Читаем полностью

При дальнейшем уменьшении масштаба изображения человека преобладающее значение начинают приобретать второстепенные элементы композиции, на фоне которых теряется главное – человек. Фото 23 наглядно иллюстрирует это положение: акцент здесь смещен на предметы обстановки (первое, что видит зритель в снимке – груда мешков, а не человек, который должен быть центром такой композиции).

Фото 23. Неправильное определение масштаба изображения

Таким образом, выбор крупности плана следует рассматривать как один из моментов общего композиционного построения снимка и значение этого момента в реализации изобразительного замысла, как показывают разобранные примеры, чрезвычайно велико. Ограничивая рамкой кадра изображаемое пространство, фотограф тем самым отбирает материал, оставляя в поле зрения объектива лишь существенно важное, исключая все второстепенное, случайное, загромождающее кадр и мешающее четкому выражению содержания, темы снимка.

Определение высоты точки съемки

Изменение третьей координаты, определяющей положение точки съемки в пространстве, приводит к изменению высоты установки фотоаппарата и, следовательно, высоты горизонта в кадре.

Схема на рис. 2 показывает, как меняется рисунок изображения при изменении высоты точки съемки (при постоянном расстоянии от точки съемки до объекта).

Рис. 2. Определение высоты точки съемки

В фигуре в, где линия горизонта проходит посередине, перспективное сокращение верхних и нижних граней куба одинаково. При этой точке съемки, обусловливающей средний горизонт в кадре, изображение получается нормальным и никакой особой характеристики не приобретает.

Линия горизонта в этом случае делит кадр по вертикали на две равные (или примерно равные) части. Если эта линия в снимке обозначена очень четко, что бывает обычно при резко различных тонах верхней и нижней частей изображения (например, в пейзаже – темная земля и светлое небо), возникает опасность расчленения изображения, распадения композиции на две самостоятельные, не связанные между собой части. При этом картина теряет свою цельность, рассекается четко обозначенной линией горизонта. Примером может служить фото 24.

Фото 24. Линия горизонта рассекает кадр пополам

Место четких горизонтальных линий в кадре, к которым прежде всего относится линия горизонта в пейзаже, как, впрочем, и место четких вертикальных линий, должно быть точно найдено фотографом с тем, чтобы линии эти являлись элементами общей композиции, были увязаны со всей линейной структурой снимка, а не рассекали его на части, плохо согласующиеся друг с другом.

Смещение линии горизонта в кадре вверх или вниз приводит к тому, что верхние и нижние грани объекта съемки (в данном случае геометрического тела – куба) по-разному изображаются на снимке.

При нижней точке съемки (рис. 2 фигура г) линия горизонта в кадре опускается вниз, линии схода также устремляются вниз, к точкам схода, находящимся на линии горизонта. И, как показывает рисунок, верхние грани куба при этом сходятся под более острым углом, чем нижние.

Такое изображение носит название ракурсное (о ракурсе будет подробно рассказано в главе четвертой в связи с выражением пространства на плоскости снимка). Оно приобретает особую характерность, объясняемую резкими перспективными сходами линий в кадре и в ряде случаев помогает выявлению особенностей снимаемого объекта, позволяет передать его на снимке предельно выразительно.

При съемке с нижней точки изменяется привычное сопоставление предметов переднего и дальнего планов по высоте; даже невысокие предметы переднего плана часто проецируются на фон неба или оказываются на одной высоте с грандиозными сооружениями дальнего плана.

На зрителя такое изображение производит особое впечатление: жизненный опыт и психология зрительного восприятия подсказывают ему, что предметы переднего плана стали высокими, громоздкими, масштабными, значительными, если даже на самом деле они таковыми не являлись. Следовательно, прием съемки с нижней точки таит в себе большие выразительные возможности, но вместе с тем он должен использоваться очень обдуманно.

Если такая изобразительная трактовка улучшает решение темы, если внимание зрителя должно быть акцентировано на переднем плане, а его преувеличенно подчеркнутая высота помогает зрителю правильно оценить содержание снимка и значение изображаемых предметов – применение нижнего ракурса оправданно, а съемка с нижней точки дает интересный и действенный результат.

