Читаем Зверь полностью

– Раздевайся и жди меня на кухне. – Я представила, как стою на четвереньках на кухонном острове абсолютно голая с оттопыренной задницей и яблоком во рту и жду его в полной готовности. Он ведь об этом говорил? – Я приму душ и приготовлю белковый омлет.

Облом. Придется завтракать как все.

Мне хотелось просто послать здоровяка, который думает ходить по квартире полуголым и указывать мне, что делать, но как я могла? Он же фактически взял меня на иждивение.

Я кивнула, прошла мимо него и расположилась за столом в его кухне. У меня возникла идея самой приготовить завтрак, но Зверь делает все… по-особому. Мой завтрак он сочтет неправильным.

Макс быстро вернулся. На нем не было рубашки или футболки, чего угодно, что скрыло бы эту широкую грудь. Однако он додумался натянуть джинсы. Спасибо и на этом.

Волосы после душа были влажными, и вместе с ним на кухню ворвался запах бергамота, зеленого чая и корицы, я сглотнула и отвела взгляд. Грудь его тоже была влажной, и, клянусь, мне хотелось провести языком и слизать каждую оставшуюся каплю воды с его кожи.

Вскоре завтрак был готов, и Пауэлл поставил передо мной тарелку с пышным омлетом и малиновый чай.

– Думаю, ты замерзнешь в таком виде, – сказал он, имея в виду мою черную водолазку, которую я надела утром.

Я хмыкнула, замечая, как он ставит вторую тарелку с омлетом для себя. А затем поднялась со стула, чтобы сразу взять из холодильника зефирную пасту. Привычка задвигать ноги за ножки стула должна была рано или поздно мне навредить, случилось это сейчас, ведь я запнулась и уже готова была распластаться на полу в его кухне, но через секунду поняла, что опираюсь на его теплую грудь и сжимаю руками его плечи. Его ладони расположились на моей талии, а голубые глаза опустились на мои губы.

Для того, кто терпеть не может поцелуи, он слишком часто уделяет внимание моим губам.

– Спасибо, папочка, думаю, я справлюсь с выбором одежды сама, – фыркнула я, пытаясь выпутаться из его объятий, но Зверь почему-то не отпускал меня. Хмуро смотрел на мое лицо, сохраняя безмолвие и продлевая неловкость этой ситуации. – Отпустишь?

Пауэлл кивнул и отстранился.

Я взяла из холодильника пасту и вернулась к завтраку.

Улизнуть пораньше не получилось, и позже Зверь отвез меня на работу. Он молчал всю оставшуюся часть утра и всю дорогу до студии.

– Завтра я займусь осмотром квартир, которые подобрала для себя.

Его брови удивленно изогнулись.

– Ты не мешаешь мне, зачем тебе съезжать?

– Это… неловко, понимаешь?

Я лгала. Все дело в том, что я не могла терпеть больше его нахождение рядом с собой. Будь это обычным желанием, я бы справилась, но это желание было подкреплено большим.

– Хорошо, я помогу тебе, – сказал он.

Для человека, которого невозможно уговорить, Зверь согласился слишком быстро, но так было лучше.

– До вечера, – улыбнулась я, машинально оставляя поцелуй на его щеке, как делала это тысячи раз с Майком.

Дьявол!

Он уставился на меня так, словно только что заметил меня в машине. Нахмурил брови, а его взгляд опустился к моим губам, снова.

– Прости, привычка, – нервно бросила я и выскочила из его машины, пока он не наорал на меня или не выдал какую-нибудь колкость.

Затерявшись глубоко в размышлениях, я поднялась на этаж и направилась к столу. Меня настолько поглотили мысли о Звере, его словах и моей стремительно меняющейся жизни, что я даже не заметила гостя у своего рабочего места.

Майк.

Он стоял, привалившись к моему столу, одна рука его была спрятана в кармане джинсов, другая покоилась на груди, перемотанная чем-то похожим на гипс. Приблизившись, я поняла, что это все же не гипс, а эластичный бинт. На столе лежал огромный букет роз.

Я сжала губы, уже понимая, что разговор будет не из приятных, обошла Майка, бросила сумку на стул и сняла куртку.

– Что ты здесь делаешь?

– Я не могу до тебя дозвониться, – сразу сказал он.

Неудивительно, ведь я игнорировала его.

– Майк, к делу.

– Даже не обнимешь? – грустно спросил он.

– Твоя рука примотана к груди, но, честно говоря, это всего лишь оправдание. Я не обняла бы тебя, даже будь твоя ключица в порядке.

– Ты все еще злишься на меня, – покачал головой он, в его глазах заиграли возмущение и обида. – Злиться должен я. За все это время ты ни разу не зашла проведать меня. Не позвонила и не поинтересовалась, как у меня дела.

– Как дела? – без интереса спросила я.

– Хорошо. На самом деле я рад, что отделался простой трещиной. Во всем виноват кретин Пауэлл! Бедняге не хватает мозгов, чтобы понять, что на льду со своими нужно быть помягче.

Я могла бы сказать, что Майку не стоило использовать скользких приемов, но не стала. Ведь дело было совсем не в этом, а в том, что он ударил меня.

– Что это? – спросила я, указывая на букет.

– Это тебе.

Я взяла букет, демонстративно прошлась до мусорного ведра и выбросила в него цветы.

– Я, пожалуй, его в вазу поставлю, – фыркнула я, а затем вернулась к столу.

– Малышка, я не понимаю, почему ты так злишься, – вздохнул он.

Эти слова подняли бурю в моей груди.

– Майк, мы расстались, для чего ты притащился сюда с этими цветами? – непонимающе спросила я.