Читаем Зоки и Бада полностью

– Вон хорошее блюдо, – указал Ме-одов на тазик. Бада поставил тазик на стол и стал смотреть, что будет дальше. Зоки секундочку посидели «вежливо». Потом Медов вздохнул, взялся за стол и придвинул его к себе. Остальные зоки, вцепившись в стол, подъехали вместе с ним. После этого все сердито посмотрели друг на друга, схватились за скатерть и стали тянуть каждый в свою сторону. Скатерть натянулась, но таз остался на месте. Зоки запыхтели и потянули сильнее. Мю-одов вцепился в скатерть ртом, Ме-одов изловчился и стукнул соседа Ми-одова ложкой по носу. Победил зок Медов, который уперся лапами в стол и дернул скатерть изо всех сил. Его-то и сбило тазиком с табуретки.

– Пусто! – возмущенно закричал он из-под таза. – Обман!

– Никакого обмана, – возразил бада, – сами блюдо решили есть.

– Не будем мы блюдо, – сказал Ме-одов, – мы супу хотим.

– Супу так супу, – сказал бада и достал кастрюлю с супом.

– Нет, этот не пойдет, – сказал Ми-одов, заглянув в кастрюлю, – он не вкусный.

– Сейчас мы тебя вкусный научим варить, – сказал Медов, вылезая из-под тазика. – Значит, так...

– Нет, не так, – возразил Мю-одов.

– Нет, так! – сказал Медов.

– Нет, не так! – крикнул Мю-одов.

– В перец посажу, – пригрозил бада.

– Чтобы суп был вкусный... – начал снова зок Медов, косясь на Мю-одова.

– Надо его подольше варить, – подсказал Ми-одов.

– Нет, надо пробовать почаще и в кастрюлю лапами поглубже лазить, – поправил Ме-одов.

– Главное, получше мешать, – добавил Мю-одов, – и продуктов класть побольше. А то, бывало, жаришь яичницу из пяти яиц, а она из трех получается.

– Чтобы суп был вкусный, – повторил Медов и строго оглядел остальных, – он должен быть медовый. И все согласились.

– Поэтому, – сказал зок, – берем мед, сколько есть. Потом в него крошим шоколад, тоже сколько есть. Варенья ложку... нет, лучше сто ложек, молочка сгущенного побольше... Греем до тепленького...

– И с зефирчиком, – мечтательно закатил глаза Мю-одов. Баде сделалось нехорошо. Язык пристал к небу, внутри все слиплось. Шатаясь, он поплелся к аптечке, достал таблетку и положил под язык. На коробочке было написано: «Таблетки соль с перцем». А зоки уже тащили все из кладовки. В ход пошла самая большая кастрюля, четырнадцать банок меду, мешок шоколадок, девяносто восемь ложек клубничного варенья и бидон сгущенки.

– Да, чуть не забыл, – спохватился Медов, – сахарный песок и пудра по вкусу.

Последним приволокли пакет сахарной пудры и, взяв его за нижние концы, с криком: «Ап-тудап!» – вывернули в кастрюлю.

– Вот это вкус, – простонал бада, садясь на табуретку.

– Встать! Суп идет! – закричали зоки.

Бада подскочил и помог зокам поставить кастрюлю на середину стола. Потом быстренько расставил на столе тарелки, разложил приборы, салфетки и пожелал зокам приятного аппетита.

– Мой приятный аппетит больше этой кастрюли, – с сомнением покачал головой Мю-одов, – я даже не знаю, как во мне такой большой аппетит помещается.

– У меня лапа коротковата, бадочка, – пожаловался Ми-одов, устраиваясь за столом, – подвинь мне суп поближе, пожалуйста.

– Бада, мне ложку вон ту круглую дай, – попросил Ме-одов, указывая на половник.

Бада подал ему половник и попросил разлить по тарелкам суп, пока он на минутку отлучится. Ме-одов важно кивнул и заверил баду, что разлить суп точно дело минутное, так что они справятся без него. И бада отлучился...

Ме-одов, зачерпнув половником медовый супчик, сказал: «Надо попробовать», – и вылил его себе в рот.

– Хорош, – подтвердил он, зачерпнул еще половничек и опять вылил себе в рот. Потом зачерпнул еще и опять сделал то же самое.

Остальные зоки, следившие за ним с разинутыми ртами, опомнились и со всех сторон полезли на стол. Когда бада вернулся, Медов хлебал прямо из кастрюли, Ме-одов грузил в себя мед половником, Ми-одов тянул всю кастрюлю на себя, а Мю-одов с разгону пытался нырнуть в суп. – Поровну зацепляй!

– Я-то с тобой поровну зацепляю, а ты со мной не поровну, – кричали зоки, отпихивая друг друга от кастрюли и топчась по тарелкам.

Наконец, покончив с супом, они стали расползаться по местам.

– Все бездельничаешь? – обратился к баде Медов, – а мы-то ели-ели, ели-ели, ух и устали!

– А вы бы меня позвали, – сказал бада, – может быть, я бы вам помог?

– Мы бы тебя позвали, – объяснил Мю-одов, – да побоялись, что ты не откажешься.

– Зоки, – изумился бада, заглядывая в кастрюлю, – неужто вы все съели?

– Надо все доедать до конца, – сыто жмурясь, ответил Ми-одов. – А если не хочется? – спросил бада.

– Даже если не хочется, – подтвердил Ми-одов, – про это сказка есть. И он начал рассказывать:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чудаки
Чудаки

Каждое произведение Крашевского, прекрасного рассказчика, колоритного бытописателя и исторического романиста представляет живую, высокоправдивую характеристику, живописную летопись той поры, из которой оно было взято. Как самый внимательный, неусыпный наблюдатель, необыкновенно добросовестный при этом, Крашевский следил за жизнью решительно всех слоев общества, за его насущными потребностями, за идеями, волнующими его в данный момент, за направлением, в нем преобладающим.Чудные, роскошные картины природы, полные истинной поэзии, хватающие за сердце сцены с бездной трагизма придают романам и повестям Крашевского еще больше прелести и увлекательности.Крашевский положил начало польскому роману и таким образом бесспорно является его воссоздателем. В области романа он решительно не имел себе соперников в польской литературе.Крашевский писал просто, необыкновенно доступно, и это, независимо от его выдающегося таланта, приобрело ему огромный круг читателей и польских, и иностранных.В шестой том Собрания сочинений вошли повести `Последний из Секиринских`, `Уляна`, `Осторожнеес огнем` и романы `Болеславцы` и `Чудаки`.

Юзеф Игнаций Крашевский , Александр Сергеевич Смирнов , Максим Горький , Борис Афанасьевич Комар , Олег Евгеньевич Григорьев , Аскольд Павлович Якубовский

Детская литература / Проза для детей / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия