Философия

Умирая за идеи. Об опасной жизни философов
Умирая за идеи. Об опасной жизни философов

Что общего между Сократом, Гипатией, Джордано Бруно, Томасом Мором и Яном Паточкой? Однажды все они оказались перед самым трудным выбором: умереть, оставшись верными своим идеям, или отречься от них и остаться в живых. И каждый из них выбрал смерть. Смерть стала не только неотъемлемой частью их биографий, но и философским высказыванием — завещанием в самом прямом смысле этого слова. «Возможно, Сократ действительно никогда не написал ни одной строчки, но его смерть — один из величайших философских бестселлеров всех времен».Книга Костики Брадатана «Умирая за идеи» исследует ту предельную ситуацию, в которой оказываются философы, когда последним средством убеждения в своей правоте становятся их собственные умирающие тела и публичное зрелище их смерти. Работа основана прежде всего на материалах по истории философии, но она предлагает междисциплинарный подход к центральной проблеме. Это книга о Сократе и Хайдеггере, но также и о «посте до смерти» Ганди и самосожжении буддийского монаха, о Жираре и Пазолини, о самосовершенствовании и искусстве эссе. Философия, по мысли автора, не должна быть только академическим упражнением, но искусством жизни, а любое искусство жить сопровождается искусством умирать.Костика Брадатан — известный современный американский философ, профессор Колледжа Онорс при Технологическом университете Техаса.

Костика Брадатан

Биографии и Мемуары / Философия
Очарование тайны. Эзотеризм и массовая культура
Очарование тайны. Эзотеризм и массовая культура

Уже в самой этимологии слова «эзотерический» содержится указание на таинственный характер знания, доступного только узкому кругу посвященных. Но что происходит, когда знание для избранных становится частью массовой культуры? Как сочетается таинственное и популярное? Решению этих и других вопросов посвящено исследование Павла Носачева. Автор прослеживает путь формирования эзотерических идей, образов и мифологем от середины XIX века (периода их становления) до современности, анализируя влияние эзотеризма на литературу, авангардный и массовый кинематограф, а также популярную музыку. Из книги читатель узнает, как эзотеризм объединяет Артура Мейчена и Говарда Лавкрафта, Антона Лавея и Резу Негарестани, Кеннета Энгера и Дэвида Линча, БГ и «Оргию праведников», Army of Lovers и Current 93, а также других писателей, музыкантов и режиссеров. Павел Носачев – доктор философских наук, профессор Школы философии и культурологии НИУ ВШЭ, автор книги «Отреченное знание», вышедшей в издательстве «НЛО».

Носачёв Георгиевич Павел

Философия / Религия, религиозная литература / Учебная и научная литература / Образование и наука
Kairos, критический момент. Актуальное произведение искусства на марше
Kairos, критический момент. Актуальное произведение искусства на марше

Всё современное искусство вплоть до актуального – это шоковое искусство, это искусство сверхбыстрое, взрывное, пугающее и ужасное, оно хочет не просто «трогать», оно стремится отрешить нас от привычки к созерцательной практике.Скорость ещё человечна, быстрота – это уже такое состояние времени, которое служит мгновенному, исчерпывается и длится в этом мгновении. Быстрота слишком принудительна, если не террористична. Быстрота бесчеловечна.Сегодня доминирует экспериментальная разрушительная быстрота, не знающая медленности и остановок. Мгновение взгляда, удерживаемое только его повторением. Особая быстрота, высвобождающая нас из плена объективно текущего времени: быстрота наркотиков, виртуальных игр, разного рода интеракций.Различать – это быть медленным, останавливаться, быть внимательным, «зорким», свободным в движении и суждениях, то есть обладать временем различия. Насколько мы что-либо различаем, настолько мы в состоянии оценить различаемое (с точки зрения его угрозы для нас или возможного удовольствия).Ещё в начале 90-х годов актуальное искусство было продуманной и циничной экспозицией шокирующего социального жеста. Теперь в искусстве нет ничего от бунта, вызова или сопротивления, оно направлено не столько против common sense, сколько против принципа реальности.Актуальный художник ныне испытывает чувство растерянности: даже самый насильственный и «оскорбляющий» из его жестов слишком быстро утрачивает шокирующую силу. Утверждаемая иная реальность опознаётся здравым смыслом как допустимая и даже принимаемая всеми условность игры-в-искусство.Актуальный художник стал легко контролируем властью и «нормой», да и собственным «выбором», но не потому, что он социально уязвим как личность, но потому, что в современном обществе стало возможным пространство асоциальной экспериментации.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Валерий Александрович Подорога

Философия
Шамбала. Прошлое или будущее мира?
Шамбала. Прошлое или будущее мира?

Николай Константинович Рерих – русский художник, философ, общественный деятель. В философии Н.К. Рерих создал «учение жизни», – он считал, что это учение пришло из глубокой древности, от той самой мудрости, которая именуется Божественной. Оно пришло из Шамбалы, древней сакральной страны, родины Великих Учителей, продвигающих эволюцию человечества.Елена Петровна Блаватская – философ, писатель и публицист. Она создала учение о «тайной доктрине», о сокровенном знании, возникшем и сохраняющемся в Шамбале. По мнению Блаватской, Шамбала связана не только с прошлым, но и с будущим человечества, – в Шамбале, существующей до сих пор, будет рожден грядущий Мессия, который спасет весь мир.В книге, представленной вашему вниманию, собраны наиболее значительные произведения Н.К. Рериха и Е.П. Блаватской, которые показывают сходство и в то же время различие их взглядов по вопросу о Шамбале.

Елена Петровна Блаватская , Николай Константинович Рерих

Философия / Образование и наука
Человек в мире
Человек в мире

Книга посвящена проблемам психологической, философской и христианской религиозной антропологии. Представлена авторская концепция всемирного бытия и человека в нем, в контексте которой рассмотрены некоторые важные аспекты социальной и индивидуально-личностной жизни людей. Отдельные идеи заимствованы, иные – сугубо авторские, но все они интегрированы в единую мировоззренческую систему, опирающуюся на христианское вероучение. Прикладная сторона произведения – это ясно выраженная, целесообразная с точки зрения предложенной концепции стратегия жизни человека. Книга не имеет аналогов. Она адресована людям думающим, тем, кто ищет смысл жизни и не приемлет бесцельного существования, кто стремится «познать самого себя» и понять окружающий мир. Книга может быть также интересна лицам, занимающимся вопросами антропологии, психологии, социологии, философии и религиоведения.

Ярослав Всеволодович Михайлов

Психология и психотерапия / Философия / Религиоведение