Документальное

О них не упоминалось в сводках
О них не упоминалось в сводках

Каждый день Великой Отечественной войны рождал десятки и сотни подвигов. О всех людях, совершавших героические дела, просто невозможно было упомянуть в сводках. Но имена мужественных защитников нашей Родины не забыты, и они заслуживают, чтобы их знали все. Им, самоотверженным труженикам войны — артиллеристам, пехотинцам и морякам, своим боевым друзьям, — посвящает эту книгу Дмитрий Алексеевич Морозов.Автор — по профессии артиллерист — воевал на Западном, Волховском, Карельском и Дальневосточном фронтах, последовательно занимая должности помощника начальника штаба артиллерии дивизии, командира противотанкового дивизиона, командующего артиллерией морской бригады, начальника оперативного отдела штаба артиллерии фронта. Награжден пятнадцатью орденами и медалями. Член КПСС.

Дмитрий Алексеевич Морозов , Дмитрий Витальевич Морозов

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное
Маленькая рыбка. История моей жизни
Маленькая рыбка. История моей жизни

Как и сама память, как и откровенный разговор о прошлом с глазу на глаз, от первой страницы до последней это цепочка обособленных эпизодов, значение и смысл которых не замутняют суждения, параллели, анализ или обиды. Эпизодов из жизни девочки, позднее – девушки, выстроенных на временно́й шкале взрослой женщиной и матерью, которой та стала через много лет. Неблагополучную историю ее взросления от многочисленных сходных отличало лишь одно обстоятельство: не признававший ее отец носил имя Стив Джобс.«Время, что мы провели вместе, текло не плавно, а рывками – как сменяют друг друга кадры мультфильма, нарисованные на уголках страниц в блокноте», – пишет Лиза Бреннан-Джобс о тех годах, когда искала свое место рядом с отцом. А оно между тем оказалось по ту сторону материка, на берегу другого океана.

Лиза Бреннан-Джобс

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Дневники: 1925–1930
Дневники: 1925–1930

Годы, которые охватывает третий том дневников, – самый плодотворный период жизни Вирджинии Вулф. Именно в это время она создает один из своих шедевров, «На маяк», и первый набросок романа «Волны», а также публикует «Миссис Дэллоуэй», «Орландо» и знаменитое эссе «Своя комната».Как автор дневников Вирджиния раскрывает все аспекты своей жизни, от бытовых и социальных мелочей до более сложной темы ее любви к Вите Сэквилл-Уэст или, в конце тома, любви Этель Смит к ней. Она делится и другими интимными размышлениями: о браке и деторождении, о смерти, о выборе одежды, о тайнах своего разума. Время от времени Вирджиния обращается к хронике, описывая, например, Всеобщую забастовку, а также делает зарисовки портретов Томаса Харди, Джорджа Мура, У.Б. Йейтса и Эдит Ситуэлл.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Русские исторические женщины
Русские исторические женщины

Предлагаем читателю ознакомиться с главным трудом русского писателя Даниила Лукича Мордовцева (1830–1905)◦– его грандиозной монографией «Исторические русские женщины». Д.Л.Мордовцев —◦мастер русской исторической прозы, в чьих произведениях удачно совмещались занимательность и достоверность. В этой книге мы впервые за последние 100 лет представляем в полном виде его семитомное сочинение «Русские исторические женщины». Перед вами предстанет галерея портретов замечательных русских женщин от времен «допетровской Руси» до конца XVIII века.Глубокое знание истории и талант писателя воскрешают интереснейших персонажей отечественной истории: княгиню Ольгу, Елену Глинскую, жен Ивана Грозного, Ирину и Ксению Годуновых, Марину Мнишек, Ксению Романову, Анну Монс и ее сестру Матрену Балк, невест Петра II Марью Меншикову и Екатерину Долгорукую и тех, кого можно назвать прообразами жен декабристов, Наталью Долгорукую и Екатерину Головкину, и еще многих других замечательных женщин, включая и царственных особ – Елизавету Петровну и ее сестру, герцогиню Голштинскую, Анну Иоанновну и Анну Леопольдовну.

Даниил Лукич Мордовцев

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Я охранял Брежнева и Горбачева. Откровения генерала КГБ
Я охранял Брежнева и Горбачева. Откровения генерала КГБ

Автор этой книги Михаил Степанович Докучаев занимал должность заместителя начальника 9-го Главного управления КГБ СССР, обеспечивающего охрану высших руководителей Советского Союза.В своих воспоминаниях М. С. Докучаев прежде всего рассказывает о Л. И. Брежневе и М. С. Горбачеве, которых ему довелось охранять, — об их характере, ближайшем окружении, стиле работы, повседневной жизни; о попытках покушений на них и различных инцидентах, связанных с ними. Далее, раскрывая секреты легендарной «девятки», М. Докучаев показывает, как работают профессионалы высшего класса, охраняющие жизнь руководителей государства, и сообщает уникальные сведения о личной охране всех советских вождей — от Ленина до Горбачева.Кроме того, он приводит интересные подробности об охране американских президентов Р. Рейгана и Дж. Буша, приезжавших в СССР и приглашавших к себе с визитами советских лидеров, а также о М. Каддафи, Я. Арафате и ряде других известных деятелей.

