Читаем Золото императора полностью

После этого ворота распахнулись, и ночные гости въехали во двор языческого храма. Храм был деревянным, как сразу же определил Руфин. Размерами он не уступал княжьему терему. Во всяком случае, так показалось римскому патрикию, силившемуся разглядеть величественное строение при неверном свете факелов. Гвидон спешился первым, Руфин последовал его примеру. Служки, все как на подбор в белых рубахах, подхватили под уздцы их коней.

— Кудесник Велегаст ждет вас, бояре, — прозвучал из полумрака голос белобородого старца, лица и глаз которого Руфин не видел.

Пятеро мечников во главе с Бермятой остались во дворе, а Гвидон с патрикием последовали за волхвом, чья спина маячила белым пятном впереди. Шли они довольно долго, пока не оказались перед дверью, которую их провожатый не осмелился сразу открыть. И только после того, как из-за двери донеслось слово «войдите», белобородый старец потянул ее на себя.

Кудесник Велегаст сидел за столом не один. Справа от него расположилась кудесница Власта, слева — человек средних лет, незнакомый Руфину. Темная борода скрывала черты лица, зато глаза смотрели на пришельцев цепко и властно. Скорее всего, это был воевода Валия, самый влиятельный и знатный из росомонских вождей. Руфин уже достаточно хорошо разбирался в русколанских проблемах, чтобы не удивляться его присутствию в святилище Велеса. Именно воевода жестом пригласил патрикия и Гвидона к столу, и он же заговорил первым.

— Мои дозорные задержали лазутчика, который заявил, что послан для встречи с тобой, патрикий. Тебе повезло, римлянин, что древинг попал в руки росомонов. Если бы его поймали руги или венеды, то твоя участь была бы решена.

— Если древинг послан Придияром Гастом, то он говорит правду, — спокойно ответил Руфин. — Тебе, вероятно, известно, воевода, зачем я приехал в ваши края. Я уже почти договорился с Придияром и Оттоном о совместных действиях во Фракии, но моим планам может помешать война между Готией и Русколанией. Рекс древингов считает, что голова епископа Вульфилы, главного виновника танской трагедии, станет приемлемой для вас платой за нанесенную Германарехом обиду. Правда, тогда мы полагали, что Герман Амал мертв, а верховным вождем готов станет рекс Витимир.

— К сожалению, ваши расчеты не оправдались, — спокойно произнес Валия. — Германарех жив, хотя и не скоро встанет с постели. Если встанет вообще. Но пока он дышит, его слово много будет значить в готском стане.

— Но мне кажется, что со смертью Вульфилы может поменяться все. Готы-христиане вынуждены будут отойти в тень, а в первые ряды выдвинуться те вожди, которые ратуют за союз с русколанами.

— Витимир слишком нерешительный человек, чтобы выйти из воли отца, — высказала свое мнение кудесница Власта. — И смерть епископа в данном случае нам мало поможет.

— Вульфила должен умереть, — твердо произнес кудесник Велегаст. — Велес уже сказал свое слово.

— Я бы на вашем месте договорился с гуннами, — посоветовал Руфин. — Их появление на правом берегу Дона заставит призадуматься тех готов, которые ратуют за войну с вами.

— Это исключено, римлянин, — холодно бросил Валия. — Мы никогда не пойдем на союз с гуннами. Ты плохо знаешь это лживое племя, патрикий. Стоит им только ступить на чужую землю, как они тут же объявляют ее своей.

— А я и не предлагаю вам союз с гуннами, воевода, — возразил патрикий. — Вполне достаточно, если готы поверят, что такой союз может быть заключен. А поверят они в серьезность ваших намерений только тогда, когда увидят гуннов за своей спиной. Для убедительности я бы организовал нападение гуннской ватажки на готский стан.

— Я ведь уже сказал тебе, римлянин, мы не ладим с гуннами, — воскликнул Валия в раздражении.

— Для напуска нам сгодятся и угры, которые, как я слышал, в немалом числе живут по границам ваших земель, но не признают своим верховным вождем Баламбера. Ведь угры не слишком отличаются по внешнему виду от гуннов, или я ошибаюсь?

Валия, сообразивший наконец к чему клонит гость, вопросительно глянул на кудесника Велегаста. Белобородый старец довольно долго хранил молчание, видимо, обдумывал предложение Руфина, но слово его, тем не менее, прозвучали веско:

— Велесу все равно, чьими руками свершится вынесенный им приговор, важно, чтобы приговор свершился. Ты ведь не чужд Скотьему богу, патрикий?

— Я прошел обряд посвящения в храме Одина близ Таны. — Руфин показал кудеснику перстень, предусмотрительно надетый на палец.

— Значит, бог знал, что ты ему понадобишься, — спокойно продолжал Велегаст. — Ты поможешь свершить волю Велеса в наших землях, посвященный, а мы не оставим тебя без поддержки во Фракии и землях иных.

— Я готов, — кивнул Руфин. — Но мне понадобиться помощь боярина Гвидона. Кроме того, кто-то должен заплатить уграм за риск.

— Твои условия принимаются, патрикий, — веско произнес кудесник. — И боярин Гвидон, и воевода Валия сделают все, чтобы твоя миссия завершилась успешно. В золоте у тебя недостатка не будет. Да поможет нам Велес в благих делах.