Читаем Звонок полностью

      – Паспорт есть! – сказал отец и жестом фокусника достал мой паспорт из своего кармана.

      – Никак невозможно, – чуть менее уверенно повторила она и наткнулась на суровый взгляд правителя.

      – Не по правилам? – пропищала женщина.

      – Дорогая… – папа взял работницу мэрии под руку.

      – Кэтрин… – дама растерялась от такого напора.

      – Дорогая Кэтрин, разве может отсутствие жалкого кусочка пластика являться причиной отказа оформить такую любовь? – и папа проникновенно пропел, – я родилась, чтобы сделать тебя счастливой…

      – Не может, – сдалась Кэтрин под пристальным вниманием Дезмонда, и мы прошли в большой белый зал.

      Регистрировать нашу любовь.

      Папа подвел мисс Кэтрин к столу, за которым сидела, видимо, её помощница. Она, Кэтрин, вздохнула и встала напротив нас с большой папкой в руках:

      – Согласна ли ты, Джинджер Элизабет Уитлок, стать женой, – она с тоской посмотрела на моего жениха, – согласна ли ты стать женой … – она всхлипнула.

      – Я согласна! – прервала я её душевные метания.

      – Она согласна, – подтвердил папа.

      – Согласен ли ты, Гейбл, – мисс глупо улыбнулась, – Гейбл, согласен ли ты…

      – Я согласен! – громко и однозначно ответил репортер.

      – Он согласен, – подтвердил император.

      – А жаль, – сказал Бенжамин, и все мы посмотрели на него, – то есть я хотел сказать… – он замялся, – я хотел сказать… горько! – закричал он, и я, пользуясь предоставленной возможностью, поцеловала Кларксона.

      – Подождите! – работница мэрии бегала вокруг нашей композиции и махала на нас папкой. – Еще рано целоваться. Я же еще не объявила вас мужем и женой! – мы опять-таки нехотя оторвались друг от друга.

      – А я что говорил? – довольно сказал папа. – Любовь! – и тут случилось то, чего я столько времени ждала.

      Ну не могло наше бракосочетание пройти гладко. Это же дочь Уитлоков брачуется, не кто-нибудь!

      Здание мэрии располагалось в нашем малоэтажном районе. И было это здание старинным, с высокими потолками и большими окнами.

      Задрожал потолок, и подозрительно зашаталась большая люстра. Я сделала шаг назад и дернула Кларксона в сторону, тут люстра сорвалась с крючка.

      – Объявляю вас мужем и женой, – сказала мисс Кэтрин и упала в обморок.

      – Поздравляю! – торжественно заявил отец и ногой отодвинул разбитую люстру с центра зала.

      – Живите долго и счастливо! – сияла Эмма.

      – Любовь – это песня сердца, – Алекс поцеловал свою прелестную невесту в макушку.

      – Умница, – констатировал он давно известный всем факт.

      – Сейчас в ресторан пойдем! – объявил Кевин.

      – А переодеться? – спросил Джерри и щелкнул ножницами.

      – А зачем? – спросил Бенжимин.

      – Незачем, – согласился Император, и в этот миг что-то ударило в окно.

      Большая красная спасательная машина подлетела к пустой раме, и какой-то мужчина, одетый в черное обтягивающее трико и… да, и в черный дамский чулок на голове, так вот, этот мужчина ворвался в зал.

      – Душка! – закричал… Луи.

      – Я здесь, чтобы спасти тебя! – продолжила я за него, и мистер синеволосый стилист пораженно застыл.

      – Ну, в общем-то да, – он поправил на голове чулок.

      Раздался топот ног. Охрана Императора вышибла дверь.

      – Всем оставаться на местах! – закричал высокий мужчина в форме. – Руки за голову! – послушались.

      – Энтони! – обрадовался отец. – Какая встреча!

      – Шон? – Энтони широко улыбнулся. – А ты что тут делаешь?

      – А я вот дочуру замуж выдаю! – папа обрадовался старому другу.

      – И которая из этих прелестниц твоя дочь? – спросил мужчина, а остальные охранники слаженно хихикнули.

      – Моя самая красивая, – не погрешил против истины папа, показал на меня рукой, и я промямлила:

      – Здрасьте…

      – Миссис Кларксон, а вы документы заберите, пожалуйста, – маленькая худенькая и вся какая-то сморщенная помощница мисс Кэтрин вышла из-за стола, наклонилась к поверженной начальнице, забрала папку с бумагами у неё из рук и все это под дулом сотен пистолетов.

      – Не то, не то, – она поправила на носу очки, – ага. Вот оно! – она подошла к нам с Гейблом и протянула тонкий планшет. – Вот сюда ваши пальчики, пожалуйста, – Гейбл поставил отпечаток первым, – а теперь вы, дорогуша.

      Я сделала то же самое.

      – Вот, теперь я уже совершенно точно объявляю вас мужем и женой, – и она протянула мне маленькое, но очень симпатичное свидетельство, в котором большими красивыми буквами было написано, что я теперь вовсе не Уитлок, я теперь Кларксон.

      – Пончик, – сказал Гейбл, – дай-ка мне эту штучку.

      – Зачем? – не поняла я, но послушалась.

      – Затем, что за финансами и документами в нашей семье буду следить я, – серьезно ответил мой муж.

      – Какой мужчина, – очнулась мисс Кэтрин.

      – За абы кого я бы дочь не отдал, – подтвердил папа.

      – А в ресторан-то пойдем? – тихонько спросил Бенжамин.

      – Разберемся, – сказал начальник охраны Императора, обнимаясь в это время с моим отцом.

      – Непременно, – согласился Дезмонд и добавил: – горько!

      Тут слово у нас не разошлось с делом, и мы продолжили прерванное занятие на вполне законных основаниях. Мы еще долго и с удовольствием скрепляли бы таким образом свой союз, если бы в зал к личной охране Императора не ворвалась еще и полиция.