Читаем Золотые рыбки полностью

— Оттуда чаще не возвращаются… А мне бы хотелось расспросить ее о нем. Почему-то же он оставил ее в живых. Что соседи говорят?

Влад кинул взгляд в коридор, где соседка Долгова, полная женщина лет сорока, запахивала домашний халат и с любопытством косилась на оперативников.

— Да что говорят? Почти не видели его. Здравствуй — до свидания. Он никого не приводил. Вежливый, аккуратный: даже рекламки из почтового ящика выкидывал только в мусорку. То, что они живут рядом с убийцей, оказалось для них шоком.

На стене над головой щелкнули часы. Семен вздрогнул. Время идет, а Алену он пока не нашел…

* * *

Дом Кудинова стоял в стороне от поселка. К нему не доходила дорога. Ауди то и дело зарывалась носом в кочки. Алена злилась, но, сжав зубы, жала на газ.

В полутьме салона лицо Вадима напоминало мутное пятно.

— А ты мне нравишься все больше…

— Зато ты — все меньше…

Разговор напоминал игру в теннис, и каждому хотелось, чтобы мяч остался на стороне противника.

— Я расскажу тебе про себя.

— Зачем? Мемуары я все равно писать не буду. Даже если очень попросишь.

— Может, детям обо мне расскажешь.

Скорее она вообще не заведет их, чтобы этого не случилось!

Машина тяжело перевалилась через глубокую колею. Алену подбросило на сиденье. Подлетел и спутник, качнул головой.

— Дальше пойдем пешком. Жалко, если машину разобьем.

Алена вытаращила глаза.

— Машину жалко? Железку! — фыркнула она, крепче сжимая руль. — А людей?

Вадим процедил сквозь сжатые зубы:

— Мама всегда ругала меня, если я ломал вещи…

— Понятно.

Остановив машину, Алена вылезла и с силой хлопнула дверцей. Если все закончится нормально, за руль она долго не сядет. Пусть ее возит Семен…

Как-то она заранее решила, что нужна ему. А если нет?

Вадим вышел на дорогу, поманил Алену:

— Пошли. Или будешь убегать? Хочешь?

Она оглянулась: вокруг темнота, далеко не убежишь. Дорогу она не знает, никогда тут не была. Виднеется лес. Но там он найдет ее и точно прикончит. Только этого и ждет. Ему хочется поиграть с ней в кошки-мышки.

Алена запахнула куртку, пошла вперед, размалывая грязь туфлями. Скоро грязь затекла и в сами туфли. Хлюпало, было холодно и противно. Моросящий дождь склеил волосы, которых она может лишиться, если блондин вспомнит про свое обещание. Час-то уже прошел…

— А он тебя не нашел.

Алена поскользнулась, упала, выставив руки. Пальцы утонули в противном месиве из грязи, старой травы, мелких камней.

— Ты что, телепат?

Она поднялась сначала на колени, потом встала на ноги. Отряхивать грязь с куртки и джинсов смысла не было. Лучше подождать, пока она подсохнет.

— Я много читал про психологию людей. Чаще всего в одинаковых ситуациях они и думают похоже. Все подконтрольно страху. Я держу в руках твой страх, значит — и тебя.

Начитанный, гад… Так иногда бывает, что много читать — мозги сломаешь!

— Зачем ты мне все рассказываешь? Все равно же убьешь…

Скоро она научится говорить о смерти не вздрагивая.

— Я еще не решил. Ты мне нравишься. На мою маму похожа… Больше, чем Катя.

Алена встрепенулась. Имя. Она должна запомнить его — Семену пригодится.

— Кто такая Катя? Ты ее тоже убил?

— Не знаю. Честно, не знаю. Она упала… Я видел кровь, но она дышала…

Алена с трудом переборола желание вцепиться ему в лицо. И как говорит: без малейшего раскаяния! Но почему изо всех людей на планете судьба выбрала в спутники этому уроду ее? Чем она провинилась?

— Почему ты не кричишь, что я убийца? — спросил он остановившись.

Алена тоже замедлила шаг, прочистила горло и хрипло проговорила:

— Если тебе нужно — скажу.

— Ты будешь делать то, что я захочу? А что ты хочешь?

— Сейчас у меня только одно желание… Я хочу пить!

Что, не ожидал? Выпучил глаза, удивлен. Да, она такая… Такая она… Хочет не спастись, а мечтает об обыкновенной воде.

— И ты не будешь уговаривать меня сдаться? — неслось в спину.

— Не буду. Смысла не вижу. Скольких ты убил? Прощения за это не будет. Даже если ты встанешь перед всем миром на колени, тебя не простят.

Пока что он стоял посреди дороги, подняв лицо навстречу дождю. Ему нравилось промокать, нравилось быть не таким, как она. Алена долго смотрела на него, думала, но ни капли жалости к нему не почувствовала.

До дома Гриши они добрались глубокой ночью. Промокли, перепачкались, замерзли. Алена выбилась из сил, но не сдавалась, упрямо передвигала ноги.

— Это то, что нам нужно.

Вадим обошел дом, прислушался, осмотрелся и остался доволен. Соседние дома далеко. С одной стороны к дому близко подходит лес. Забор со скрипучей калиткой, заросший фруктовый сад. Алена попала в кусты смородины, перемазалась в соке раздавленных ягод.

Во дворе нашелся колодец. Хоть напьется…

Вадим помогать на стал. Сложил руки и наблюдал, как она с трудом вертит ручку.

Алена вытащила ведро, поставила на край колодца и стала пить. Вода холодная, но не ледяная, зубы не ломит. Кажется, что никогда не напьешься.

— Все, напилась? Тогда пошли в дом. Ключ дай.

Вадим дернул ее за руку.

Ключи она отдала. Какой смысл сопротивляться, если даже сбежать некуда?