Читаем полностью

В годы Первой мировой войны традиционное использование иностранной рабочей силы в сельском хозяйстве Германии приобрело качественно иной характер. Основу сформированной в годы Первой мировой войны системы принудительного труда составили депортация гражданского населения с оккупированных территорий, разработка методов использования военнопленных и рабочих, законодательная дискриминация по национальному признаку, создание соответствующего административного аппарата.

Стремясь защитить национальный рынок труда в годы мирового кризиса, правительство Веймарской республики обратилось к регулированию привлечения иностранных рабочих в сельское хозяйство в соответствии с запросами экономики. В результате создания административной системы контроля в сфере занятости государство установило свою монополию на определение потребности экономики в иностранной рабочей силе и разработало эффективный механизм регулирования численности и характера ' трудовых отношений иностранцев. Таким образом, в первой трети XX в. были заложены основы системы принудительного труда иностранных рабочих в экономике и, прежде всего, в сельском хозяйстве Германии.

Придя в 1933 г. к власти в Германии, национал-социалисты продолжили политику ограничения притока иностранных рабочих в немецкое сельское хозяйство, что соответствовало идеологии «почвы и крови». Однако взятый

нацистским руководством в 1936 г. курс на форсированную подготовку к войне в условиях общего экономического подъема привел к быстрому росту дефицита рабочей силы, покрыть который в сельском хозяйстве без притока иностранцев не представлялось возможным. Стремление к достижению продуктовой автаркии вынудило немецкое руководство отказаться от буквального соблюдения постулатов национал-социалистической идеологии в вопросе об использовании труда иностранцев и разрешить допуск ограниченных контингентов иностранцев на внутренний рынок труда.

Осознав еще в предвоенные годы, что без притока иностранных рабочих немецкое сельское хозяйство не сможет поддерживать необходимый уровень производства, национал-социалисты приступили к планированию использования труда польских военнопленных в сельском хозяйстве. Организация принудительного труда и методов набора польских граждан хотя и основывалась на опыте Первой мировой войны, но была существенно изменена за счет нацистского законодательства, основной задачей которого стало осуществление максимальной изоляции иностранцев от немецкого крестьянства. Традиция сезонного труда поляков в немецком сельском хозяйстве явилась причиной установления уже в первый год войны привычной дихотомии «батрак - хозяин» во взаимоотношениях между польскими работниками принудительного труда и немецкими крестьянами.

Провал планов «блицкрига» на Восточном фронте привел к обострению дефицита рабочей силы в национал-социалистической Германии и переходу от политики тотального истребления людских резервов СССР к их частичному трудовому использованию. Аграрный сектор в числе других отраслей экономики с высокой долей тяжелого физического труда стал сферой массового использования гражданского населения СССР и советских военнопленных.

Применение принудительного труда советских граждан в сельском хозяйстве национал-социалистической Германии осуществлялось в условиях созданной еще для польских граждан системы принудительного труда. Но регулировавшее условия труда «восточных рабочих» «расовое» законодательство отличалось большим уровнем дискриминации. Набор, распределение и перевод «восточных рабочих» в другие отрасли экономики проходили в рамках созданной еще в годы Веймарской республики и успешно развитой в первые военные годы административной системы контроля над иностранными рабочими.

Специфика трудовой деятельности в сельском хозяйстве обусловила тесное взаимодействие «восточных рабочих» с немецкими крестьянами. Для обеспечения необходимого уровня изоляции советских граждан от немецких крестьян действовал обширный пропагандистский и контрольно-репрессивный аппарат. Несмотря на это, в малых и средних хозяйствах, вследствие невозможности изоляции работников, происходило постепенное разрушение сформированного нацистской пропагандой негативного образа советского человека.