Философия

Постанархизм

Какую форму может принять радикальная политика в то время, когда заброшены революционные проекты прошлого? В свете недавних восстаний против неолиберального капиталистического строя, Сол Ньюман утверждает, сейчас наш современный политический горизонт формирует пост анархизм. В этой книге Ньюман развивает оригинальную политическую теорию антиавторитарной политики, которая начинается, а не заканчивается анархией. Опираясь на ряд неортодоксальных мыслителей, включая Штирнера и Фуко, автор не только исследует текущие условия для радикальной политической мысли и действий, но и предлагает новые формы политики в стремлении к автономной жизни. По мере того, как обнажается нигилизм и пустота политического и экономического порядка, постанархизм предлагает нам подлинный освободительный потенциал.

Сол Ньюман

Итоги тысячелетнего развития, кн. I-II

Последний, итоговой том грандиозного исследования Лосева. Он посвящен двум задачам. Первая: описать последнюю стадию античной мысли, именно ее переход в средневековую, слом античности и формирование совершенно новой эстетики: патристика Востока и Запада и "переходные" "синтетические" формы: халдеизм, герметизм, гностицизм. Вторая задача восьмого тома - подвести итог вообще всей "эпопее", в этом смысле "Итоги" можно считать чем-то вроде конспекта ИАЭ. Все основные "сюжеты" здесь есть, даются итоговые формулировки, строится целостная картина античной эстетики как таковой, система ее категорий как кратко в ее истории, так и по существу.

Алексей Федорович Лосев

Категории

«Категории» — одно из важнейших философских сочинений великого энциклопедиста древнего мира — Аристотеля, входящее в состав его «Органона». Яркая, хотя и непоследовательная, материалистическая тенденция философа при освещении им «родов бытия» и высказываний о них делает эту работу в высшей степени важной и интересной для изучения античной науки и философии.

Аристотель

Множественные состояния бытия (сборник)

Книга Рене Генона «Множественные состояния бытия» посвящена важнейшим метафизическим вопросам. Здесь рассматриваются такие понятия, как Абсолют, проявленное и непроявленное, обусловленное и необусловленное, Бытие и Не Бытие, Возможность, Бесконечность, свобода, универсальное Существование. Эта книга дает ключ к пониманию всей метафизической и эзотерической концепции Генона, она является центральной для всего его творчества. Здесь тщательно и подробно объясняются не только сами основные понятия и термины, но и их связи и соотношения в целостности его учения.Во второй книге, включенной в эту издание, «Традиционные формы и космические циклы», содержатся космологические знания, присущие вечной традиции. Соединение двух книг в одном томе оправдано тем, что первая представляет сам метафизический принцип, а вторая — его применение к познанию вселенной со всей ее глубиной и тайной.

Рене Генон

Спонтанность сознания

Опираясь на некоторые представления философии, нетрадиционной (трансперсональной) психологии, психиатрии, математики, физики, культурологии, религиоведения, автор раскрывает природу смыслов и строит вероятностно ориентированную смысловую модель личности. Новый подход позволяет рассмотреть такие темы: связь семантического мира с миром физическим; природу понимания; творчество; многомерность личности; пути преодоления личностной ограниченности; достоинство человека; сопоставление христианского миропонимания с буддийским; личностное время; смысл жизни и смысл Вселенной. Показано, что предлагаемый подход берёт своё начало от Платона и перекликается с развитием западной философии вплоть до экзистенциализма и философской герменевтики.Примечательна форма изложения: на протяжении всей книги автор пытается воссоздать диалог, опираясь на религиозные, философские и научные тексты прошлого и настоящего разных культур.

Василий Васильевич Налимов , В.в. Налимов

Современный нигилизм. Хроника

Современный нигилизм – это и открытый вопрос, и новая повседневность, и продукт общества потребления. Как форма мышления, в прошлом революционная и смелая, привела нас к молчаливой константе «нет ценностей и нет идеалов»? Отрицать и ничего не искать – сейчас, в сложнейших реалиях, – тупик или освобождение?Костантино Эспозито, итальянский академик и преподаватель философии в Университете Бари, ведет хронику этого явления и показывает, как нигилизм высвечивается в элементах современной культуры. Это и разговоры со студентами, и размышления над текстами Уоллеса, Маккарти, Уэльбека, Рота, Хайдеггера и Ницше, картинами Альберта Бурри и Лучо Фонтана, даже сериалом «Настоящий детектив» и мультфильмом «Головоломка». Автор подарил читателям в это тревожное время терапевтический и воодушевляющий текст, который мерцает во тьме.

