Читаем Звонок полностью

      – Зачем тебе эта Терра, детка? – заворковала она, посмотрела на папу, дождалась еле заметного кивка и продолжила: – У Котёночка чудесный дом, найдешь себе работу на Силионе.

      – А зачем искать? – вступил в разговор Жасмин. – Я её уже взял!

      – Куда взял? – не понял папа.

      – На работу, – пояснил Бенжамин, – правда, еще не решил на какую, но взял!

      – Взял, – подтвердила я и с опаской посмотрела на Кларксона.

      Я посмотрела на Кларксона, Кларксон посмотрел на меня.

      До чего хорош, фингал ему очень к лицу, так сказать, делает его чуть более близким к простому обывателю.

      Интересно, как мы будем смотреться на свадебной фотографии?

      Хорошо будем смотреться, по крайней мере, у меня не разовьется новый комплекс. Луи что-нибудь придумает. Черные очки, черный котелок, накладная челочка, вуаль? Хихикнула.

      И пока я хихикала, а хихикала я долго, все вышли из камеры и направились к выходу.

      Остались только я и мистер необыкновенно прекрасный репортер.

      – Знаете что, мисс Уитлок, – он навис надо мной как скала, – знаете что?

      – Что? – простонала я сквозь слёзы.

      – А не буду я на вас жениться! – я напряглась.

      – Это как это – не будете? – и снова хихикнула, такой он был грозный.

      – А так, не буду. И пускай я попаду в немилость к Дезмонду, меня уволят с телевидения, оштрафуют счета и сошлют на Терру, зато вы, моя дорогая, останетесь без приза, а я останусь психически здоров!

      Что делает умная девушка в такой вот деликатной ситуации?

      Правильно, в любой нестандартной ситуации главное отвлечь противника!

      Как отвлечь противника?

      Правильно, надо его удивить!

      – Гейбл, я вас люблю! – выдала я и застыла.

      Ну всё, мне точно конец, он не то, что не поверил, он озверел.

      – Да вы, да вы… – у него сжимались челюсти, и ситуацию могло спасти только чудо.

      Чудо явиться не спешило, и я приняла молниеносное, антикризисное решение. Подошла, дернула его за галстук и поцеловала.

      Он сначала растерялся, а потом подхватил мою инициативу. Да еще как подхватил. Я оказалась прижатой к стене, и ноги мои почему-то были не то что на весу, я ими его обнимала!

      «Неправильный он какой-то гей…» – пронеслось где-то на задворках сознания.

      Как пить дать, неправильный!

      – Кхе, – кажется, папа, – дети мои, ну я всё понимаю, но не в тюрьме же!

      Мы с Гейблом отпрянули друг от друга.

      – Тем более, на вас весь участок любуется, – выглянула из-за папы Эмма.

      – Мы случайно, – пискнула я и покраснела.

      – Да уж, – Кларксон поправил волосы.

      – До завтра, в девять у мэрии, – скромно, но довольно-таки громко сказала я и быстренько слиняла, чтобы не напоминать жениху одним своим видом о том, что он, вроде как передумал.

      – Киска, – остановила меня Жасмин, – до завтра!

      – До завтра! – обняла я его на прощанье и совершенно никакого значения не придала этим словам.

      Погрузилась в папину машину, Энн уже сидела, нет, Энн уже там лежала. Из окна авто проследила за тем, как все прекрасные дамы, включая Бенжамина, рассаживаются в желтые такси, дождалась папу.

      – Молодежь, – сел он за руль и пристегнулся, – молодец, хорошо повеселились, я тобой горжусь!

      – Спасибо, – поблагодарила я папу, снова посмотрела в окно, где совершенно растерянный Кларксон сажал тетю в свою ужасно дорогую машину.

      Тут наши глаза опять-таки встретились, но вместо искры, которая должна пробежать между двумя возлюбленными, я покраснела, а он, а он захохотал.

      «Ну и ладно», – решила я, слегка обидевшись. Лишь бы в мэрию завтра пришел.

      А вообще, удивительный сегодня вечер. С кем я только не целовалась.

      Я, можно сказать, нацеловалась за все годы одиночества.

      Но Кларксон, к моему глубочайшему неудовольствию, целовался лучше всех.

      – А скажи-ка мне, папуля, – повернулась я к отцу, – а как давно ты знаком с Эммой? Что-то вот я не припомню, когда я вас знакомила? – папа бросил на меня возмущенный взгляд.

      – Я, если ты не заметила, за рулем, – я подняла бровь, – и трафик, между прочим, тариффик! – посмотрела на пустую магистраль.

      – Да? – хихикнула.– Где же тут трафик, извините, таррифик, если мы на десятом уровне одни? – тут я бросила взгляд в зеркало заднего вида, за нами летело знакомое черное авто. Потом это авто поравнялось с нашей машинкой и полетело рядом.

      – Сопровождает, – одобрительно отозвался папа, – молодец. Я же говорю, хороший мальчик, тебе подходит. Страстный вон какой, опять-таки, – и папа мне подмигнул. Я покраснела.

      – Очень смешно, – буркнула я и задумалась.

      Как я теперь ему в глаза смотреть буду? В его красивые, местами подбитые глаза. А что со мной сделает Луи? Луи меня убьет, и это не я, это он будет ходить на мою могилку. Хотя, помимо Луи, есть еще много желающих меня придушить. Одни поклонницы моего жениха чего стоят. Поёжилась.

      И вот наступает день икс, завтрашний день наступает.

      Кларксон, стоит у мэрии и ждет меня. Он ждет меня в окружении толпы поклонниц, ну и Луи, конечно же, рядом.

      – Вот она! – кричат фанаты репортера. – Бей её! – я бегу, но спастись не удается, и подписи на электронном свидетельстве мы ставим одинаково красивые.

      Нет, я, пожалуй, красивее. У меня подбиты оба глаза.