Документальное

Империя смерти. Аппарат насилия в нацистской Германии. 1933–1945
Империя смерти. Аппарат насилия в нацистской Германии. 1933–1945

В новой работе известных историков-литераторов, перу которых принадлежит много книг, завоевавших признание читательской аудитории, разоблачается преступная деятельность спецслужб фашистского рейха, подчеркивается, что террор был неотъемлемой частью нацистской политики. Щупальца коричневого спрута проникали буквально во все поры политической, общественной и частной жизни Германии. Своего же главного врага гитлеровцы видели в коммунизме и Советском Союзе. В книге рассказывается о злодеяниях гитлеровцев на оккупированных территориях, об истреблении славянских и других народов. Авторы разоблачают деятельность ряда нацистских «специалистов» по террору и геноциду — Гиммлера, Гейдриха, Кальтенбруннера, Шелленберга, Мюллера.Книга рассчитана на широкие круги читателей.

Даниил Ефимович Мельников , Людмила Борисовна Черная

Военная документалистика и аналитика / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
Империя террора
Империя террора

Уничтожение Осамы бен Ладена казалось невероятным успехом, началом заката международного террора. Но появление в Ираке и Сирии Исламского государства, которое вознамерилось создать всемирный халифат, затмило самые громкие акции Аль-Кайды.В этом мире, живущем в ощущении безнадежности, выросли поколения, привычные к насилию. Уверенные в том, что в их бедах виноват кто-то другой, молодые люди пишут на стенах домов: «Враги аллаха, вы будете жить в страхе!» Каждый теракт рождает чувство всемогущества – все спецслужбы мира не в состоянии остановить солдата джихада, одиночку, в руках которого – пусть и на краткое мгновение – оказываются жизни многих людей.Нынешние исламские боевики появились не на пустом месте. Л. Млечин в своей книге рассказывает о многообразной истории терроризма в ХХ веке, который начался задолго до атаки с воздуха 11 сентября 2001 года.

Ричард Сэпир , Леонид Михайлович Млечин , Уоррен Мерфи

Боевик / Публицистика / История / Политика / Образование и наука / Документальное
Критическая Масса, 2006, № 2
Критическая Масса, 2006, № 2

Рецензионно-аналитическое обозрение «Критическая Масса» — это уникальное периодическое издание, издаваемое Фондом «Прагматика культуры» с декабря 2002 года. Журнал изначально предпринял попытку новаторского самоопределения внутри ниши интеллектуальной периодики. В плоскость критической оптики на этот раз попадает не столько собственно современный литературный процесс, сколько «общая» социальная фактура, семиотическая множественность, размытая в повседневности. Для «КМ» нет тем низких или высоких, так как его (журнала) рефлективная способность позволяет переваривать любое культурное сырье с должным интеллектуальным аппетитом и в благородной компании. Авторы —именитые интеллектуалы, реализованные в разных гуманитарных сферах и проектах, но на страницах «Критической Массы» проявляющие свои свободные от форматов позиции. Главное достоинство журнала в том, что в «составе» его тем не последнее место уделяется анализу культурных фактов с точки зрения их «экономики» — не в строго дисциплинарном смысле, а в значении ресурса их происхождения и приятия потребителем. Анализ коммерческих культурных продуктов делается с поэтическим остроумием, тогда как некоммерческие артефакты разглядываются сквозь лупу денег. «Критическая Масса» — свободная публичная площадка, принимающая стилистику современности, и, как нам кажется, в меру своих сил оттачивающая ее.

Журнал «Критическая Масса» , Журнал

Критика / Поэзия / Проза / Современная проза / Языкознание / Документальное
Легенды московских кладбищ
Легенды московских кладбищ

Тема кладбищ и захоронений интересовала многих. Достаточно вспомнить Бориса Акунина и его «Кладбищенские истории». Правда, рассказ в них идет о кладбищах Лондона, Парижа и даже Иокогамы. А что же наши знаменитые некрополи? Игорь Оболенский уже давно водит экскурсии по московским кладбищам. Его авторские прогулки по некрополю — это больше чем просто экскурсия, это своего рода лекция по истории России. Каждое имя — Легенда. В этой книге собраны самые интересные и самые необычные.Каким образом камень с могилы Гоголя оказался на могиле Булгакова? Как хоронили Надежду Аллилуеву? Что оставила на могиле Маяковского его дочь? Как проходили похороны С. Прокофьева, состоявшиеся в один день с похоронами Сталина? Что приносят на могилу Ии Саввиной? Где увидеть скифскую бабу, чей возраст более тысячи лет?

