Читаем Золото императора полностью

— Не забывай, с кем говоришь! — вскричал рассерженный Трулла и тут же со стоном опустился на подушку.

— Так ведь Руфину терять нечего, он ходит по лезвию ножа, — продолжал спокойно Эквиций. — Я бы на твоем месте, сиятельный, обратился за поддержкой к префекту Телласию.

— А почему именно к Телласию?

— Потому что префект города Рима очень нуждается в деньгах. Не далее как сегодня утром кредиторы предъявили ему к оплате немалый счет.

— Ты это точно знаешь?

— А когда я ошибался в таких делах, патрикий.

Что верно, то верно, более осведомленного в вопросах финансов человека, чем бывший раб Эквиций, в Риме, пожалуй, не найти. Собственно, удивляться беде, свалившейся на голову префекта города Рима, не приходилось. Телласий вел роскошный образ жизни, часто путая городскую казну со своей собственной. И если в более счастливые времена ему это сходило с рук, то ныне подобная рассеянность могла обойтись очень дорого.

— Комит Федустий уже давно навис над сиятельным Телласием, словно коршун над добычей, — вздохнул Эквиций, — и только ждет подходящего момента, чтобы ударить наверняка.

— А чем префект Рима может мне помочь?

— У Руфина под рукой сотня головорезов, если ты, патрикий, всерьез задумал с ним посчитаться, то вагилы, городские стражники, тебе не помешают.

— Я что же, по-твоему, должен вести войну на улицах Рима?! — возмутился Трулла.

— А как ты иначе собираешься совладать с беглым нотарием?

Патрикий Трулла пожалел, что ввязался в гиблое дело. Лежал бы сейчас спокойно на мягком ложе, пережидая подступившую хворь. Но нет, жадность и честолюбие в недобрый час подтолкнули его к рискованному предприятию, в котором запросто можно потерять жизнь. К сожалению, отступать уже поздно. Но и в одиночку действовать слишком опасно. Эквиций прав, следует заручиться поддержкой сильных и влиятельных людей. И конечно, таким человеком вполне может стать префект города Рима. Вопрос только в том, какую долю потребует этот выжига за свое участие в прибыльном деле. Хорошо если ограничится половиной, а то ведь может попытаться наложить руку на все.

— А ты ему скажи, сиятельный, что куриал Модест в доле, — подсказал сообразительный Эквиций, — и что больше одной трети ты дать ему ну никак не можешь. В любом случае это будет очень большая сумма, в триста тысяч денариев по меньшей мере.

— Подожди, — насторожился Трулла, — откуда ты знаешь о сокровищах?

— Вот тебе раз, сиятельный, — удивился Эквиций. — Ты же мне сам вчера рассказал о кладе Прокопия.

Трулла, хоть убей, не помнил о состоявшемся разговоре, но это, конечно, не означает, что его не было. Патрикий знал о своей несдержанности во хмелю, и хорошо еще, если этой тайной он поделился только с верным человеком.

— Готовь колесницу к выезду, — распорядился Трулла.

— А стоит ли именно сегодня привлекать к себе внимание, патрикий? — покачал головой Эквиций. — Не лучше ли тебе отправиться к префекту города в носилках. Да и Телласий охотнее пойдет на сговор, если о вашем разговоре никто не будет знать. А всем любопытствующим мы объявим, что сиятельный Трулла захворал после пира у куриала Модеста и не будет принимать гостей до завтрашнего вечера.

Совет управляющего показался Трулле разумным. Даже если в эту ночь в Риме и его окрестностях случится нечто экстраординарное, то никому и в голову не придет связывать захворавшего патрикия с этим событием.