Философия

История античной эстетики (ранняя классика)
История античной эстетики (ранняя классика)

То, что классический период греческой литературы и философии приходится на ранний этап рабовладельческой формации, - это известно всем. Казалось бы, такое важное хронологическое совпадение с необходимостью должно вести к рассмотрению этого совпадения и по его существу, а не только с точки зрения простой одновременности. Тем не менее существенная связь классики греческой культуры с рабовладельческой формацией обычно не только не рассматривается именно как существенная, но часто все понимание этой связи сводится к констатированию простого синхронизма рабовладельческой формации с ее культурными надстройками. Следует подчеркнуть, что простая констатация такого синхронизма не имеет ничего общего с марксистским пониманием греческой классики, она выражает лишь отсутствие вообще всякого ее понимания. При таком подходе к делу история античной культуры оказывается рядом слепых и непроанализированных фактов...

Алексей Лосев

Философия / Образование и наука
Лидерство: проклятье или панацея
Лидерство: проклятье или панацея

Книга Бориса Поломошнова «Лидерство: проклятье или панацея» – это юмористически-мудрое пособие по достижению высоких целей. В эпоху активного генерирования новых идей автор сумел найти свой уникальный подход к уже успевшей стать банальной теме лидерства. Его идеи подчеркивают индивидуальный стиль мышления, который заключается в полной свободе от всяческих идеологий. Книга состоит из тематических разделов, в которых читателю предлагается постигнуть тайны скрытого потенциала и уникальности человека, изучить типологию лидерства, вникнуть в глубинный смысл пользы поражений. Лидером может стать каждый, вопрос состоит в целях и способах их достижения, ведь, по мнению автора, сила без разума является вандализмом, могущество без справедливости – злодейством, а величественность без мудрости – тщеславием. Книга «Лидерство: проклятье или панацея» станет интересной и увлекательной для всех, кто интересуется глубинами внутреннего мира, свободно мыслит и готов к новым познаниям.

Борис Поломошнов , Борис Евгеньевич Поломошнов

Карьера, кадры / Философия / Психология / Образование и наука
Психологические аспекты буддизма
Психологические аспекты буддизма

Второе, исправленное и дополненное, издание сборника охватывает широкий круг проблем: влияние психологии буддизма на культурные традиции народов Восточной и Центральной Азии; исследование психологических концепций, возникших под влиянием буддизма; вопросы структуры психических процессов и динамики изменения психических состояний под воздействием буддийской практики психотренинга; теоретические и прикладные аспекты культуры психической деятельности. Для исследования привлекаются материалы важнейших памятников буддийской философии и психологии.Книга рассчитана на буддологов, психологов, философов, историков, культурологов, широкий круг читателей.

С. П. Нестеркин , В. Н. Пупышев , Е. Б. Поршнева , Д. Д. Амоголонова , А. Н. Игнатович

Философия / Буддизм / Религия, религиозная литература / Религия / Эзотерика / Образование и наука
Этика любви и метафизика своеволия: Проблемы нравственной философии.
Этика любви и метафизика своеволия: Проблемы нравственной философии.

Книга доктора философских наук Ю. Н. Давыдова посвящена проблемам нравственной философии: страх смерти и смысл жизни, этический идеал и нигилизм, преступление и раскаяние и т. д. В книге рассматривается традиция этической мысли, восходящая к литературному творчеству Л. Толстого и Ф. Достоевского. Нравственная философия русских писателей противопоставляется аморализму Ницше и современных ницшеанцев, включая таких философов, как Сартр и Камю.Книга рассчитана на молодого читателя.Рецензенты: академик М. Б. Митин; доктор философских наук, профессор В. А. Карпушин; доктор философских наук, профессор И. К. Пантин.© Издательство «Молодая гвардия», 1982 г.М.: Мол. гвардия, 1982. — 287 с, ил. В пер.: 75 к., 50 000 экз.