Константино Эспозито

Вехи. Сборник статей о русской интеллигенции

ВЕХИ. Сборник статей русских философов начала XX века о русской интеллигенции и её роли в истории России. Издан в марте 1909 г. в Москве. Получив широкий общественный резонанс, к апрелю 1910 г. выдержал четыре переиздания общим тиражом 16000 экземпляров.Михаил Осипович Гершензон. ПРЕДИСЛОВИЕНиколай Александрович Бердяев. ФИЛОСОФСКАЯ ИСТИНА И ИНТЕЛЛИГЕНТСКАЯ ПРАВДАСергей Николаевич Булгаков. ГЕРОИЗМ И ПОДВИЖНИЧЕСТВОМихаил Осипович Гершензон. ТВОРЧЕСКОЕ САМОСОЗНАНИЕБогдан Александрович Кистяковский. В ЗАЩИТУ ПРАВАПетр Бернгардович Струве. ИНТЕЛЛИГЕНЦИЯ И РЕВОЛЮЦИЯСемен Людвигович Франк. ЭТИКА НИГИЛИЗМААрон Соломонович Изгоев. ОБ ИНТЕЛЛИГЕНТНОЙ МОЛОДЕЖИ

Михаил Осипович Гершензон , Семен Людвигович Франк , Сергей Николаевич Булгаков , Богдан Александрович Кистяковский , Петр Бернгардович Струве

Жак Деррида в Москве

Книга «Жак Деррида в Москве: деконструкция путешествия» посвящена видному философу современной Франции, который побывал в нашей стране в феврале-марте 1990В г. Р

Жак Деррида

Основы христианской культуры

Переживший ужасы большевистского зла, И. Ильин старается постигнуть идею зла и обосновать борьбу со злом в своей книге «О сопротивлении злу силой», причем он приходит к очень резкому выводу: «Физическое пресечение и понуждение могут быть прямой религиозной и патриотической обязанностью человека, и тогда он не вправе от них уклониться. Исполнение этой обязанности ведет его в качестве участника в великий исторический бой между слугами Божьими и силами ада».Эпиграфом к книге служит евангельский текст об изгнании Христом торговцев из храма: разгневанный бичующий Христос, по-видимому, наиболее близок сердцу автора. Это одностороннее, сгущенно-грозное понимание христианства представляет собой, конечно, такой же сектантский уклон, как и распространенное «розовое» и многие другие уклоны: но кто может по праву утверждать, что он видит само ослепительно яркое солнце христианства, а не только один из его аспектов?Тон делает не только музыку, но и философию и публицистику: тон всех писаний и в особенности речей И. А. Ильина, неизменно бодрый и бодрящий, зовущий не только на бой со злом, но и на строительство новой, лучшей жизни. Источник этого тона – неподдельная любовь к родному народу и глубокая религиозная вера в жизнь.

Иван Александрович Ильин

Weird-реализм: Лавкрафт и философия

Невозможно спорить с тем, что к началу третьего тысячелетия писатель «бульварных ужасов» Г. Ф. Лавкрафт стал культовой фигурой. Из его мифов была воссоздана вселенная вселенных любого мифотворчества в современной культуре. Сложно спорить с тем, что Лавкрафт является великим американским писателем. Наряду с По, Торо, Меллвилом, Твеном, Уитменом и др., его произведения с 2005 года входят в «Библиотеку Америки». Но разве все это не влияние духа времени? Сопоставим ли Лавкрафт по своему стилю с такими писателями, как Пруст и Джойс? Американский философ Грэм Харман отвечает: «Как минимум». И если господствующей фигурой предыдущей философии (во многом благодаря Хайдеггеру) был «поэт поэтов» — Гёльдерлин, — то фигурой новой, реалистической философии должен стать Лавкрафт. Прочтение Харманом Лавкрафта интересно сразу в нескольких смыслах. Во-первых, речь идет о демонстрации своего рода стилистической прибавочной ценности, которая делает невозможной сведение рассказов Лавкрафта к их буквалистскому прочтению и за которой стоит неповторимая техника писателя. Во-вторых, эта техника связывается с лавкрафтовским умением выписывать в своих произведениях зазоры, соответствующие четырем базовым напряжениям собственной, объектно-ориентированной философии Хармана. Наиболее характерны здесь — аллюзивность (намек или серия намеков на тёмные, скрытые и не сводимые ни какому описанию реальные объекты вроде статуэтки Ктулху или даже Азатота, «чудовищного ядерного хаоса») и кубизм (язык намеренно перегружается избыточностью планов, срезов и аспектов описываемого объекта, например антарктического города в «Хребтах безумия»). И в-третьих, вопреки формализму любого рода, нельзя забывать, что Лавкрафт — это прежде всего писатель ужасов и порождаемые им каскады аллюзий и нагромождения вычурных описаний ведут нас к маняще-пугающим сторонам реальности.

