Читаем Звонница полностью

Чем нам запомнилось педучилище? Это был очень яркий период в моей жизни. Прекрасный преподавательский состав, глубокие лекции по методике преподавания дисциплин. В частности, интереснейшие уроки проводила по методике преподавания русского языка Корякина Мария Степановна, живо и запоминающе вела физику наш классный руководитель Нина Александровна (отдельные фамилии педагогов не помню), математику — Соседова Мария Сергеевна, очень нравились наши учителя музыки Алексей Вениаминович (скрипка) и Колодкин Степан Демидович (аккордеон). Прекрасно вел историю Агафон Акимович, позднее работавший в Пермском обкоме партии. Другой историк, Лунев Иван Саввинович, тоже остался в памяти как удивительный педагог, которого мы все любили.

Физкультуру проводил молодой преподаватель, который увлек нас многими видами спорта: мы ходили на каток, играли в волейбол, иногда до позднего вечера, пока техничка, которой надоест ждать, не зайдет и не выплеснет ведро воды на пол. Несомненно, обладал учительским талантом Евгений Фадеевич, преподававший литературу. Мы ходили к нему в кружок художественного чтения и драматический. Директором педучилища была Чернецкая Нина Георгиевна. По расписанию в день ставили нам по три-четыре пары, а потом мы бежали на соревнования по волейболу (я была капитаном команды). Занимались музыкой, общественной работой. Лежать в общежитии на кровати было некогда. Меня избрали председателем профкома учащихся, где мы помогали бедным студентам. Но в то время были бедны почти все. Стипендия в 120 рублей уходила быстро, мы не умели правильно распорядиться деньгами. Только получим стипендию, тут же спорим, кто может больше конфет съесть. Покупали сладости, тонкие чулки. Мы стремились выглядеть красиво. В педучилище меня прозвали Звонком за мою фамилию Бринькова (“бринь-бринь”). Но с семнадцати лет я уже была Зинаида Антоновна, поскольку мы начали проходить практику в школах района.

Вы спрашиваете, ощущали ли мы себя полнокровными очёрцами? Наверно, нет. Бывали моменты, когда местные получали все, что полагалось студентам педучилища, а нам, детдомовским, приходилось это просить. Когда Козлова запретила нам ходить в детдом и заставила нас сдать личные вещи, то мы растерялись. На четвертом курсе наступала пора выпускных экзаменов, мы же остались практически без средств к существованию. Конечно, мы чувствовали себя иногда обделенными. Нет дома, куда можно было пойти, нет близких, родных. Знакомые помогали как могли. Меня, в частности, устроили работать диктором на очёрское радио, потому что у меня была хорошая дикция. Этим я зарабатывала на жизнь, пока доучивалась в педучилище. Мы сдали выпускные экзамены, нас выселили из общежития, и в детдом пойти уже было нельзя. Как жить? Нас с Люсей поселили в тир, о чем позаботилось руководство педучилища.

В августе 1953 года я поступила на историко-филологический факультет Пермского госуниверситета. По окончании его вышла замуж. Пять лет отработали с мужем в школе в Соликамске, потом столько же лет в вечерней школе Перми я работала историком. Затем четыре года была директором школы № 4 (Орджоникидзевский район). Избрали меня секретарем райкома КПСС по идеологии, потом был Пермский облисполком, где трудилась уже до пенсии. Работа с людьми приносила удовлетворение, многим помогли. В том же райкоме партии решала квартирные вопросы со строителями, и народ это видел, понимал, верил. Часто шли именно ко мне. Выросли у меня две дочери, одна окончила институт культуры, другая — мединститут.

Мы искали своих родителей, свои корни. Валя, будучи взрослой, нашла через горсправку в Ленинграде наших родственников. Возможно, что кто-то искал нас, но ведь мы уехали совсем маленькими, без документов. Даже даты рождения себе сочиняли сами, о чем я рассказала в начале повествования. Очёр я не забуду. Навсегда светлым, ярким событием в моей памяти останется местное педагогическое училище».

Записано со слов Зинаиды Антоновны Мальцевой (Бриньковой) в апреле 2008 г., опубликовано в издании «Свет очёрских лампад» в 2009 г.

* * *

Софья Филипповна Малкова (Краснощекова) — прекрасная дочь чудесных родителей: Филиппа Михайловича Малкова и Клавдии Федоровны Малковой (Мощениковой), учителей Очёрской средней школы № 1. Софья Филипповна — заслуженный учитель РСФСР; всю жизнь она отдала детям. Ее и сегодня вспоминают ученики, звонят, пишут, беспокоятся о здоровье, интересуются, чем помочь. Военное детство навсегда врезалось в память Софьи Филипповны.

КАК ПОТОПАЕШЬ, ТАК И ПОЛОПАЕШЬ

«22 июня 1941 года. Мне одиннадцать лет. Мы с родителями пришли к родственнику — Мощеникову Леониду Федоровичу — на день его рождения. Хорошо накрытый стол, сидели, чаевничали, когда стало известно, что началась война. Именинник так стукнул кулаком по столу, что блюдечки на столе перевернулись. Дядя Леня ушел на фронт, а папу не взяли по возрасту.