Михаил Степанович Докучаев

Биографии и Мемуары / Военное дело / Документальное
Некоторые элементы одухотворенности достойного человека
Некоторые элементы одухотворенности достойного человека

Работа посвящена одной из главных человеческих добродетелей. Входящих в систему классических ценностей Бытия вообще и человеческого, в частности. Обычно это качество в хорошей степени развития встречается у достойного и зрелого, добродетельного и интеллигентного, самодостаточного и гармоничного человека. Особенно важно это качество для человека, сознательно и целенаправленно стремящегося работать над собой, реализуя программу самовоспитания и самосовершенствования. В работе дана примерная схема необходимого минимума качеств, при котором можно говорить о наличии вполне определенного и существенного уровня одухотворенности. Работу планируется разместить в «Этико-психологическом словаре» (4-6-томник). Возможен выпуск книги с аналогичным названием. Актуальность работы объясняется тем, что в современном мире практически все классические добродетели получили весьма своеобразное трактование. Которое включает в себя многочисленные искажения и извращения реального положения вещей.

Александр Иванович Алтунин

Карьера, кадры / Публицистика / Документальное
Купчихи, дворянки, магнатки. Женщины-предпринимательницы в России XIX века
Купчихи, дворянки, магнатки. Женщины-предпринимательницы в России XIX века

Тех, кто полагает, будто в России XIX века женщины занимались сугубо домашним хозяйством и воспитанием детей, а в деловом мире безраздельно правили мужчины, эта книга убедит в обратном. Опираясь на свои многолетние исследования, историк Галина Ульянова показывает, что в вопросах финансов и заключения сделок хорошо разбирались как купеческие дочери, так и представительницы всех экономически активных сословий. Социальный статус предпринимательниц варьировался от мещанок и солдаток, управлявших небольшими ремесленными предприятиями и розничными магазинами, до магнаток и именитых купчих, как владелица сталепрокатных заводов дворянка Надежда Стенбок-Фермор и хозяйка крупнейших в России текстильных фабрик Мария Морозова. Каково было отношение этих женщин к богатству? Какие стратегии развития бизнеса они избирали? Удавалось ли предпринимательницам совмещать твердость в бизнесе с мягкостью и заботой в семье? Автор отвечает на эти вопросы, приводя десятки фантастических историй женского успеха, которые переворачивают наши представления о месте женщин в дореволюционном обществе.Галина Ульянова — доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института российской истории РАН, автор семи книг по истории купечества и благотворительности.

Галина Николаевна Ульянова , Галина Ульянова

Публицистика / Документальное
О селекции людей. Откровения расиста
О селекции людей. Откровения расиста

«Русские состоят преимущественно из примитивных расовых пород, некоторые из которых (особенно татары и другие азиатские кочевники) являются отчетливо «дикими» племенами, которые всегда демонстрируют инстинктивную враждебность цивилизации», — не правда ли провокационное и максимально нетолерантное высказывание? Сегодня труды этого американского ученого вряд ли были бы опубликованы. Так кажется лишь на первый взгляд. Знаменитый американский антрополог, один из ярых активистов «Ку-Клукс-Клана», родоначальник самой неоднозначной науки начала ХХ века — евгеники Л. Стоддард рассказывает о своем видении будущего и о необходимости селекции людей. Весьма радикальные высказывания нашли впоследствии свое отражение в таких науках, как социология и биополитика.

Лотроп Стоддард

Обществознание, социология / Зарубежная публицистика / Документальное
К социальной адаптации
К социальной адаптации

Традиционно наибольший жизненный успех сопутствует тем, кому повезло с изрядно преуспевшими родителями, с местом рождения близ центров власти, науки, культуры. Большинство же лишено таких изначальных благоприятных социальных стартовых позиций, обретается в семьях с низким достатком, не позволяющим получить достойное общее и профессиональное образование - обязательную предпосылку благоприятной карьеры в современных обществах. Но тем не менее, в любых социумах всегда есть незначительное количество людей, состоявшихся как весьма значимые личности не благодаря некоторым благоприятным, а вопреки множеству неблагоприятных жизненных обстоятельств. Эта книга - своего рода путеводитель для безродных с описанием некоторых приемов и средств для оптимизации перемещений по каналам вертикальной социальной канализации.

