Читаем Зурванизм полностью

Пехлевийские слова, которые обозначают «духовное» и «материальное», в этом контексте, менок и гетиг , произошли из авестийских слов mainyu и gaethya. Майнью произошло от того же корня, что и латинское mens, а на современном английском разум: это то, что думает, выбирает и желает, то, что выделяет по-настоящему духовных богов, так же как и человека из всех остальных существ. Gaethya произошло от корня gay-, jay-, что значит «жить», оно обозначает все, что обладает физической жизнью, а поскольку Зороастрийцы «класического» периода считали все материальные вещи в каком-то смысле живыми, gaethya стало обозначать «материальное». А потому эти два слова стали связывать именно с тем, что называли «духовным» и «материальным» в других ближневосточных религиях.

С введением Аристотелевской терминологии, однако, эти простые религиозные концепции стали запутанными. «Материя» для Аристотеля была сама по себе таким нечетким понятием, что о ней вряд ли можно сказать, что она вообще существовала, пока не получила «форму». Таким образом, классической парой антонимов для него являлись не материя и дух, а материя и форма. Достоверно, что иранцы нашли подходящие слова отличные от менок и гетех, чтобы выразить эти идеи, но они дали новое определение меноку и гетегу согласно Аристотелевским принципам. Потому как менок или духовную сторону человека, которая включает разум, волю и сознание, рассматривали как нематериальное; слову дали определение со значением «единая, несложная субстанция с частями, невидимыми и неосязаемыми», а поскольку Аристотелевская «материя» была тоже невидима и неосязаема, «материю» в своей первоначальной незрелой форме тоже описывали как менок15. Таким образом, существует три формы менока: два менока или «духа» ортодоксальной теологии, ни один из которых не есть материальная причина материального и физического мира16, и третий менок, который есть абсолютно несформированная первичная материя аристотелевской философии, невидимый источник всех материальных вещей. Армянский историк Эзник из Кольба обратил внимание на это несоответствие и отметил, что зороастрийцы были разделены на секты, среди которых были такие, которые признавали два первоисточника, в то время как другие признавали три. К слову, даже совершенно ортодоксальное значение создания допускает существование третьей сущности между Ормаздом, который обитает наверху в свете, и АХриманом, который скитается внизу в тьме. Эта сущность - Пустота, по другому называемая Вай. «Вай» это пехлевийская форма древнего божества Вайу, используемая для обозначения «пустоты», которая разделяет17 божественные огни сверху и адскую тьму снизу. Мы возвращаемся к этому мифологическому значению создания, рассмотрев различные философские интерпретации создания, сохраненные в Денкарде. Некоторые из них опасно близки к позиции зандиков или материалистическихых зурванитов.

[15. Снова автор не указывает, кто именно описывал невидимую материю как менок

16. Если “Динкард” дозволенно считать ортодоксальной книгой, то там очень явственно говорится, что тело даётся фарру для выполнения его задачи. Мне кажется, что это пришедшее в память подтверждение наоборот указывает на то, что материальный мир есть следствием мира идей – менок.

17. Странно, что разделение, будучи персонифицировано, считается третьей причиной. На равнее с причиной и источником добра и зла причиной чего считается разделение?]

Креативная эволюция

Менок, мы узнаем, использовал в совсем новом смысле невидимую и неосязаемую первичную материю18, она - несложная и лишенная частей, называется рас, «круг». Колесо кажется очень странным названием для того, что Аристотель бы назвал «первичной материей», а потому требуется объяснение. Но все же в других местах, это слово используется для обозначения «круга» небес, божественной сферы, в которой содержится все материальное создание. Эту «божественную сферу» или небесный свод представляют как заключающую в себе все материальное создание. Она – макрокосм по образу которой сделан человек, микрокосм; полностью сформировавшись, она – вселенная, «мир» или гетиг.

[18. Автор не привел в пользу своего мнения подтверждений основанных на пехливийских текстах. Оставим это как особое мнение лично господина Зенера.]