Игорь Викторович Оболенский

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Полибий и его герои
Полибий и его герои

Полибий — величайший, наряду с Геродотом и Фукидидом, греческий историк. Он попал под колесо судьбы и участвовал в событиях того рокового периода, когда, по его словам, совершено было больше, чем за всю предыдущую историю. Возвышались и падали царства, метались народы, гибли города, и, наконец, произошло объединение мира под единой властью Рима. Все это воспринималось Полибием как волнующий спектакль. Первую часть трагедии Полибий наблюдал как зритель. Во второй был одним из актеров. Полибий — человек двух миров. Просвещенный эллин, он много лет прожил в Риме, ставшем для него второй родиной. Он объяснял эллинам особенности души своих друзей римлян, он защищал перед римлянами своих друзей эллинов. Его воспитателем был борец за свободу Греции Филопемен — последний эллин, как его называли. Воспитанником, названым сыном его был Сципион, воплощавший идеал римлянина, человек, завершивший римские завоевания. Полибий понимал оба мира и описал их. Вот почему из истории вырисовывается его жизнь, а его жизнь непонятна без истории. Для студентов исторических, политологических и культурологических специальностей, а также для всех интересующихся историей античности.

Татьяна Андреевна Бобровникова

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Филип Дик: Я жив, это вы умерли
Филип Дик: Я жив, это вы умерли

Биография выдающегося американского фантаста Филипа Дика (1928–1982). Произведения выдающегося американского фантаста Филипа Киндреда Дика (1928–1982) давно вошли в золотой фонд мировой культуры. Этот неординарный человек был одержим одним-единственным вопросом, превратившим его и без того непростую жизнь в настоящую одиссею духа: что есть реальность? Что нам доказывает, к примеру, что мы живы? Французский писатель и литературовед Эммануэль Каррэр предпринял попытку заглянуть в мозг этого мечтателя, заявлявшего, что он никогда ничего не придумывал, а все его произведения являются обыкновенными отчетами о реальных событиях. Филип Дик — единственный настоящий визионер американской фантастики. Станислав Лем

Эммануэль Каррер

Биографии и Мемуары / Проза / Современная проза / Документальное
Воспоминания
Воспоминания

"Воспоминания" (впервые изданы в 1971 г., первое полное издание – 1995 г.) А.И.Цветаевой, дочери основателя Музея изобразительных искусств, историка и искусствоведа И.В.Цветаева, и сестры Марины Цветаевой, принадлежат к несомненным шедеврам автобиографической прозы. Ярко и проникновенно пишет она о своем детстве и юности, вспоминает родителей, сестру Марину, с которой ее связывала тесная дружба, родных, друзей, разнообразную и богатую встречами жизнь в Москве и на даче в Тарусе, путешествия в Италию, Швейцарию, Германию, пребывание в Крыму. Перед взором читателя проходят события эпохи и личной жизни А.И.Цветаевой, воспроизводится атмосфера жизни научной и творческой интеллигенции, возникают образы Волошина, Пешковой, Горького и многих других известных лиц. Ни один серьезный биограф Марины Цветаевой не может обойтись без книги ее: "помимо переданных в ней деталей, семейной атмосферы, облика юной Марины, о чем уже никто не расскажет, там приведены в нескольких вариантах ее стихи, о которых сама Марина забыла…"Анастасия Ивановна Цветаева, скончавшаяся 5 сентября 1993 года, за три недели до своего 99-летия, знала, что настоящее, четвертое издание ее "Воспоминаний" в ближайшие годы выйдет в свет. Всю дальнейшую работу по подготовке, осуществлявшейся после смерти автора, взяла на себя Маэль Исаевна Фейнберг-Самойлова, для которой книга стала последней редакторской работой.

Анастасия Ивановна Цветаева

Биографии и Мемуары / Документальное
Дуэль в истории России
Дуэль в истории России

Эта книга об истории русской дуэли, о том, как обычай «поединков чести» пришел в Россию в XVII в. и просуществовал до начала нашего столетия. Среди героев книги и военачальники, и скромные офицеры, и декабристы, и знаменитые русские писатели (Пушкин, Лермонтов, Лев Толстой, Тургенев, Блок, Андрей Белый, Максимилиан Волошин, Николай Гумилев).В Приложении воспроизведены дореволюционное издание, посвященное вопросам чести, а также выдержки из дуэльных кодексов.Книга, впервые изданная в 1999 г. и ставшая бестселлером, сейчас предлагается читателям в новой редакции, со значительными изменениями и дополнениями.Расширен и иллюстративный ряд — неотъемлемая часть этого увлекательного повествования. Издание снабжено аннотированным Именным указателем, облегчающим пользование книгой.