Юрий Николаевич Давыдов , Юрий Давыдов

Философия / Образование и наука
Третья волна
Третья волна

Один из провозвестников «постиндустриального общества» Элвин Тоффлер, предсказавший многие черты современного общества еще в начале 80–х гг. прошлого века, в своем классическом труде раскладывает историю человечества на «технологические волны» (сравните с классиками политэкономии!). Одна технологическая волна сменяет другую, за сменой технологий происходит смена общественных формаций. По Тоффлеру, между социализмом в СССР и империализмом середины XX века в США особой разницы нет — и там, и здесь легко обнаружить черты индустриальной эпохи: централизованное жесткое управление и контроль и подавление социальной инициативы. У каждой технологический волны есть свой ключевой продукт, и могущество стран и общественных объединений зависит от обладания и контроля над ним. В древнем обществе и средних веках таким продуктом была земля, в индустриальную эпоху — товарные рынки сбыта и сырье. В постиндустриальном обществе, в фазе Третьей технологической волны ключевым продуктом становится информация. Тоффлер анализирует тенденции и делает великолепные прогнозы, часть из которых на наших глазах становятся реальностью. Преображаются все аспекты жизни общества: социальные взаимосвязи, государственное устройство, политика, медиарынок, даже семья и воспитание. Зарождается цивилизация будущего, которая во всех отношениях будет иной, но ее зерна можно увидеть уже сегодня…

Элвин Тоффлер

Философия
Теория войны и мира. Геофилософия Европы(СИ)
Теория войны и мира. Геофилософия Европы(СИ)

В книге автор осмысливает онтологию войны и мира. Используя результаты эмпирических и теоретических исследований в области геофилософии, а также: нейронаук, психологии, социальной философии и военной истории, автор последовательно решает следующие задачи: определяет аксиоматику теории войны и мира; формулирует теорию и её основные следствия; осмысливает философию войны и мира; проверяет теорию на геофилософии Европы; предлагает новую теоретическую основу для определения Европейской стратегии безопасности. В книге доказывается, что проблема войны и мира берет начало в особенностях формирующейся психики. Война и мир являются способами достижения регуляторного компромисса между проявлениями активного начала, которое изначально заложено в основу психики человека, и влиянием внешней среды - естественным отбором; между усложняющимися потребностями псипространства, как совокупности психик в масштабах Земли и возможностями их удовлетворения; между провозглашенной идеей, которая объединяет псипространство, и возможностью её реализации. Войной и миром регулируется качественный состав и проявления псипространства: снижается количество психик, чья структура предрасполагает к агрессии, и увеличивается численность психик, чьи проявления направлены на интеграцию и кооперацию. Из предложенной теории войны и мира следует, что состояние мира для эволюционирующего псипространства включает в себя философию войны; что переход от мира к войне зависит, главным образом, от эффективности образовательных технологий.  

Олег Александрович Базалук

Философия / Образование и наука
Этика для нового тысячелетия
Этика для нового тысячелетия

Читателю не следует предполагать, что я как Далай-лама предложу какое-то особенное решение. На этих страницах нет ничего такого, что не было уже сказано прежде. Более того, я чувствую, что опасения и идеи, изложенные здесь, разделяются многими, кто думает и пытается отыскать решение проблем, приносящих страдания нам, людям. Предлагая, по просьбе моих друзей, эту книгу к публикации, я надеюсь, что она выразит мысли миллионов людей, не имеющих возможности высказаться публично и потому остающихся тем, что я называю молчаливым большинством.Однако читателю следует помнить, что я получил исключительно религиозное и духовное образование. С ранней юности главной (и постоянной) областью изучения для меня были буддийская философия и психология. В особенности я изучал труды религиозных философов школы гелуг , к которой традиционно принадлежат далай-ламы. Но, будучи твердым сторонником религиозного плюрализма, я изучал также основные труды других буддийских традиций. Однако я имею сравнительно малое представление о современной светской мысли. Тем не менее эта книга не религиозная. И в еще меньшей степени это книга о буддизме. Моя цель – призвать к нравственному подходу, основанному скорее на общих, нежели на религиозных принципах.

