Читаем Звонница полностью

Тоннель… Хорошее определение судьбы у загнанной сущности. Прошлое, настоящее и будущее давно огорожены флажками, расставленными, как при охоте на волка. Болевые импульсы в висках при попытке выйти за флажки — минимум наказания. При серьезной угрозе «страж-лекарь» хлопнет железными ставнями, отключив память сотрудника ЦРУ Тома Уайта, он же — научный работник Пермского государственного университета Андрей Горошин. Останется биомасса с чистым мозгом годовалого ребенка. Нежелательно потерять над собой контроль. «Нет, легче посох и сума», — так, кажется, сказано в стихотворении Пушкина. Но вспоминать так вспоминать. И в противовес ржавой тени с колючим щелканьем кнута рядом со мной сегодня звучит чистый голос Анны. Она — моя верная защита.

* * *

В «русском» отделе Центрального разведывательного управления я звезд с неба не хватал, но в свои двадцать восемь был молод и амбициозен. Курировал троих переданных мне на связь агентов, находившихся в России. В апреле 1992 года вернулся из Риги, где у меня сорвалась первая самостоятельная вербовка. Надбавка к зарплате из-за неудачи обошла меня стороной с мотивировкой «за отсутствием результата при проведении вербовочной операции». Расстроился ли я? Конечно! Эмоциональность оставалась чертой моего характера. Начальство провело разбор полетов, указало на ошибки, подчеркнув: «Работайте, Уайт. У вас все впереди!»

Из-за резанувшего слух «все впереди» я окунулся в работу с головой. На ловца и зверь бежит. В августе девяносто второго года получил от своего человека данные о коммерческом предложении от некоего «М», проживающего в российском городе Перми. Делец предлагал американской компании «Бьюти корпорейшн» приобрести красную ртуть[3]. Я решил, что фраза «Все впереди» может вполне перейти в оценку «Мы вами довольны, Уайт». И без уточнений понятно, что я загорелся перспективой разработки «М» и превратился на время в представителя компании-покупателя.

Плотное изучение «М» нарисовало портрет обычного торгаша с клеймом на лбу «куплю-продам». Комплекс проверочных мероприятий по человеку закончился выводом о его пригодности к секретным поручениям.

От предвкушения своей первой победы, помнится, я потер руки и поклялся себе: «В середине весны девяносто третьего года, когда русский приедет в Испанию, переведу его в штат своих агентов». В конце февраля девяносто третьего я еще раз все взвесил: «М» часто ездил по России. Он продавал все подряд сам или выступал посредником в сделках. Не чурался авантюрных комбинаций. Коммуникабелен, мобилен, меркантилен. То, что надо! Потянет на агента-связника, работающего под легендой.

Почти не сомневался: вряд ли у «М» появятся перспективы роста в оперативном плане. Но мне по горло был нужен агент любой категории. Фраза «У вас все впереди» не давала мне покоя. Но как я заблуждался по поводу перспектив «торгаша»! Он переплюнул потом многих.

Его вербовку я провел по намеченному плану в майской Барселоне в девяносто третьем году, где «М» отдыхал, даже не подозревая, на какой крючок попал, когда попытался сбыть американской фирме несколько тонн «редкой красной ртути». Через посредника была назначена встреча.

— Привет! Меня зовут Фрэнк, — представился я по-русски, подсаживаясь за столик к «М». — Как дела? Все ли нравится здесь?

— Дима. М-м… Дмитрий, — ответил он. — Дела идут прекрасно. Но давайте ближе к нашему… э-э… — он покрутил рукой в воздухе. — Вы знаете о сути предложения?

— Да. Ваш товар нас очень интересует, но есть одно «но», — тихо сказал я.

— Дорого? — доверительно склонился ко мне Дима.

Он рассмеялся и откинулся на спинку стула. Его тон, взгляд говорили о высокой самооценке. Нет. Об очень высокой. Гигантский шар самодовольства парил в облаках.

— Ваша цена? — белозубо улыбаясь, спросил он.

Мне пришлось выдержать паузу и изобразить крайнюю степень задумчивости. Подергав себя за мочку уха, «представитель покупателя» в моем лице по слогам произнес:

— Я не тот, кого вы ждали из «Бьюти корпорейшн». Напротив. Из конкурирующей фирмы. Прошу не суетиться. Не надо, иначе все плохо закончится. Для вас.

Договорив, кивнул в сторону двух мужчин плотного телосложения, внимательно за нами наблюдающих. Объяснив Диме перспективу судебного решения в двадцать лет американской тюрьмы в качестве «подарка» от конкурирующей компании за сбыт стратегического сырья, мне удалось заслужить более серьезного внимания со стороны собеседника. На лице «М» больше не блуждала улыбка. Он начал грызть ногти то на левой, то на правой руке. «Шарик сдулся», — подумал я тогда. Зато через несколько минут мы болтали с ним, будто знали друг друга четверть века.

— Давайте забудем о ртути. Есть немало честных способов заработать, — вслух сказал я ему. — Бываете ли вы по работе в других городах России?

Ответом послужил кивок головы.

— Вот и катайтесь дальше. Иногда вы будете развозить посылки моей торговой фирмы по вашей стране. Всего-то деловые предложения, но не для широкой аудитории. Конкуренция, сами понимаете… Оплата? — я нарисовал на бумажке перечисления на спецсчет за каждую услугу.