Александр Васильевич Кацура , Александр Кацура

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
50 величайших женщин
50 величайших женщин

Самое полное иллюстрированное издание культовой книги знаменитого телеведущего. Дань светлой памяти величайших женщин XX века, слава которых с годами не меркнет, а становится все ярче. Портретная галерея незабываемых звезд экрана и подиума, театра и балета, литературы и политики.Фаина Раневская и Любовь Орлова, Коко Шанель и Грейс Келли, Одри Хепберн и Мэрилин Монро, Анна Павлова и Галина Уланова, Марина Цветаева и Анна Ахматова, Гала Дали и Фрида Кало, Эдит Пиаф и Мария Каллас, Грета Гарбо и Марлен Дитрих, Вирджиния Вульф и Франсуаза Саган, Жаклин Кеннеди и принцесса Диана.Ими восхищались художники. Их воспевали поэты. Они царили в кино и блистали на сцене, творили искусство и вершили историю. Эти несравненные женщины определили лицо своей эпохи. Они – гордость и слава XX столетия, которое не зря величают Женским Веком!

Серафима Александровна Чеботарь , Виталий Яковлевич Вульф

Биографии и Мемуары / Документальное
Прах Энджелы. Воспоминания
Прах Энджелы. Воспоминания

Другие переводы Ольги Палны с разных языков можно найти на страничке.Автор желает выразить благодарность женщинам и посвящает им нижеследующий панегирик.Арлин Дальберг раздула угли.Лиза Шварцбаум прочла первые страницы и ободрила меня.Мэри Брестед Смит, прекрасная писательница, прочитала первую треть и передала ееМолли Фридрих, которая стала моим агентом и сочла, что ни кто иной, какНэн Грэм, главный редактор "Scribner", доведет книгу до читателя.И Молли была права.Моя дочь Мэгги помогла мне понять, что жизнь – это великое приключение, а чудесные минуты общения с внучкой Кларой оживили во мне то изумление, с каким ребенок смотрит на мир. Все написанное я читал вслух моей жене Эллен, и она ободряла меня до последней страницы.Я благословен среди мужей.

Фрэнк Маккорт

Биографии и Мемуары / Проза / Классическая проза / Классическая проза ХX века / Документальное
Эта странная жизнь
Эта странная жизнь

Был такой человек: Александр Любищев. Гениальный учёный, биолог, профессор, потрясающий человек, увлекающийся очень многими сторонами жизни. Можно сказать Ломоносов современности. Был другой человек: Даниил Гранин. Писатель, который посвящал свои произведения трудам учёных и сильных личностей. Так вот взял Гранин, не пожалел своего времени и себя и написал биографию Любищева…На самом деле Любищев был очень странным человеком — классическим гениальным учёным — он всё отрицал и ставил под сомнение. Для него не было авторитетов. Это необходимо, чтобы двигаться вперёд, чтобы открывать новые горизонты. И главное не бояться ошибок. Даже Эйнштейн ведь ошибался.Но замечательно в Любищеве не это, и Гранин уводит читателя в другое русло.Герой этой биографии был скрягой относительно времени: каждый день, каждый месяц, каждый год, он подсчитывал сколько было потрачено часов и минут на книги, науку, исследования, отдых, семью. В то время, как мы не можем распланировать завтрашний день, Любищев с точностью до 1% планировал своё время на год вперёд. И этому не могли помешать даже личные трагедии.Ни минуты он не терял просто так и при этом не нужно было прибегать к схемам короткого сна, избавляться от радостей жизни или семейных отношений. Всё это укладывалось в его график. Ему удавалось прочитывать просто колоссальное количество книг и работ, писать очень много статей, рецензий, помогать другим людям. Многое из того, что он писал, никогда не было напечатано, но это было нужно лично ему, чтобы тренировать себя, свою память и критический ум.Но от оценки книги я как-то резко перешёл к оценке героя.Книга напоминает скорее восхищённый отзыв автора и тем не менее остаётся биографией и читать её весьма интересно. © eucariot

Даниил Александрович Гранин , Даниил Гранин

Биографии и Мемуары / Публицистика / Историческая проза / Документальное