Читаем Звезда с неба полностью

Если бы, например, во времена египетских фараонов появился самый наш современный автомобиль, самый дорогой по нашим представлениям, может быть, люди запрягли бы в этот автомобиль коней или волов, приближаясь к его назначению, но не принимая основной его идеи — идеи самоходной, именно самоходной повозки. Может быть, для облегчения этой повозки из неё выкинули бы все тяжёлые и ненужные детали. Например, такую совершенно бесполезную штуку, как мотор. Всё могло бы быть. Не могло бы быть только одного — использования автомобиля по назначению.

Не постигнет ли автомобиль в будущем судьба каменного топора? Поставят его в музее и будут с превосходством смотреть на него:

— И надо же! На чём только не ездили в древности!

Но Тикк и Такк не предсказывают будущее. Они предсказывают прошлое.

Если бы Робинзон Крузо вдруг обнаружил на своём острове даже примитивный детекторный приёмник — находка была бы ему совершенно не нужна, несмотря на то что Робинзон скучал по живому слову. Приёмник молчал бы потому, что ещё не было передающих радиостанций. Робинзон пользовался своими попугаями. Он надиктовывал в попугая отдельные фразы, как в магнитофон, и попугай воспроизводил эти фразы, скрашивая досуг Робинзона. Но, появись магнитофон на необитаемом острове, он был бы совершенно бесполезен, поскольку сначала на острове должна была появиться электрическая розетка с током, куда можно было бы воткнуть магнитофонную вилку…

Итак, для того чтобы радиоприёмник был полезной вещью, нужна действующая радиостанция. Для того чтобы горела лампочка, в розетке должен быть электрический ток, для того чтобы ездил автомобиль, необходим бензин.

Открытие нефти явилось обеспечением автомобиля за много лет до его появления. Работая над нефтью, разлагая её на части, перегоняя её в лабораториях и на заводах, люди находили в ней множество элементов, которые годились для самых разнообразных дел. Эти элементы шли в работу сразу или ждали, пока появится в них необходимость. И когда изобрели двигатель внутреннего сгорания, уже не было вопроса, что именно должно сгорать в его цилиндрах. Существовало материальное обеспечение, и автомобиль был принят людьми, в общем, как говорится, со скрипом, но скрип этот продолжался совсем недолго. И автомобиль стал чем-то самим собою разумеющимся…

Когда возникла возможность вырабатывать электричество, изобретения электродвигателей, телефона, телеграфа, ламп посыпались как из решета. Потому что появилось обеспечение работы этих приборов.

Можно ли себе представить в наши дни отсутствие электричества? Нет, конечно. Оно введено в каждый дом и спокойно дожидается в розетке любой работы, которую мы собираемся ему задать. Электричество уже является уровнем нашей жизни, и мы живём соответственно с этим уровнем.

Иванушка-дурачок произносил своё известное заклинание «По щучьему велению, по моему хотению». Это была сказка, несбыточная мечта, которая не могла осуществиться, поскольку никаких гарантий для её осуществления ещё не было. Теперь, конечно, мы знаем, что заклинание Иванушки можно сделать кодом, шифром для работы электронной машины. Такие послушные машины теперь уже существуют. Но ведь совсем ещё недавно электроника наталкивалась на яростную и беспощадную силу предрассудков. Считалось, что машина не может быть распорядительнее человека, этого известного царя природы. Нужна была техническая гарантия и для ковра-самолёта и для ступы, в которой любит передвигаться баба-яга, когда ей надоедает помело.

Технические гарантии перестраивали быт людей. Пока существовала одна радиостанция и один приёмник, это великое открытие казалось чудом тем, кто его совершил, и вызывало активное недоверие большинства людей. Но когда приёмников стало много, люди как-то сразу позабыли о своём вчерашнем враждебном недоверии. И теперь на всей земле если и найдётся человек, который недоволен этим прекрасным приспособлением, то недовольство его будет пропорционально только громкости соседского динамика.

Люди всегда относятся насторожённо к тому, чего они ещё не понимают и чем они ещё не могут располагать. Но от враждебности их не остаётся и следа, как только возникает возможность пользоваться открытием. Более того, никакие ограничения уже не смогут им препятствовать.

Такк разлёгся на подставке настольной лампы. Он пишет воспоминания. Он гнёт свою линию.

— Человечество шагало стройными колоннами вперёд и вперёд, — сообщает он.

— Да, — говорит Тикк. — Как было бы просто, если бы человечество только то и делало, что шагало.

— А то не шагало?

— А то шагало?

— Ребята, стоп!

— А я говорю — шагало! Смотри, какая она стройная — история! Шеренга за шеренгой — любо глядеть! События одно за другим — раз-два, раз-два! Прекрасные колесницы египтян! Хитоны греков! Тоги римлян! Сверкающие доспехи рыцарей! Плащи мушкетёров!

— Да погоди ты, — перебивает Тикк. — Человечество, может быть, и шагало. Но оно прежде всего шагало за сохою, подбадривая своих волов.

— Ну почему ты так не любишь красоту? — возмущается Такк.