Грэм Харман

Собрание сочинений [Том 1]

Карлос Кастанеда, страшный и ужасный. Властитель дум, изменивший своими книгами многие жизни. Человек без личной истории. Невольный идол и вдохновитель психоделической революции, породивший целую плеяду подражателей. Он начал свой путь, как молодой ученый, а закончил то ли растворением в своем собственном мифе, то ли сумасшествием. Все знают о нем, но никто не знает его самого.Каждая из книг Карлоса Кастанеды — это блистательный, испытывающий наше терпение прорыв озарения в глубине нашего таинственного существа. Это как вспышка света, как молния в ночной пустыне, освещающая внезапно мир чудный, и в то же время знакомый — мир мечты и сновидения.Его книги, каждую из которых ждали с нетерпением, стали не только бестселлерами, но превратились в классику, а повесть о его посвящении в мир магии и колдовства уклончивым, мягко усмехающимся и часто устрашающим нагвелем Доном Хуаном стала частью нашей культуры.Книга которая перед вами, это первый том собрания сочинений великого автора, в который вошли первые 6 книг: Учение Дона Хуана, Отдельная реальность, Путешествие в Икстлан, Сказки о силе, Второе кольцо силы, Дар Орла.

Карлос Кастанеда

Собрание деталей(СИ)

Возможны пожертвования за мою работу с базами данных

Сергей Григорьевич Иванов

Мифологические размышления

Александр Пятигорский – выдающаяся фигура настоящей, недогматической философской мысли в нашей стране. Он начинал как ученый-востоковед, работал в Институте востоковедения АН СССР в секторе «Истории и религии Индии». Автор ряда работ по индийской философии. В 1960 г. вышел «Тамильско-русский словарь», написанный им в соавторстве с Рудиным, а два года спустя «Материалы по истории индийской философии». В начале 1960-х по приглашению Юрия Лотмана уехал работать в Эстонию в Тартуский университет. Там занялся философией. Впоследствии работал с Мерабом Мамардашвили – в соавторстве ими написаны «Символ и сознание» (Иерусалим, 1982). В начале 1970-х эмигрировал в Лондон. Там написаны «The Buddhist Philosophy of Thought» (Totowa, N.J., 1984), «Mythological Deliberations» (London, 1993; рус. пер.: М., 1996), «Who's Afraid of Freemasons? The Phenomenon of Freemasonry» (London, 1997). Затем занялся художественной прозой. В 1989-м вышел его роман «Философия одного переулка». За ним были написаны роман «Вспомнишь странного человека…» (М., 1999) и сборник «Рассказы и сны» (М., 2001). «Вспомнишь странного человека…» получил Премию Андрея Белого 2000 года.

Александр Моисеевич Пятигорский

GA 5. Фридрих Ницше. Борец против своего времени

Рудольф Штайнер

Книга о Пути жизни (Дао-Дэ цзин)

«Книга о пути жизни» Лао-цзы, называемая по-китайски «Дао-Дэ цзин», занимает после Библии второе место в мире по числу иностранных переводов. Происхождение этой книги и личность ее автора окутаны множеством легенд, о которых известный переводчик Владимир Малявин подробно рассказывает в своем предисловии. Само слово «дао» означает путь, и притом одновременно путь мироздания, жизни и человеческого совершенствования. А «дэ» – это внутренняя полнота жизни, незримо, но прочно связывающая все живое. Главный секрет Лао-цзы кажется парадоксальным: чтобы стать собой, нужно устранить свое частное «я»; чтобы иметь власть, нужно не желать ее, и т. д. А секрет чтения Лао-цзы в том, чтобы постичь ту внутреннюю глубину смысла, которую внушает мудрость, открывая в каждом суждении иной и противоположный смысл.Чтение «Книги о пути жизни» будет бесплодным, если оно не обнаруживает ненужность отвлеченных идей, не приводит к перевороту в самом способе восприятия мира.В формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Лао-цзы