Геннадий Сергеевич Водолеев

Публицистика / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное
Дневник. Том 1
Дневник. Том 1

Авторами "Дневников" являются братья Эдмон и Жюль Гонкур. Гонкур (Goncourt), братья Эдмон Луи Антуан (1822–1896) и Жюль Альфред Юо (1830–1870) — французские писатели, составившие один из самых замечательных творческих союзов в истории литературы и прославившиеся как романисты, историки, художественные критики и мемуаристы. Их имя было присвоено Академии и премии, основателем которой стал старший из братьев. Записки Гонкуров (Journal des Goncours, 1887–1896; рус. перевод 1964 под названием Дневник) — одна из самых знаменитых хроник литературной жизни, которую братья начали в 1851, а Эдмон продолжал вплоть до своей кончины (1896). "Дневник" братьев Гонкуров - явление примечательное. Уже давно он завоевал репутацию интереснейшего документального памятника эпохи и талантливого литературного произведения. Наполненный огромным историко-культурным материалом, "Дневник" Гонкуров вместе с тем не мемуары в обычном смысле. Это отнюдь не отстоявшиеся, обработанные воспоминания, лишь вложенные в условную дневниковую форму, а живые свидетельства современников об их эпохе, почти синхронная запись еще не успевших остыть, свежих впечатлений, жизненных наблюдений, встреч, разговоров.

Эдмон де Гонкур , Жюль де Гонкур

Биографии и Мемуары / Культурология / История / Образование и наука / Документальное
Пастернак в жизни
Пастернак в жизни

Книга «Пастернак в жизни» – это первая попытка взглянуть на жизненный и творческий путь великого поэта не глазами одного единственного биографа, который всегда пристрастен, а глазами самых разных людей: друзей и недоброжелателей, членов семьи, завсегдатаев дома и штатных литературных критиков, советских функционеров, журналистов, историков литературы… Такой формат биографии – голоса из хора – предложил В.В. Вересаев; его книги «Пушкин в жизни» и «Гоголь в жизни» стали классикой этого жанра.На Пастернака смотрят, о нем рассказывают, его дар и человеческие качества оценивают свидетели его жизни – современники. Роль свидетельств выполняют фрагменты воспоминаний и писем, газетные статьи, архивные документы, а также письма и произведения самого поэта.

Анна Сергеева-Клятис

Биографии и Мемуары / Прочая документальная литература / Документальное
Воскресение Маяковского
Воскресение Маяковского

Я старался не врать ни в одном факте, ни в факте жизни, ни в факте творчества, ну а трактовка… да что ж трактовка? Филология — такая странная вещь, что любое высказанное в ней положение может быть заменено на противоположное с той же мерой надежности и достоверности. Как для кого, а для меня лично она убедительна лишь в той степени, в какой сама является литературой.Я ничего не абсолютизирую и заранее приветствую всех оппонентов и не глядя принимаю любые доводы. Но хотел бы отвести лишь одно обвинение, уже прозвучавшее в зарубежной критике: обвинение в ненависти к Маяковскому.Я думаю, каждый, кто прочел книгу внимательно, убедился, что именно этого нет и в помине; что жесткость и даже порой жестокость автора к своему герою вовсе не означает ненависти к нему. Разве жесткими и суровыми мы бываем лишь с теми, кого ненавидим?Я, конечно, не стану всерьез утверждать, что «любовь» — единственно верное слово, которое исчерпывающе описывает мое отношение к Маяковскому. Но если перечислить по мере важности все оттенки того непростого чувства, какое испытывает автор к герою, то и это слово займет свое место и даже, может быть, не последнее.

Юрий Аркадьевич Карабчиевский , Юрий Карабчиевский

Критика / Документальное
Мемуары
Мемуары

Что прежде всего вспомнит большинство читателей, услышав чеканную фамилию «Маннергейм»? Смутное упоминание о «Линии Маннергейма» из учебника истории, связанное с советско-финляндской войной. А что это за «Линия», кто, когда и зачем ее построил, да и почему возникла война между Финляндией и СССР — об этом до самого недавнего времени у нас в стране предпочитали не говорить в подробностях…Книга воспоминаний выдающегося государственного и военного деятеля Финляндии, оказавшего большое влияние на политическую жизнь всей Европы первой половины нашего столетия, проливает свет и на многие другие непростые моменты взаимоотношений России со своей северной соседкой, открывает малоизвестные страницы недавней истории.Большая политика и тайная дипломатия, сражения и путешествия по экзотическим странам — всему этому нашлось место в мемуарах человека, прожившего без малого столетие.

