История

История космического соперничества СССР и США
История космического соперничества СССР и США

Противостояние СССР и США, начавшееся с запуска Советским Союзом первого спутника в 1957 году и постепенно вылившееся в холодную войну, послужило причиной грандиозных свершений в области освоения космоса. Эта книга включает в себя хронику как советских, так и американских космических исследований и достижений, подробное описание полета Найла Армстронга и База Олдрина на Луну, а также множество редких и ранее не опубликованных фотографий. Авторы книги — Вон Хардести, куратор Национального Смитсонианского аэрокосмического музея, и Джин Айсман, известный исследователь и журналист, показывают, каким образом «параллельные исследования» двух стран заставляли их наращивать темпы освоения космоса, как между США и СССР назревал конфликт, в центре которого были Джон Кеннеди и Никита Хрущев. Это история освоения космоса, неразрывно связанная с историей противостояния двух великих держав на Земле.

Джин Айсман , Вон Хардести

Астрономия и Космос / История / Технические науки / Образование и наука
Миф о Большом терроре
Миф о Большом терроре

Были ли Вы когда-либо свидетелями того, как пишется история? Видели ли Вы хоть раз, как с треском рушится общепринятая концепция исторического прошлого? Как сотни публицистических и научных работ по истории превращаются в гору никчёмной макулатуры? Книга "Миф о большом терроре" запускает процессы именно такого масштаба.Данная работа автора целиком и полностью посвящена развенчанию главного антисталинского и антикоммунистического мифа — мифа о "Большом терроре" (массовых репрессиях 1937-1938 годов, когда по приговорам несудебного органа было якобы расстреляно около 656 тыс. человек).В 1968 году, в рамках ведения антикоммунистической пропаганды, вышла книга "Большой террор: Сталинские чистки 30-х" Роберта Конквеста. Буржуазной пропаганде необходимо было представить коммунистический режим преступным и античеловечным.Далее антисоветская писанина Конквеста будет активно использоваться троцкистами внутри СССР. Сначала Солженицын, немного переработав, выпустит её под названием "Архипелаг ГУЛАГ". Затем наработками Роберта Конквеста воспользуется комиссия А.Н. Яковлева и общество "Мемориал", наспех создавая в 1988-1992 году миф о массовых репрессиях. Используя идею "Большого террора" Конквеста, а где-то и прямую поддержку Гуверовского института, была проделана колоссальная работа по фальсификации огромного массива документов. Тем не менее миф имеет громадное количество изъянов: несостоятельность мотивов репрессий, секретный внесудебный орган (которого, с точки зрения юриспруденции, вообще быть не может), огромное количество ошибок в документах из архивов, отсутствие экспертиз этих документов, отсутствие массовых захоронений и т.д.

Петр Григорьевич Балаев

История
Иосиф Грозный
Иосиф Грозный

«Он принял разоренную Россию с сохой, а оставил ее великой державой, оснащенной атомной бомбой», — это сказал о Сталине отнюдь не его друг — Уинстон Черчилль.Мерить фигуру Сталина обычным аршином нельзя. Время Лениных — Сталиных прошло. Но надо помнить о нем любителям революций.Один из моих оппонентов-недоброжелателей заметил мне как-то: «Да что ты знаешь о Сталине!» Могу ответить не только ему: знаю больше, чем Алексей Толстой, когда взялся писать роман о Петре. Автор книги Сталина видел воочию, слышал его выступления, смотрел кинохроники, бывал в тех местах, где он жил (кроме Тегерана), и, наконец, еще октябренком собирал «досье» на Сталина, складывая в папки вырезки из газет, журналов и переписывая, что было возможно. Сбор этого «досье», начатого примерно с 36-го года, продолжается и сейчас.Николай Никонов уделяет большое внимание личной жизни вождя, в частности, предлагает свою версию его долгой любовной связи с некоей Валечкой Истриной…

Николай Григорьевич Никонов

История / Образование и наука
Вековые конфликты
Вековые конфликты

Раскрываются исторические корни важнейшей проблемы нашего времени - война или мирные отношения между различными государствами и народами. Предпринята попытка рассмотреть эту проблему на материале всемирной истории. Анализ ведется на примерах столкновения Древнего Рима и раннего христианства, Византии и Арабского халифата, средневековых папства и империи; на примерах войн, участниками которых выступали турецкие янычары и германские ландскнехты, британские пираты и испанские инквизиторы, а в новейшее время - силы реакции и национального и социального освобождения. Убедительно показано, что борьба различных социальных систем с использованием военно-силовых методов ставила препятствия на пути общественного прогресса, но не меняла неотвратимого хода истории. В этом полемическая заостренность новой книги известного советского историка.