Религиозный смысл философии

В настоящее издание вошли три наиболее значительных работы известного философа и политического мыслителя русского зарубежья И.А.Ильина (1883–1954), которые дают целостное представление о его философских, этических и политических взглядах.Значение философии состоит в том, что в ней осуществляется наиболее полное и непосредственное приобщение к подлинной духовной реальности. Все остальное в жизни и духовной культуре содержит опыт приобщения к высшей реальности только в частичной, затемненной, искаженной форме и поэтому неизбежно предполагает «просветление», углубление до философского опыта. В связи с этим наряду с понятием акта очевидности Ильин будет использовать как эквивалентные ему понятия «философский акт» и «философский опыт». Только в работах последнего периода творчества эти понятия будут вытеснены понятиями «религиозный акт» и «религиозный опыт». Особенно подробно акт очевидности, философский акт анализируется в трех работах (представляющих собой тексты речей), сведенных Ильиным в книгу «Религиозный смысл философии»

Иван Александрович Ильин

Этика

Бенедикт Спиноза — один из величайших философов-рационалистов. Его сочинения составляют эпоху в истории европейской мысли, и их изучение стало необходимым моментом всех учебных курсов по метафизике. Характерной чертой трактатов Спинозы является строгая последовательность мысли и четкая организация текста. Идеи Спинозы, особенно его центрального произведения, «Этики», оказали мощное воздействие на культуру XVII—XIX столетий: Спинозу любили, читали, толковали, с ним спорили не только такие философы, как Беркли, Юм, Шеллинг, Гегель, но и великие ученые, просветители, поэты — Дидро, Гередер, Гете.Тексты Спинозы, вошедшие в настоящее издание, позволят читателю получить достаточно полное представление о творчестве и идеях этого нидерландского мыслителя. Книга будет интересна всем, кто изучает европейскую культуру, но в особенности — студентам гуманитарных вузов, слушающих курсы по истории метафизики.

Бенедикт Барух Спиноза

Империя

Антонио Негри , Майкл Хардт

50 золотых идей в философии

Представляемая строгому суду читателей книга «50 золотых идей в философии» совершенно уникальна по своему содержанию, структуре и назначению. Подготавливая данную работу к изданию, авторы не сомневались, что она найдет своего адресата. В ней собраны самые гениальные философские идеи всех времен, которые могут быть интересны и полезны современному человеку.Книга также не делает ограничений для читателей по возрастному принципу. Первое знакомство с философией у подрастающего поколения пройдет легко и оставит в душе светлое чувство понятного. Ребенок будет знать, что философия - это не страшные дебри, где все жутко и покрыто мраком неясного; напротив - это весьма стройная логическая система, в которой, конечно же, есть недостатки, но их можно понять и объяснить. Дети с удовольствием будут читать эту книгу и знакомиться с жизнью и опытом предков.Людей среднего возраста книга призовет остановиться, оглядеться, оставить бесполезную суету и относиться к жизни с философским оптимизмом. Люди пожилого возраста могут обнаружить в изречениях древних мудрецов мысли, сформированные ими самими в тех или иных жизненных ситуациях.Таким образом, каждый читающий и думающий может найти в этой книге что-либо достойное его внимания.

Георгий Огарёв

Петрици

Илья Диомидович Панцхава

Приготовительная школа эстетики

Издание является первым полным переводом на русский язык известного эстетического произведения немецкого писателя конца XVIII — начала XIX в. Жан-Поля. Наиболее ценные и яркие страницы книги посвящены проблемам комического, юмора, иронии. Изложение Жан-Поля, далекое от абстрактности теоретических трактатов, использует блестящую и крайне своеобразную литературную технику, присущую всем художественным произведениям писателя. Для специалистов-эстетиков, литературоведов, а также читателей, интересующихся историей культуры.

Жан Поль

От Спинозы до Маркса

Очерки по истории философии как миросозерцания.Эта книга имеет своей целью подойти к марксизму и его предшественникам не только с точки зрения мыслей, заключающихся в этих системах, но и с точки зрения выражаемых и возбуждаемых ими чувств.

Анатолий Васильевич Луначарский

Нищета философии

Эта работа написана К. Марксом на французском языке в качестве ответа на книгу французского политика и социолога П.-Ж. Прудона «Система экономических противоречий, или Философия нищеты».В своей «Нищете философии» автор в форме критики Прудона впервые изложил для широкой публики исходные положения своего экономического учения, предложив то, что через двадцать лет превратилось в стройную теорию, развитую в «Капитале».В настоящее издание включены два письма К. Маркса, также содержащие критику взглядов Прудона.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Карл Маркс , Карл Генрих Маркс

Социология. Краткий курс

Учебное пособие написано в соответствии с требованиями Государственного образовательного стандарта РФ и программой по социологии. В книге раскрыты все основные теоретические темы и вопросы прикладного характера. Пособие имеет гриф УМО. Оно поможет студенту освоить курс и успешно сдать экзамен.

