Читаем Звездные войны. Записки Темнейшего полностью

Тут хозяйку отпускает. Что вылилось во вспышку бурной деятельности по нашему размещению за столом. При этом стол выдвинут ближе к центру комнаты, чтобы Оби-Вану удобнее разместиться на коляске. Мне принесена куча подушечек, ибо такому солидному человеку на каменной скамье сидеть непривычно. Возражения не принимаются. Мало того, все распоряжения госпожи Скайуокер исполняются весело и непринужденно.

— Маму зовут Шми, — тихо подсказывает мне Энакин.

Благодарно киваю, потому что в руках у меня простая глиняная кружка местного голубого молока, а на зубах рассыпчатое печенье. Простенько, но до ситха приятно. О чем при этом говорим? А джедай его знает. Просто говорим ни о чем, но с удовольствием. Потом украшенный голубыми молочными усами непоседа-Энакин тянет Оби-Вана за перегородку, чтобы показать ему нечто особенное.

Из-за распахнутой двери раздались лязганье металла, потом столь же металлическое бессмысленное бормотание сменяется возгласом.

— О! Мастер Энакин! Рад вашему возвращению!

— Привет, С-3РО! Я его сам собрал, правда! А мы возьмем его с собой?

Слушать этот детский треп оказалось приятно. Ловлю себя на том, что непроизвольно улыбаюсь. Но тревожный взгляд Шми Скайуокер возвращает в реальность.

— Вы действительно решили нас забрать отсюда?

— Да. Извините. Все получилось так внезапно, без предупреждения.

— Вы передо мной извиняетесь? — в глазах плещется недоверие.

— Нет. Просто, жест вежливости, — говорю правду, ибо печенью чую, с этой женщиной по-другому не выйдет. — Вы нужны Энакину, а значит и мне.

— Он так вам нужен?

— Он особенный. Вы даже не представляете, насколько. Но он еще совсем маленький мальчик, которому нужна мама, к которой он готов лететь через полгалактики.

— Вы странный человек, господин Палпатин. Мне кажется, вы говорите правду, но при этом что-то важное не договариваете…

— Чего же тут странного? Все люди иногда говорят правду и почти всегда чего-то не договаривают.

Доверительная улыбка и капелька Силы для убедительности должного эффекта не приносят. Не потому что не действуют. Потому что нам помешают. Во входную дверь не стучат, но не надо быть форсюзером, чтобы понять: на улице происходит нечто особенное. Энакин в сопровождении нелепого дроида без корпуса бежит к двери, но, открыв ее, пятится. Нет, не испуганно. Обалдело. Поэтому шагаю вперед, но меч не активирую.

И правильно. Зрелище достойно не меча ситха, а кисти мастера. Шедевр под названием «К нам едет ревизор или не ждали». По центру композиции расположена туша истинного правителя Татуина — Джаббы-хатта. Из-под его хвоста выглядывает увешанный местными орденами в три ряда местный же губернатор. Наверное. В толпе Джаббиных прихвостней я его могу с кем-нибудь и перепутать. А над всем этим великолепием порхает некий облезлый тойдорианец — обладатель не по размеру громкого визга.

— Вот, граждане дорогие! Поглядите! Средь бела дня жулики имущества лишают!

Тут вообще никто новости по головизору не смотрит? Узнали, наконец. Причем первым оказался не губернатор, а хатт. Который решил возникший имущественный спор без лишнего бюрократизма: махнул могучим хвостом так, что сбил надоедливого просителя башкой об землю.

— В виду отсутствия у покойного Уотто наследников, его имущество переходит в собственность государства, — деловито забубнил предполагаемый губернатор, живенько оформляющий передачу оной собственности под управление Республики.

— И эта… Джедая забери, — вздыхает на прощание хатт.

Я с легким удивлением оборачиваюсь к любопытно выглядывающему из-за двери Кеноби. Когда это он успел стать здесь знаменитостью?

— Это не я. Это, наверное, мастер. Они решили, что и рыцарь Джинн здесь.

Оби-Ван Кеноби очень старается скрыть довольную улыбку. Но не радоваться не вполне заслуженной славе получается плохо.

Возвращаюсь в дом и начинаю разбирать переданные мне бумаги на право собственности. Освобождение Шми Скайуокер следует оформить немедленно. Чтоб никакой двусмысленности в отношениях. Энакин крутится рядом, но спрашивает как обычно о неожиданном.

— А почему дядя Мол с вами не прилетел?

Хатт побери! И правда, где это Дарта Мола носит? Допустим, он наше с Кеноби тихое появление проморгал. Но на выход Джаббы со свитой он должен был отреагировать! Во что он вляпался? Вернется, рога пообломаю!

Мою тревогу Оби-Ван улавливает и тут же взвивается не по-джедайски.

— Это ситх! Он специально подбросил нам адрес Скайуокеров, чтоб мы сразу сюда поехали, а сам напал на Мола! Ситхи никогда ничего не прощают и никого не отпускают!

С последним не поспоришь. Я и не пытаюсь. Просто наблюдаю за нарезающим вокруг меня круги взволнованным джедаем.

— Ваш мастер не предостерегал вас от поспешных выводов, юный падаван? — пытаюсь превратить происходящее в шутку, хотя бы потому, что волнение Кеноби вмиг передалось Энакину, и, если они на пару решат отправиться в спасательную экспедицию, без применения Силы мне их не остановить.

— А что, что еще могло с ним стрястись?! — не унимается джедай.