Система телевещания, официально начавшая жизнь в нашей стране 1 октября 1931 года, должна была прирастать двумя взаимосвязанными частями: охватывающими территорию СССР телепередающими центрами и постоянно увеличивающейся аудиторией телезрителей. Вслед за Москвой и Ленинградом телепередатчики появились в Одессе, Новосибирске, Нижнем Новгороде, Томске и других городах. Сложнее обстоял вопрос с ростом телезрительской аудитории. Желающие увидеть новое чудо научно-технического прогресса должны были иметь возможность приобрести телевизионный приемник, а это как раз оказалось большой проблемой.

Сложные в производстве и дорогостоящие телеприемники-«тумбочки» не имели перспектив производства: покупателей на них практически не было. Для массового выпуска нужно было предложить максимально простое в изготовлении, доступное рядовому советскому человеку устройство. Таким устройством стал «телевизор для индивидуального пользования», разработанный в 1932 году ленинградским инженером А. Я. Брейбартом.

Телевизор А. Я. Брейбарта, по существу, являлся малогабаритной ТВ-приставкой к радиоприемнику. При этом приставка была выполнена таким образом, чтобы достаточно квалифицированный радиолюбитель мог собрать и приладить ее к подходящему радиоприемнику своими силами.

После выпуска в 1932 году небольшой партии таких приставок производства телевизионных приемников механического типа в нашей стране практически не было. Отсутствие телевизоров заводского изготовления не могло остановить энтузиастов в их стремлении стать «радиозрителями». Широкие массы радиолюбителей горели желанием увидеть «передачу движущихся изображений», они были готовы изготавливать техническую новинку своими руками. Задача помочь им в этом легла на специализированный журнал «Радиофронт». Откликаясь на многочисленные просьбы читателей, журнал начинает печатать материалы, призванные помочь обычному радиолюбителю изготовить телевизионную приставку своими силами.

Листая журнал «Радиофронт» тех лет, можно встретить удивительные «телелюбительские» проекты. Автор статьи «Простейший любительский телевизор» Д. Сергеев высказал убеждение, что настоящий энтузиаст может обойтись без электродвигателей, заменив их приводной ручкой и маховиком от швейной машины. Маховик крепился на одном валу вместе с диском Нипкова, что должно было придать диску устойчивость вращения. Чтобы увидеть на какое-то время телевизионную картинку, последователю метода Д. Сергеева приходилось запастись терпением и хорошо потрудиться.

Конструирование в 1930-х годах любительских оптико-механических телевизоров, в которых могли использоваться детали от швейных машинок, патефонов и велосипедов, свидетельствовало о появлении новой волны неистощимых на выдумку изобретателей. Однако на смену первым восторгам, связанным с механическим телевидением, скоро пришло разочарование. Даже немногочисленных телезрителей не могли удовлетворить нечеткое изображение, крошечный размер экрана, неустойчивая синхронизация, присущие предшественнику будущего телевидения.

Несовершенному оптико-механическому телевидению был отпущен короткий век — всего около десяти лет. Уже во второй половине 1930-х годов ему на смену пришло электронное телевидение. Приезд в нашу страну В. К. Зворыкина оказался важным событием в связи с грядущим развитием отечественной системы телевещания.

ВСТРЕЧИ НА РОДИНЕ

По прибытии в Ленинград Зворыкин узнал, что принимающей его стороной является Наркомат радиопромышленности, а не университет или вуз, как он ожидал. Уровень приема был высоким: лучший номер в гостинице «Астория», насыщенная научная и культурная программа. Непривычными оказались строгий запрет на фотографирование многих объектов, трату наличных долларов и т. п. Программа визита предусматривала возможность посещения родственников, и уже на следующий день Владимир Козьмич сидел за накрытым столом в квартире своей сестры Анны и ее мужа Дмитрия Васильевича Наливкина.

Город его студенческой юности Санкт-Петербург, который теперь стал Ленинградом, на взгляд Зворыкина, заметно изменился. Знакомые ему площади и улицы были те же, но глазу не хватало привычных картин: проезжающих по улицам красивых экипажей, изысканно одетых дам и щеголеватых, кавалеров. Экипажей почти не было, а те, которые встречались, имели потрепанный вид. Народа стало больше, но в основном это были люди «деревенского вида», и ходили они не так, как раньше, — по тротуару, а так, как им было удобнее. Зворыкину такое перемещение прохожих напомнило броуновское движение.