Читаем Звезда Севера (СИ) полностью

Илиас, вошедший в спальню, выглядел чуть лучше, чем вчера, хоть и был бледен. Тонкие губы запеклись, а запавшие темные глаза казались круглыми, что делало его еще больше похожим на хищную птицу.

— Не волнуйся, — сказал он, заметив ее тревогу, — если бы твой бастард умер, об этом бы уже трубили на весь Акрос.

Она вздохнула с облегчением. Недовольно хмыкнув, принц отвязал ее и позволил привести себя в порядок.

Через полчаса он преспокойно принялся за завтрак, кинув ей краюху хлеба, как собаке. Эви подобрала еду, не обращая внимания на презрительные взгляды и фырканья. Ей нужны были силы, чтобы справиться с ним, поэтому, подавив чувство собственного достоинства, она съела весь хлеб и выпила кружку молока.

Они собрались в дорогу, и прежде, чем Эви села в повозку, Илиас сжал ее плечо сквозь ткань плаща и произнес:

— Вчера я был слишком уставшим, чтобы заняться тобой, но не думай, что в ближайшем будущем тебе удастся избежать моих ласк. В конце концов, за этим я тебя и привез.

Она дернулась от омерзения и попыталась вырваться, но он лишь притянул ее ближе и процедил:

— Я покажу тебе, что значит сила настоящего истинного сына. Ублажать меня — честь для тебя, жалкая безродная шлюха. И если ты еще раз дернешься, пожалеешь.

— Так ты добиваешься женского внимания? — поинтересовалась она, стараясь не выказать страха. — Силой и угрозами? Неужели иначе женщины не хотят ублажать твое распрекрасное тело?

— Да любая будет готова раздвинуть ноги, едва я…

— Прикажешь? — закончила за него Эви и хмыкнула. — А иначе что? Они пожалеют?

Илиас стиснул зубы и задрожал от гнева. Она уже понимала, что он не простит ей такого пренебрежения, но от этой маленькой победы внутри растекалось приятное тепло.

— Твоя сестра тоже была остра на язык поначалу, — сказал он, совладав с эмоциями. — Но я сделал из нее очень послушную рабыню. Ты же не хочешь, чтобы она страдала из-за тебя?

Тепло сменилось холодом, заставляющим кровь сворачиваться в жилах. Илиас втолкнул ее в повозку — другую, но такую же закрытую и неприметную, как вчера, — и больше они не разговаривали. Он выглядел спокойным и расслабленным, а в поселениях на пути были видны люди. Редкие всадники не валялись на тропинках возле дремлющих лошадей, а значит, он больше не усыплял никого, кто мог бы их заметить.

К полудню они свернули на Тракт. Повозок и пеших путников на дороге разом стало больше, и они слились с потоком, движущимся по торговому пути. Утомленная покачиванием и духотой, Эви задремала, вжавшись в угол и запахнув покрепче ненавистный плащ, а когда очнулась, они уже стояли на месте. Она поразилась наступившей ночи и поняла, что Илиас снова это сделал. Наслал на нее сон.

— Выходи, — глухо приказал он. — Закрой лицо и не произноси ни звука.

Он хорошо ориентировался в полутьме, идя за своим человеком, держащим тусклую лампу, ей же мешал капюшон, и вся концентрация внимания уходила на то, чтобы не споткнуться. Они пробрались через потайной вход в стене, а потом долго шли по сырым каменным коридорам, несколько раз поднимались по извилистым лестницам и протискивались в узких проемах, затянутых паутиной. Наконец, когда за очередной дверью под ногами оказались ковры, скрадывающие звук шагов, принц заметно расслабился. По пути он избавился от черного плаща, скрывавшего богато вышитую одежду, и сейчас едва не насвистывал, проходя мимо стражников, которые при виде него с шумом вытягивались по стойке смирно. Кажется, заплетающаяся от усталости, закутанная с головы до ног рабыня, привязанная к хозяину, никого не удивляла.

В конце одного из коридоров в глубокой нише скрывалась тяжелая дверь. Когда Илиас открыл ее и втолкнул Эви в темную комнату, она запаниковала, услышав скрежет замка и грохот засова за спиной, но не произнесла ни слова. Ощущение незнакомого замкнутого пространства вокруг напомнило ей о собачьей будке, в которую она как-то залезла в детстве, прячась от брата. Или это был звук… С таким звуком их старый пес волочил за собой длинную цепь. Илиас бросил ее к собакам, испугалась Эви, вжимаясь в дверь, но, увидев, как из темного угла ей навстречу движется маленькая тень, забыла обо всем. От небольшого оконца под потолком струился лунный свет, и когда бледная фигура вышла в него, к глазам подступили слезы.

— Элия? Это ты?

— Эви… — пробормотала та. — Нет, тебя не должно здесь быть. — Она закрыла лицо руками. — Ты мне снишься?

Сдернув с головы капюшон и сбросив тяжелый плащ, Эви шагнула к сестре.

— Элия, — прошептала она, мягко отводя хрупкие ладони. — Это я. Я здесь.

На шее сестры поблескивал широкий ошейник.

Глава 30

Эрон смотрел на секатовую рощу, когда за спиной раздались знакомые шаги.

— Какие новости? — спросил он, не оборачиваясь.

На этот раз молодая секата поймала песчанку. Тело маленького грызуна корчилось в попытках вырваться, пока тонкие щупальца с мелкими шипами опутывали его. Густой мех не давал им проникнуть к коже и впрыснуть обездвиживающий яд, и агония затягивалась. Но там, где сквозь тонкую шерсть просвечивало розоватое брюшко, уже все случилось, поэтому конец был неизбежен.