Снимок В. Шаховского Старый мостик в горах (фото 25) сделан с нижней точки. Изображенные на снимке мостик, фигуры людей и лошади проецируются на фон облаков и вершин холмов. В результате подчеркивается высота мостика и своеобразие его конструкции, и нижняя точка съемки, следовательно, использована для решения смысловых и изобразительных задач, выбрана исходя из содержания снимка. Таким образом, она здесь вполне оправданна.

Фото 25. В. Шаховской. Старый мостик в горах

Перейти на страницу:

Похожие книги

Матисс
Матисс

С именем Анри Матисса (1869 — 1954) связана целая эпоха в истории европейского искусства. Пабло Пикассо охарактеризовал творчество своего соперника одной фразой: «Матисс всегда был единственным и неповторимым». Впервые жизнеописание открывает нам Матисса не безмятежным и уверенным в себе, а сомневающимся, страдающим, не понятым публикой и собственными родными; не опасным анархистом и дикарем, а воспитанным, умным, образованным человеком, любящим поэзию и умеющим рассуждать об искусстве лучше любых критиков. Практичный и консервативный в жизни, романтический и бунтарский в творчестве — таким предстает реформатор искусства XX века, художник, сумевший упростить живопись, в интеллектуальном бестселлере британского биографа Хилари Сперлинг, удостоенной за свой труд престижной литературной премии «Whitebread», ставшем в 2006 году в Англии «Книгой года» и переведенном на многие языки.

Хилари Сперлинг

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное
Искусство беллетристики
Искусство беллетристики

Книга Айн Рэнд «Искусство беллетристики» — это курс об искусстве беллетристики, прочитанный ею в собственной гостиной в 1958 году, когда она находилась на пике творческой активности и была уже широко известна. Слушателями Айн Рэнд были два типа «студентов» — честолюбивые молодые писатели, стремящиеся познать тайны ремесла, и читатели, желающие научиться глубже проникать в «писательскую кухню» и получать истинное наслаждение от чтения.Именно таким людям прежде всего и адресована эта книга, где в живой и доступной форме, но достаточно глубоко изложены основы беллетристики. Каждый, кто пробует себя в литературе или считает себя продвинутым читателем, раскрыв книгу, узнает о природе вдохновения, о роли воображения, о том, как вырабатывается авторский стиль, как появляется художественное произведение.Хотя книга прежде всего обращена к проблемам литературы, она тесно связана с философскими работами Айн Рэнд и развивает ее основные идеи об основополагающей роли разума в человеческой жизни, в том числе и в творчестве.

Айн Рэнд

Искусство и Дизайн / Критика / Литературоведение / Прочее / Образование и наука
Заяц с янтарными глазами
Заяц с янтарными глазами

«Заяц с янтарными глазами» – книга-музей; и главные герои здесь – предметы: фигурки нэцке, архивные хранилища, винтовые лестницы. Впрочем, в отличие от классических музеев, в этом нет табличек «руками не трогать», как раз наоборот.Книга де Вааля – целиком тактильный текст. Автор рассказывает историю своих предков через их коллекции, один за другим перебирая экспонаты – бережно и осторожно, – так мы перебираем бабушкины-дедушкины вещи на чердаке, стирая пыль с орнаментов и шелестя плотной желтой бумагой. Разница только в том, что сам де Вааль роется не на чердаке своего дома, а в чертогах истории – в архивах братьев де Гонкур, Марселя Пруста, Клода Моне и многих других писателей и художников, с которыми дружили его деды и прадеды (Шарль Эфрусси, прадед автора, был прототипом прустовского Свана).Ярый коллекционер, де Вааль настолько дотошен, что умудрился проследить весь путь своих фигурок-нэцке из Японии во Францию, в Париж XIX века, оттуда в Вену XX века, и дальше – сквозь колючую проволоку 1930-х и 1940-х, когда фигурки были спасены от коричневой чумы усилиями храброй девушки – и дальше-дальше сквозь время, все ближе к читателю.Для кого эта книгаДля всех, кто увлекается биографиями незаурядных личностей и семейными сагамиДля любителей истории ХХ векаДля тех, кто хотел бы узнать о повседневной жизни Европы начала века, во время первой мировой войны и 30-х

Эдмунд де Вааль

Искусство и Дизайн