Ефим Борисович Черняк

История / Образование и наука
Петр Великий
Петр Великий

Петр Великий — одна из ярчайших личностей в Европе начала современной истории, всегда привлекала внимание историков. Профессор лондонского университета М. С. Андерсон в своей книге представляет хорошо знакомый образ несколько неожиданно: жестокость в общественных делах, недостаток привязанности в личных отношениях, грубость поведения — с одной стороны, и величие славных свершений, сделавших Россию серьезной самостоятельной политической и военной силой — с другой.Но решительно отбросив раздутый исторический миф, автор детально анализирует огромную жизнь Петра и дает ей неоднозначную оценку.Книга, бесспорно, будет интересна широкому кругу читателей.Данный перевод «Петр Великий», II издание, публикуется в соответствии с договором с Addison Wesley Longman Limited, London.© M. S. Anderson, 1995 © Перевод В. П. Белоножко © Художник С. Царев, 1997 © Изд-во «Феникс», 1997

Василий Осипович Ключевский , Михаил Афанасьевич Булгаков , Казимир Феликсович Валишевский , Мэтью Смит Андерсон , Казимир Валишевский

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Проза / Классическая проза
Следопыт (ЛП)
Следопыт (ЛП)

Мемуары капитана парашютно-десантного полка Дэвида Блейкли об его участии в составе взвода Следопытов в Иракской кампании 2003 года Первый в деле — официальный девиз одного из самых маленьких и секретных подразделений британской армии, взвода следопытов 16-й воздушно-штурмовой бригады. Неофициально, они незаконнорожденные сыновья SAS. И подобно их коллегам в Херефорде, работа следопытов заключается в том, чтобы действовать незаметно и незамеченными глубоко в тылу врага. Когда британские войска были развернуты в Ираке в 2003 году, капитану Дэвиду Блейкли было поручено командование разведывательной миссией такой критической важности, что она могла изменить ход войны. Это история о девяти мужчинах, действующих в одиночку и без поддержки, в 50 милях впереди отряда морской пехоты США и направляющихся прямо в осиное гнездо, кишащее тысячами вооруженных до зубов вражеских войск. Это первый рассказ об этой экстраординарной миссии — брошенной командованием коалиции, не оставленной без выбора, кроме как с боем пробиваться с заднего двора врага. И это дает захватывающее представление о самих следопытах, таинственном подразделении численностью всего 45 человек, которое занимается своим ремеслом с небес. Обученный спускаться с парашютом на вражескую территорию далеко за передним краем сражения — сбрасываясь с большой высоты, вдыхая баллонный кислород и используя новейшие технологии прыжков с парашютом — он уникален. Из-за новых правил, введенных с момента публикации «Браво Два ноль», почти десять лет не было сообщений из первых рук о британских силах специального назначения, ведущих современную войну. И ни один член «Следопытов» никогда раньше не рассказывал свою историю, до сих пор. Следопыт — единственный рассказ из первых рук о миссии ЮКСФ, появившийся почти за поколение. И это может быть последним. Девять человек. 2000 врагов. Никакого подкрепления. Никакой поддержки с воздуха. Никакого спасения. Никаких шансов…

Дэвид Блэйкли

История / Образование и наука
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе

«Тысячелетие спустя после арабского географа X в. Аль-Масуци, обескураженно назвавшего Кавказ "Горой языков" эксперты самого различного профиля все еще пытаются сосчитать и понять экзотическое разнообразие региона. В отличие от них, Дерлугьян – сам уроженец региона, работающий ныне в Америке, – преодолевает экзотизацию и последовательно вписывает Кавказ в мировой контекст. Аналитически точно используя взятые у Бурдье довольно широкие категории социального капитала и субпролетариата, он показывает, как именно взрывался демографический коктейль местной оппозиционной интеллигенции и необразованной активной молодежи, оставшейся вне системы, как рушилась власть советского Левиафана».

Георгий Дерлугьян

Культурология / История / Политика / Философия / Образование и наука