Перейти на страницу:

Все книги серии Антология пермской литературы

И снова про войну
И снова про войну

В книгу детского писателя А. С. Зеленина включены как уже известные, выдержавшие несколько изданий («Мамкин Василёк», «Про войну», «Пять лепестков» и др.), так и ранее не издававшиеся произведения («Шёл мальчишка на войну», «Кладбище для Пашки» и др.), объединённые темой Великой Отечественной войны.В основу произведений автором взяты воспоминания очевидцев тех военных лет: свидетельства ветеранов, прошедших через горнило сражений, тружеников тыла и представителей поколения, чьё детство захватило военное лихолетье. Вероятно, именно эта документальная достоверность, помноженная, конечно, на незаурядное литературное мастерство автора, умеющего рассказать обо всём открыто и откровенно, производит на юных и взрослых читателей сильнейшее впечатление художественно неискажённой правды.Как говорит сам автор: «Это прошлое — история великой страны — наша история, которая учит и воспитывает, помогает нам оставаться совестливыми, порядочными, культурными…»Произведения, включённые в сборник, имеют возрастную категорию 12+, однако книгу можно рекомендовать к самостоятельному чтению детям с 10 лет, а с 6 лет (выборочно) — со взрослыми (родителями и педагогами).

Андрей Сергеевич Зеленин

Проза о войне
Диамат
Диамат

Имя Максима Дуленцова относится к ряду ярких и, безусловно, оригинальных явлений в современной пермской литературе. Становление писателя происходит стремительно, отсюда и заметное нежелание автора ограничиться идейно-художественными рамками выбранного жанра. Предлагаемое читателю произведение — роман «Диамат» — определяется литературным сознанием как «авантюрно-мистический», и это действительно увлекательное повествование, которое следует за подчас резко ускоряющимся и удивительным сюжетом. Но многое определяет в романе и философская составляющая, она стоит за персонажами, подспудно сообщает им душевную боль, метания, заставляет действовать. Отсюда сильные и неприятные мысли, посещающие героев, адреналин риска и ощущений действующими лицами вечных символических значений их устремлений. Действие романа притягивает трагические периоды отечественной истории XX века и таким образом усиливает неустойчивость бытия современной России. Атмосфера романа проникнута чувством опасности и напряженной ответственности за происходящее.Книга адресована широкому кругу читателей старше 18 лет.

Максим Кузьмич Дуленцов

Приключения
Звонница
Звонница

С годами люди переосмысливают то, что прежде казалось незыблемым. Дар этот оказывается во благо и приносит новым поколениям мудрые уроки, наверное, при одном обязательном условии: если человеком в полной мере осознаётся судьба ранее живших поколений, их самоотверженный труд, ратное самопожертвование и безмерная любовь к тем, кто идет следом… Через сложное, порой мучительное постижение уроков определяется цена своей и чужой жизни, постигается глубинная мера личной и гражданской свободы.В сборник «Звонница» вошли повести и рассказы о многострадальных и светлых страницах великой истории нашего Отечества. Стиль автора прямолинейно-сдержанный, рассказчик намеренно избегает показных эффектов, но повествует о судьбах своих героев подробно, детально, выпукло. И не случайно читатель проникается любовью и уважением автора к людям, о которых тот рассказывает, — некоторые из сюжетов имеют под собой реальную основу, а другие представляют собой художественно достоверное выражение нашей с вами жизни.Название книги символично. Из века в век на Русь нападали орды захватчиков, мечтая властвовать над русской землей, русской душой. Добиться этого не удалось никому, но за роскошь говорить на языке прадедов взыскана с русичей высочайшая плата. Звонят и звонят на церквях колокола, призывая чтить память ушедших от нас поколений…Книга рассчитана на читателей 16 лет и старше.

Алексей Александрович Дубровин

Проза о войне / Военная проза

Похожие книги

Пока светит солнце
Пока светит солнце

Война – тяжелое дело…И выполнять его должны люди опытные. Но кто скажет, сколько опыта нужно набрать для того, чтобы правильно и грамотно исполнять свою работу – там, куда поставила тебя нелегкая военная судьба?Можно пройти нелегкие тропы Испании, заснеженные леса Финляндии – и оказаться совершенно неготовым к тому, что встретит тебя на войне Отечественной. Очень многое придется учить заново – просто потому, что этого раньше не было.Пройти через первые, самые тяжелые дни войны – чтобы выстоять и возвратиться к своим – такая задача стоит перед героем этой книги.И не просто выстоять и уцелеть самому – это-то хорошо знакомо! Надо сохранить жизни тех, кто доверил тебе свою судьбу, свою жизнь… Стать островком спокойствия и уверенности в это трудное время.О первых днях войны повествует эта книга.

Александр Сергеевич Конторович

Приключения / Проза о войне / Прочие приключения