Борис Акимович Исаев

Эстетика Другого

В монографии ставится ряд существенных для философской эстетики вопросов. Что мы чувствуем, когда чувствуем что-то особенное, Другое? Что происходит с нами в момент, когда мы как-то по-особому расположены? Что это за расположения? Если расположения отличны друг от друга, то чем? И, наконец, каковы онтологические предпосылки, делающие такие расположения возможными? Соглашаясь с тем, что нынешняя эстетика оторвалась от жизни, автор видит выход в создании эстетики как ветви онтологии, как аналитики чувственных данностей, субъективные и объективные моменты которых не изначальны, а обнаруживаются в стадии рефлексии над эстетической ситуацией. «Эстетику Другого» можно определить как попытку дать развернутый ответ на эти непростые вопросы. В книге разрабатывается концептуальный аппарат феноменологии эстетических расположений и дается аналитическое описание феноменов, которые еще не получили углубленной философско-эстетической проработки; среди них: «ветхое», «юное», «мимолетное», «затерянное», «маленькое», «ужасное», «страшное», «тоскливое», «скучное», «безобразное» и др.Книга предназначена для всех, интересующихся проблемами эстетики, онтологии, философской антропологии.

Сергей Александрович Лишаев

История философии. Античная и средневековая философия

Владислав Татаркевич

Внеклассная алхимия

Силаев Александр Юрьевич родился в 1978 году в Красноярске, где и живет. Прожил 18 учащимся, 5 лет — преподавателем философии, 20 лет с перерывами — журналистом, какое-то время — писателем. Лауреат премий — «за лучший журналистский дебют 1996 года» от Союза журналистов, литературной премии им. Виктора Астафьева, литературной премии «Дебют». Автор двух книг прозы, изданных в Москве.

Александр Юрьевич Силаев

Сочинения

Платон – величайший античный философ, оказавший очень сильное влияние на историю человеческого духа. Именно с Платона началось формирование научного мышления.Главным методом познания Платон называет диалектику, которую он определяет как познание самих сущностей вещей. Именно Платону принадлежат концепция дуализма души и тела, доказательства бессмертности души.Наиболее известным трудом Платона является «Государство». В нем описывается политическая утопия, противопоставляемую круговороту реальных государственных форм.По Платону существуют два мира: мир идей (эйдосов) и мир вещей. Любая вещь является лишь отражением своей идеи, может стремиться к ней, но никогда не достигнет её. Философ, по мнению Платона, должен изучать идеи, а не сами вещи. Это относится и к государству, Платон описывает круговорот государственных форм.«Диалоги» Платона построены в форме бесед, в которых в легкой доступной форме обсуждаются важнейшие философские понятия и теории: «платонической любви», «свободы», «рока» и др. Перевод: Сергей Жебелев

Платон

Символ и сознание

Эта книга представляет СЃРѕР±РѕР№ разговор РґРІСѓС… философов. А когда два философа разговаривают, они не СЃРїРѕСЂСЏС' и один не выигрывает, а РґСЂСѓРіРѕР№ не проигрывает. (Они РјРѕРіСѓС' оба выиграть или оба остаться в дураках. Но в данном случае это неясно, потому что никто не знает критериев.) Это два мышления, встретившиеся на пересечении РґРІСѓС… путей — Декарта и Асанги — и бесконечно отражающиеся друг в друге (может быть, отсюда и посвящение «авторы — друг другу»).Впервые увидевшая свет в 1982 году в Р

Александр Моисеевич Пятигорский , Мераб Константинович Мамардашвили

Кто боится вольных каменщиков

Эта книга — авторизованный перевод работы известного философа, востоковеда и писателя, профессора Школы востоковедения Лондонского университета Александра Пятигорского «Who's Afraid of Freemasons? Phenomenon of Freemasonry», вышедшей в 1997 году. В ней читатель найдет очерк истории британского и американского масонства, а также феноменологический анализ этого явления и структуралистский разбор масонского ритуала. Книга Александра Пятигорского не является ни апологетической, ни критической к объекту описания; это даже не столько история «вольных каменщиков», сколько анализ рефлексии как самих масонов, так и исторического изменения отношения к Братству.

Александр Моисеевич Пятигорский

Гендальев

Приключения офисного планктона с диагнозом "рак мозга"Содержит нецензурную брань.

Николай Секерин

О неповиновении и другие эссе

Эрих Фромм – крупнейший мыслитель ХХ века, один из великой когорты «философов от психологии» и духовный лидер Франкфуртской социологической школы.Труды Эриха Фромма актуальны всегда, ибо основной темой его исследований было раскрытие человеческой сущности как реализации продуктивного, жизнетворческого начала.

Эрих Зелигманн Фромм , Эрих Фромм