Отсюда видно было все сразу, как будто он смотрел с балкона на освещенную сцену. Только пространство у самого основания холма было скрыто фермами. Впрочем в других местах было на что посмотреть. Даже вне площадки было кое-что видно.

Слабо светилась вода лагуны. На фоне ее выделялись ближайшие резервуары. Более яркой полосой виднелся риф.

Прислушавшись, Боб различил гул бурунов. Впрочем, подобно всем остальным жителям острова, он так привык к этому звуку, что обычно не ощущал его. Слева видно было несколько огней — на доке и в полудюжине домов, не скрытых от его взгляда холмом. В другом направлении, на восток, была только тьма. Машины, косившие буйную растительность для питания бактерий, на ночь останавливались, и доносились лишь шуршащие звуки — маленькие зверьки и случайный ветерок. На острове водились комары и песчаные мухи, но Охотник тоже считал, что его Хозяин нуждается во сне, и поэтому крошечными псевдоподиями отпугивал всех насекомых. Несмотря на твердую решимость — только полежать, Боб крепко уснул, когда отец поднялся к нему на холм.

Мистер Киннэйрд молча подошел и некоторое время смотрел на спавшего мальчика с выражением, которое трудно было истолковать. Наконец, когда снизу донеслись звуки миксеров, он слегка подтолкнул мальчика. Этого оказалось недостаточно, и он мягко потряс сына. Наконец Боб зевнул и открыл глаза. Потребовалось несколько секунд, чтобы он понял, где находится, но потом он сразу вскочил.

— Спасибо, папа. Я думал, что не усну. Уже поздно? Заливают?

— Только что начали.

Мистер Киннэйрд ничего не сказал о сне: он знал не только своего сына, но и вообще мальчишек.

— Мне нужно вернуться на площадку, а тебе, наверное, хочется посмотреть с верхнего участка. Я просто хочу убедиться, что тебя будет кому вытянуть.

Они без дальнейших разговоров стали спускаться вниз.

У миксеров мистер Киннэйрд свернул налево, идя вдоль котлована, приготовленного для резервуара, а Боб остался у механизмов. Они уже действовали. Было зажжено еще больше огней, и каждая операция стала отчетливо видна. В приемные устройства машин поступал бесконечный поток песка, цемента и воды: песок и цемент шли из заранее заготовленных груд, а вода поступала из расположенной на краю лагуны опреснительной установки. Гладкая серо-бурая река бетона лилась из машин в пропасть между тщательно установленными формами. Арена действия постепенно скрывалась под облаком цементной пыли. Строители были защищены от нее очками, а Боб не был, и постепенно пыль проникла в его глаза. Охотник попытался что-то предпринять, но он мог лишь натянуть оболочку поверх глазных яблок, а это означало ухудшение зрения у Хозяина и у него самого. Поэтому он предоставил слезным железам выполнять свою работу. Охотник обрадовался, когда Боб вынужден был подняться выше на холм, чтобы спастись от пыли. Как обычно, он нисколько не заботился о своей безопасности, и мужчины несколько раз отгоняли его в сторону.

Около полуночи, когда заливка почти закончилась, мистер Киннэйрд снова отыскал сына. Тот спал.

Отец не стал выполнять свою угрозу и заставлять сына ехать домой на велосипеде.

Глава 14

Еще происшествия

Воскресным утром мальчики встретились, как и договорились, захватив с собой еду. Велосипеды, как обычно, спрятали, и группа с плеском направилась по ручью к лодке. Здесь все, кроме Боба, переоделись в купальные костюмы. Боб оставался в брюках и рубашке, так как ожог еще не прошел. Он с Мальмстромом взялись за весла и двинулись вдоль берега на северо-запад.

У бассейна Хэя они задержались и попробовали воду, которая казалась на этот раз обычной морской водой. Затем они направили суденышко в проход между островками и северным концом пляжа.

Тут им пришлось выбраться на берег: прибой был слишком силен для гребли.

Они прошли по краю пляжа, таща за собой лодку с полмили до ворот.

Здесь они снова сели в лодку, и началось исследование южного рифа.

Барьер здесь находился гораздо ближе к берегу, чем с севера, полоска воды обычно была в несколько сотен ярдов, нигде не достигая больше полумили.

Островков тоже было меньше, риф большей частью состоял из леса ветвистых кораллов, которые появлялись над водой только при отливе, но они были достаточно широки, чтобы разбить даже самые сильные буруны. С точки зрения мальчиков, тут охотиться за добычей было труднее, поскольку интересовавшие их предметы застревали в гуще кораллов. На лодке туда нельзя было пробраться, и кому-нибудь приходилось надевать обувь и идти вброд.

Боб, конечно, уже не искал следов, но Хэй прихватил с собой ящик, набитый влажными водорослями, и несколько банок — он надеялся набрать образцы для своего бассейна. У остальных тоже были свои планы.

Они прошли около мили вдоль рифа, и особенно повезло Хэю. Его банки были полны морской водой и образцами, и он говорил о необходимости вернуться к бассейну, поместить туда образцы и начать съемку. Остальные, естественно, хотели продолжать исследование. Высадившись на небольшой, покрытый почвой островок, они поели, обсуждая эту проблему, и решили бросить жребий.