Читаем Зорге полностью

Первые из известных нам телеграмм Зорге, отправленных им в последние месяцы работы в Токио, относятся к 18 января. В них он сообщил о нерешительности командования японского императорского флота, изучающего уроки поражения итальянцев от Великобритании в Средиземном море, об отъезде в Европу посла Осима и возможном движении Японии в сторону изменения Тройственного пакта в «наступательный союз» и о приглашении министра иностранных дел Японии Мацуока в Берлин, а также о полученной от Одзаки важной информации о готовящемся в марте десанте японских сил в Сайгоне[510]. Осложнению ситуации в Индокитае были посвящены радиограммы «Рамзая» от 27 и 29 января. В них говорилось о растущем давлении Японии на Францию (из местных колоний которой японцы получали необходимый им рис и от которой теперь несложно было получить хорошие условия), а также о содержании секретного доклада английской военно-морской разведки, перехваченного японцами, переданного адмиралу Веннекеру и прочитанного Зорге. Из доклада следовало, что Англия не готова воевать с Японией в Юго-Восточной Азии, не имеет надежд на удержание Гонконга в случае японского наступления и будет тянуть время, делая хорошую мину при плохой игре и надеясь отстоять Сингапур, получив помощь от США[511]. День за днем, неделя за неделей, по мере того, как обострялась обстановка в этом регионе, «Рамзай» информировал Москву о японских планах действий, становившихся известными ему через Отта и «Отто». Сообщал и о том, что посол ожидал распоряжения Риббентропа о начале «подталкивания» японских военных к захвату Сингапура, каковое действие почти неизбежно должно было бы привести к конфликту с Вашингтоном[512]. Эта идея полностью соответствовала политике, осуществлением которой активно занимались Зорге и Одзаки и которая не случайно укладывалась в реализацию плана создания в Индокитае «Великой восточноазиатской сферы сопроцветания» под патронажем Японии. Мысль, которую в июне 1940 года Зорге и Отт настойчиво пытались донести до Берлина, теперь ожидалась ими оттуда же в качестве команды к решительным маневрам: Япония должна открыть боевые действия против Англии, окончательно определив в качестве направления своей экспансии в Азии южное, а не северное. Это могло спровоцировать на войну Соединенные Штаты, во что в Германии в то время не особенно верили, и Советский Союз остался бы в безопасности. По большому счету можно считать, что уже в конце февраля – начале марта 1941 года наш герой выполнил главнейшую миссию в своей жизни, став важной составляющей частью механизма, спасшего его родину от войны на два фронта.

9 и 10 марта Зорге целой серией радиограмм сообщил о развитии событий на этом направлении, резюмируя: «Риббентроп в телеграмме приказал послу Отт принять все меры к тому, чтобы японцы выступили против Сингапура неожиданно…

Вместе с тем немцы очень заинтересованы в ликвидации трудностей в советско-японских отношениях с тем, чтобы японцы могли быть использованы против Сингапура.

Посол Отт заявил мне, что после своей беседы с офицерами японского Генштаба он понял, что наступление японцев на Сингапур зависит от советско-японских отношений»[513].

Немцы спешили, надеясь как можно скорее разделаться в Европе с англичанами. Ради этого можно было и разрешить временное укрепление советско-японских отношений: план «Барбаросса» был уже подписан, осуществлялись мероприятия по дезинформации и маскировке переброски германских войск к границе СССР. Однако оставалось еще и желание сохранить Японию как рычаг давления на Москву. Активность Берлина и сложность складывающейся обстановки заставили доложить следующую радиограмму Зорге Сталину: «Телеграмма Риббентропа послу Отт относительно внезапного наступления японцев на Сингапур имеет целью активизировать роль Японии в пакте трех держав.

Князь Урах (специальный немецкий курьер, прибывший сюда несколько дней тому назад, близко связанный с Риббентропом и которого я уже знаю много лет) сообщил мне, что немцы хотят, чтобы японцы выступили против Сингапура только в том случае, если Америка останется вне войны и если Япония не сможет быть больше использована для давления на СССР. Урах заявил далее, что эта точка зрения – использовать в будущем Японию для давления на СССР – довольно сильно распространена в Германии, особенно в военных кругах.

Новый германский ВАТ получил от прежнего атташе письмо, описывающее резко антисоветские тенденции среди высшего немецкого офицерства и кругов Гиммлера. Новый германский ВАТ считает, что по окончании теперешней войны должна начаться ожесточенная борьба Германии против Советского Союза. По этим соображениям, полагает он, Япония все еще имеет великую миссию против СССР, однако необходимо достигнуть соглашения и добиться выступления Японии против Сингапура.

Новый германский ВАТ тоже стоит за наступление на Сингапур»[514].