Читаем Звезда Берсеркера полностью

А может, юный повелитель готовит вовсе не сражение, а кампанию за обладание сердцем принцессы Аликс? Именно этот брак должен обеспечить Аю власть над королевством и поддержку армии. Говорят, что все принцессы очень красивы, а эта обладает в добавок твердостью духа, и завоевать ее, похоже, будет не легче, чем взять в плен варварского вождя, — а это, естественно, уже слишком для простых здоровых вкусов воина.

Лицо Харла, минуту назад ставшее таким веселым, насколько позволяли шрамы, снова помрачнело. Ему пришло в голову, что король мог уединиться в шатре, чтобы попрактиковаться в чтении. Ай был страстным поклонником книг, и две из них взял в путешествие.

Или, может быть, молился своему новому доброму богу рабов, ибо, отличаясь молодостью и здоровьем, время от времени очень серьезно относился к вопросам религии.

Будучи занятым побочными размышлениями, Харл все же оставался настороже.

Слабое загадочное поплескивание и бульканье воды неподалеку от корабля заставило его повернуть голову. И в ту же секунду мысли воина обратились в лед, как и кровь в жилах.

Поднявшись из волн, возникла ужасная голова, достойная жутчайшего из ночных кошмаров, — голова страшнейшего из драконов прадавних легенд.

Тускло блестящая шея, на которой она держалась, была толщиной со ствол дерева, который едва ли в состоянии был бы охватить руками человек. И лишь демоны пучин могли знать, какое тело скрывалось под волнами! Глаза были похожи на солнце, пригашенное облаками, и размерами не уступали большим серебряным блюдам. Серая чешуя головы и шеи напоминала мокрое железо. Гроб пасти выказывал сквозь приподнятую крышку-челюсть — частокол кинжалов.

Длинная как канат, шея ободрала чешуей дерево планшира. Раздались первые вопли гребцов. Такие крики могли обесчестить на веки вечные любого воина, но уже в следующее мгновение гребцы храбро схватились за оружие. Здоровяк Трола, самый быстрый и сильный из гребцов, уперся ступней в свою скамью и с уханьем опустил меч на гигантскую шею.

Лезвие бессильно звякнуло. Дракон, очевидно, даже не обратил на удар внимания. Голова замерла у входа в шатер. Из щели ужасного рта вырвался жуткий вопль — вызов, подобного которому Харл не слышал за всю свою, полную кровавого опыта войны, жизнь.

Принимая во внимание лязг меча и крики гребцов, этого дополнительного вызова на бой Аю не потребовалось. Не успел еще стихнуть рык, как полотнище входа было отброшено в сторону, и молодой король ступил на палубу в полном вооружении — со щитом, в шлеме, с готовым к бою мечом в руке.

Харл почувствовал необыкновенную гордость, увидев, что молодой человек не дрогнул перед чудовищем. Вытащив из-за пояса железный метательный топор с короткой ручкой, воин прицелился в глаз дракона, но лезвие только со звоном отскочило от туманного серебра, не причинив никакого вреда. Огромная голова метнулась к королю, широко распахнув пасть.

Ай встретил нападение храбро, но удар его меча направленный в темноту глотки, значил не более, чем укол женской булавки. Челюсть захлопнулась, сплющив Ая. Еще мгновение чудовищная голова качалась, демонстрируя всем переломанные конечности, торчащие между клыками. И в следующую секунду, плеснув, зловещее видение исчезло. Залитая солнечным светом морская равнина стала такой же, как и всегда, глубоко спрятав под поверхностью свои секреты.

За оставшееся до наступления темноты время едва ли было сказано хоть одно слово. Корабль описывал круги, не удаляясь от места, где исчез его командир. Подступил край шквального фронта, люди машинально предприняли необходимые меры. Потом шквал ушел, но едва ли хоть один человек заметил перемену погоды.

До конца дня море оставалось спокойным. Прищурившись, Харл поглядел на заходящее солнце и проскрипел:

— Отдыхать.

Подобрав свой затупившийся топор, он сунул его за пояс. Неподвижным взглядом смотрел воин на несколько пятнышек крови на палубе и крылатый шлем, упавший с головы Ая.

…

Деррон Одегард, представленный недавно к награде и повышенный в звании сразу на три ступени, до майора, сидел в кресле младшего помощника на собрании аварийного персонала Сектора Хроноопераций, созванного новым Командующим Сектора.

С профессиональным и одновременно дружеским интересом он слушал своего однокашника, Амлинга, майора Сектора Исторических Исследований. Чан проводил брифинг.