогда жизненный материал, заключенный в снимке, с наибольшей силой воздействует на зрителя, когда содержание выражено в совершенной, четкой, ясной и впечатляющей изобразительной форме. Примитивность изобразительной формы приводит к тому, что восприятие содержания снимка затрудняется и порой он перестает вызывать у зрителя интерес, а замыслы автора остаются нераскрытыми.

Иногда фотографический снимок, имеющий основание стать подлинно художественным, несущим в себе определенную идею и элементы обобщения, показывающим типические характеры в типических обстоятельствах, все же произведением искусства не становится и художественного значения не приобретает. Это происходит потому, что некоторые снимки при всей значительности взятой темы слабы по своему художественному решению, сделаны без всякого мастерства и активного использования выразительных возможностей и изобразительных средств фотографии. Часто неумелый отбор материала приводит к тому, что тема не раскрывается в снимке. Немало встречается снимков неудачных по композиции, неинтересных по свету, вялых по тональности. Все это обедняет фотографические картины, сводит к минимуму их художественное воздействие на зрителя.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Матисс
Матисс

С именем Анри Матисса (1869 — 1954) связана целая эпоха в истории европейского искусства. Пабло Пикассо охарактеризовал творчество своего соперника одной фразой: «Матисс всегда был единственным и неповторимым». Впервые жизнеописание открывает нам Матисса не безмятежным и уверенным в себе, а сомневающимся, страдающим, не понятым публикой и собственными родными; не опасным анархистом и дикарем, а воспитанным, умным, образованным человеком, любящим поэзию и умеющим рассуждать об искусстве лучше любых критиков. Практичный и консервативный в жизни, романтический и бунтарский в творчестве — таким предстает реформатор искусства XX века, художник, сумевший упростить живопись, в интеллектуальном бестселлере британского биографа Хилари Сперлинг, удостоенной за свой труд престижной литературной премии «Whitebread», ставшем в 2006 году в Англии «Книгой года» и переведенном на многие языки.

Хилари Сперлинг

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
Искусство беллетристики
Искусство беллетристики

Книга Айн Рэнд «Искусство беллетристики» — это курс об искусстве беллетристики, прочитанный ею в собственной гостиной в 1958 году, когда она находилась на пике творческой активности и была уже широко известна. Слушателями Айн Рэнд были два типа «студентов» — честолюбивые молодые писатели, стремящиеся познать тайны ремесла, и читатели, желающие научиться глубже проникать в «писательскую кухню» и получать истинное наслаждение от чтения.Именно таким людям прежде всего и адресована эта книга, где в живой и доступной форме, но достаточно глубоко изложены основы беллетристики. Каждый, кто пробует себя в литературе или считает себя продвинутым читателем, раскрыв книгу, узнает о природе вдохновения, о роли воображения, о том, как вырабатывается авторский стиль, как появляется художественное произведение.Хотя книга прежде всего обращена к проблемам литературы, она тесно связана с философскими работами Айн Рэнд и развивает ее основные идеи об основополагающей роли разума в человеческой жизни, в том числе и в творчестве.

Айн Рэнд

Искусство и Дизайн / Критика / Литературоведение / Прочее / Образование и наука
Заяц с янтарными глазами
Заяц с янтарными глазами

«Заяц с янтарными глазами» – книга-музей; и главные герои здесь – предметы: фигурки нэцке, архивные хранилища, винтовые лестницы. Впрочем, в отличие от классических музеев, в этом нет табличек «руками не трогать», как раз наоборот.Книга де Вааля – целиком тактильный текст. Автор рассказывает историю своих предков через их коллекции, один за другим перебирая экспонаты – бережно и осторожно, – так мы перебираем бабушкины-дедушкины вещи на чердаке, стирая пыль с орнаментов и шелестя плотной желтой бумагой. Разница только в том, что сам де Вааль роется не на чердаке своего дома, а в чертогах истории – в архивах братьев де Гонкур, Марселя Пруста, Клода Моне и многих других писателей и художников, с которыми дружили его деды и прадеды (Шарль Эфрусси, прадед автора, был прототипом прустовского Свана).Ярый коллекционер, де Вааль настолько дотошен, что умудрился проследить весь путь своих фигурок-нэцке из Японии во Францию, в Париж XIX века, оттуда в Вену XX века, и дальше – сквозь колючую проволоку 1930-х и 1940-х, когда фигурки были спасены от коричневой чумы усилиями храброй девушки – и дальше-дальше сквозь время, все ближе к читателю.Для кого эта книгаДля всех, кто увлекается биографиями незаурядных личностей и семейными сагамиДля любителей истории ХХ векаДля тех, кто хотел бы узнать о повседневной жизни Европы начала века, во время первой мировой войны и 30-х

Эдмунд де Вааль

Искусство и Дизайн