Карл Густав Эмиль Маннергейм

Биографии и Мемуары / Проза о войне / Документальное
Совершенно секретно: БНД
Совершенно секретно: БНД

Со времени падения Берлинской стены немецкая Федеральная разведывательная служба БНД оказалась прижатой к стенке. Из-за все большего числа провалов и ошибок ее имя постоянно попадает на первые полосы немецких газет. Но что в реальности скрыто за этими аферами? И какие тайные сведения хранятся в подвалах-хранилищах БНД?Д-р Удо Ульфкотте, редактор одной из самых уважаемых немецких газет — «Франкфуртской всеобщей газеты» (Frankfurter Allgemeine Zeitung, FAZ») и автор нескольких книг, в том числе о политической ситуации в Ближневосточном регионе, был, видимо, самым первым журналистом, которому удалось заглянуть за кулисы немецкой внешней разведки. В своей захватывающей книге он описывает, часто критически, иногда — с иронией, скрытые до сей поры успехи и неудачи БНД, бросает взгляд на подготовку и характер работы немецких разведчиков в век спутников, глобальных компьютерных сетей и цифровой телефонной связи и делает более понятными многие связанные с работой спецслужб перипетии современной международной политики.Д-р Ульфкотте рассказывает о структуре Федеральной разведывательной службы, старых и новых задачах ее отделов. Большое внимание уделено таким жгучим вопросам современности, как международная торговля оружием, организованная преступность, наркоторговля, распространение оружия массового поражения и тому, как с этим борется БНД.Нужна ли Германии сегодня внешняя разведка? Когда появились первые шпионы? Как вербуют агентов? Почему в разведшколе БНД не обучают стрельбе и рукопашному бою? Насколько безопасен «Интернет»? Кто еще, кроме Вас и Вашего собеседника, слушает Ваши телефонные разговоры? За что контрразведка «любит» мобильные телефоны? Что видно со спутника? Сколько стоит БНД? Почему БНД сотрудничает с другими разведками мира? Кто торгует ракетами «Скад»? Что такое «плутониевая афера»? Должна ли внешняя разведка следить за гангстерами? Ответы на эти и другие вопросы Вы найдете в книге «Совершенно секретно: БНД».В книгу включены также статьи привлеченных авторов. Бывший президент БНД Гериберт Хелленбройх рассуждает на тему, должна ли БНД заниматься промышленнным шпионажем, а израильский автор Гад Шимрон рассказывает о малоизвестных фактах сотрудничества БНД и израильской разведки Моссад.В конце книги Вы найдете список президентов БНД, а также адреса в «Интернете», посвященные миру разведок.

Удо Ульфкотте

Публицистика / История / Политика / Образование и наука / Документальное
Записки о моей жизни
Записки о моей жизни

В этой книге — наиболее полный текст знаменитых воспоминаний Николая Ивановича Греча (1787–1867) — журналиста и издателя, писателя и филолога, члена-корреспондента Петербургской Академии наук, подготовленные путем соединения текста книги 1886 года (там были цензурные изъятия) и 1930 года (купюры там восстановлены по рукописи, но сделаны иные сокращения). Сохранены особенности авторского стиля, но орфография и пунктуация приближены к современным.«Записки о моей жизни» — ценный вклад в мемуарную литературу конца XVIII и начала XIX века. Екатерина, Павел, Александр I, Аракчеев, Сперанский и Магницкий — с одной стороны, восстание в Семеновском полку и декабристы — с другой, и, наконец, ряд виднейших литературных деятелей: Державин, Жуковский, Пушкин, Сенковский, Воейков, Булгарин — вот тот круг лиц и событий, который охвачен «Записками».

Николай Иванович Греч

Биографии и Мемуары / Документальное
В. С. Печерин: Эмигрант на все времена
В. С. Печерин: Эмигрант на все времена

Владимир Сергеевич Печерин (1807–1885), поэт-романтик, демоническая фигура в «Былом и думах» Герцена, автор пародируемой Достоевским поэмы «Торжество смерти», «первый русский политический эмигрант» (Л. Каменев) и «один из первых русских интеллигентов» (В. С. Франк), русский католик, находивший опору в философии стоицизма, остался в памяти потомков, как он и мечтал, благодаря «одной печатной странице», адресованной России – автобиографическим заметкам, писавшимся в Ирландии в 1860—1870-е гг. и собранным в книгу «Замогильные записки. Apologia pro vita mea». В мемуарах Печерина отразилась история русской мысли всего XIX века, а созданный им автопортрет «лишнего человека» дополняет галерею образов классической русской литературы.Настоящее исследование посвящено анализу сложного переплетения реального опыта Печерина с его представлениями о самом себе. Книга рассчитана на русского читателя.

Наталья Михайловна Первухина-Камышникова

Биографии и Мемуары / Культурология / Образование и наука / Документальное