Тензин Гьяцо

Политика / Философия / Религиоведение / Религия / Эзотерика
Матрица Апокалипсиса. Последний закат Европы
Матрица Апокалипсиса. Последний закат Европы

В фильме «Матрица» один из его героев (Нео) читает книгу французского философа Жана Бодрийяра. С помощью этой книги Нео пытается понять, где реальность, а где матрица реального мира.Внимание создателей этого фильма к произведениям Бодрийя-ра не случайно: его называли «гуру» постмодерна, он ввел понятие гиперреальности («матрицы») для обозначения процессов, происходящих в мире. По мнению Бодрийяра, западный мир утратил чувство реальности, он движется к Апокалипсису, когда последним бастионом становится смерть – на ней основана в наше время любая власть и экономика.Еще один французский философ – Эмиль Мишель Сиоран – согласен с Бодрийяром в том, что европейская цивилизация переживает глубокий кризис, но пытается шутить на краю пропасти. С мрачным юмором Сиоран оценивает настоящее и будущее Европы, общества, европейского человека.В книге, представленной вашему вниманию, собраны наиболее значительные произведения этих двух выдающихся мыслителей XX столетия.

Эмиль Мишель Чоран , Жан Бодрийяр , Эмиль Мишель Сиоран

Философия / Образование и наука
Революционер одной соломинки. Философия и работа Масанобу Фукуоки
Революционер одной соломинки. Философия и работа Масанобу Фукуоки

Масанобу Фукуока (1913–2008) был величайшим японским фермером и философом с острова Сикоку. На протяжении более шестидесяти пяти лет г-н Фукуока разработал уникальный метод ведения сельского хозяйства, который может обратить вспять дегенеративную динамику современного сельского хозяйства. Естественное земледелие не требует техники, химикатов, готового компоста и очень мало прополки или обрезки. Мистер Фукуока не вспахивал почву и не затоплял свои рисовые поля, как это столетиями делали фермеры в Азии и во всем мире. Его метод требует меньше энергии, чем любой другой, не требует ископаемого топлива и не создает загрязнения, но плодородие почвы увеличивается с каждым сезоном. Несмотря на такой нестандартный подход, Урожайность была сопоставима с урожайностью самых продуктивных ферм Японии или превышала их.

Ларри Корн

Сад и огород / Философия / Дом и досуг / Образование и наука
Этнопсихология
Этнопсихология

Учебник излагает систематический курс этнопсихологии и представ ляет собой дополненное и исправленное издание учебного пособия, выпущенного факультетом психологии МГУ им. М. В. Ломоносова крайне ограниченным тиражом в 1998 г. В нем предпринята попытка интеграции этнопсихологических подходов, существующих в разных науках – от психологии до культурантропологии Очерчиваются пути развития этнопсихологии, представлены классические и новейшие достижения ее основных школ и направлений в исследованиях личности, общения, регуляции социального поведения в контексте культуры. Детально проанализированы социально-психологические аспекты этнической идентичности, межэтнических отношений, адаптации в инокультурной среде.Для студентов, специализирующихся в области психологии, истории, политологии и других гуманитарных наук.

Борис Рувимович Мандель , Татьяна Гавриловна Стефаненко , Валерий Анатольевич Друзь , Александр Маркович Бандурка

История / Политика / Психология и психотерапия / Философия / Психология
Вопрос о братстве. С комментариями и объяснениями
Вопрос о братстве. С комментариями и объяснениями

Николай Федорович Федоров — русский философ, которым восхищались его современники, а потомки назвали «московским Сократом». Он утверждал, что «всякая философия несостоятельна, когда она есть мысль без дела», был убежден, что причиной розни людей является смерть, основой культуры — воскресительная память и что человечество станет братством только тогда, когда вернет к жизни всех умерших. Философ-футуролог, родоначальник философии русского космизма, Федоров призывал перейти от эксплуатации природы к сознательно-творческой ее регуляции, освоить космические пространства и сделать организм человека «полноорганным» и совершенным. В книгу вошли самые известные сочинения Федорова — «Вопрос о братстве и родстве…» и «Супраморализм», а также небольшие статьи и заметки — о человеке и природе, смертности и бессмертии, смысле и назначении искусства. Тексты сопровождены комментариями и объяснениями Анастасии Гачевой.

Николай Фёдорович Фёдоров , Николай Федорович Федоров

Философия / Учебная и научная литература / Образование и наука