Леонид Пантелеев

Верую…

Вошедшие в книгу произведения Л. Пантелеева (1908–1987), классика советской литературы для детей, не предназначались автором для прижизненной публикации: их безоглядная исповедальность и правдивость слишком резко контрастировали с общественными нравами застойной эпохи. Кроме автобиографических записок «Верую…» в книгу включена также документальная повесть «Дочь Юпитера» — о дочери последнего петроградского военного диктатора генерала С. Хабалова, в неожиданном ракурсе освещающая интереснейшие страницы нашей истории.

Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Республика ШКИД

«Республика Шкид» – добрая и веселая книга о беспокойных жителях интерната для беспризорных, об их воспитателях, о том, как хулиганы и карманные воришки превращаются в людей, поступки которых определяют понятия «честь», «совесть», «дружба».

Григорий Георгиевич Белых , Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Том 1. Ленька Пантелеев

Р' настоящее четырехтомное собрание сочинений РІС…РѕРґСЏС' все наиболее значительные произведения Р›. Пантелеева (настоящее имя — Алексей Р

Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Том 2. Республика Шкид

Р' настоящее четырехтомное собрание сочинений РІС…РѕРґСЏС' все наиболее значительные произведения Р›. Пантелеева (настоящее имя — Алексей Р

Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Орлята

В сборнике — рассказы советских писателей, представляющих литературу разных национальностей нашей Родины. Детство юных героев этих произведений совпало с событиями Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войны. Они становятся участниками борьбы за свободу и счастье трудового народа.К 70-летию Великой Октябрьской социалистической революции.Для детей младшего и среднего школьного возраста.

Тазрет Урусбиевич Бесаев , Леонид Михайлович Жариков , Николай Алексеевич Островский , Андрей Васильевич Головко , Змитрок Бядуля , Леонид Пантелеев , Петро Панч

Верую…

Вошедшие в книгу произведения Л. Пантелеева (1908–1987), классика советской литературы для детей, не предназначались автором для прижизненной публикации: их безоглядная исповедальность и правдивость слишком резко контрастировали с общественными нравами застойной эпохи. Кроме автобиографических записок «Верую…» в книгу включена также документальная повесть «Дочь Юпитера» — о дочери последнего петроградского военного диктатора генерала С. Хабалова, в неожиданном ракурсе освещающая интереснейшие страницы нашей истории.

Леонид Пантелеев

Мы знали Евгения Шварца

Евгений Львович Шварц, которому исполнилось бы в октябре 1966 года семьдесят лет, был художником во многих отношениях единственным в своем роде.Больше всего он писал для театра, он был удивительным мастером слова, истинно поэтического, неповторимого в своей жизненной наполненности. Бывают в литературе слова, которые сгибаются под грузом вложенного в них смысла; слова у Шварца, как бы много они ни значили, всегда стройны, звонки, молоды, как будто им ничего не стоит делать свое трудное дело.Он писал и для взрослых, и для детей. Однако во всех случаях, когда он обращался к детям, к нему внимательно прислушивались взрослые. В свою очередь, все, что он писал для взрослых, оказывалось, несмотря на свою глубину, доступным детскому пониманию. Все его большие и малые психологические открытия были рождены его никогда не старевшим интересом к людям. Ом был одним из самых жизнелюбивых писателей нашего времени. Он любил дерзкий человеческий труд, радость отдыха, могучую силу человеческого общения со всеми его испытаниями и превратностями. Вместе с тем ни о ком другом нельзя сказать с такой же уверенностью, как о нем, что он знал цену трудностям жизни, понимал, как нелегка борьба со всеми и всяческими мерзостями, узаконенными собственническим миром; ему было хорошо известно, как упорен и живуч человек — собственник, как изворотлив лжец и как отвратителен злобный и бесшабашный устроитель собственного благополучия.Истинное значение созданного Евгением Шварцем, цельность и неиссякающая сила его творческого наследия стали понятны, как это случается нередко, только после того, как его самого не стало. И вместе с этим возник естественный и непрерывно усиливающийся интерес к личности художника, который так скромно и по — человечески просто прожил свою творческую жизнь. Интерес к личности писателя всегда таков, каков сам писатель.Интерес к Евгению Шварцу далек от поверхностной и равнодушной любознательности, порождаемой столь же поверхностными и столь же равнодушными писательскими репутациями. Любовь к Шварцу — писателю стала также любовью к нему как к человеку, на редкость живому, открытому для всех.Любовью к нему, как к писателю и человеку, продиктована эта книга, авторами которой выступают его друзья, сверстники и литературные спутники, режиссеры, ставившие его пьесы и сценарии, актеры, воплощавшие созданные им образы. Каждый из авторов старается восстановить живые черты ушедшего художника и помочь сохранению в памяти читателей и зрителей его живого и сияющего облика. Сделать это не просто, но хочется думать, что их усилия не окажутся напрасными.

Николай Корнеевич Чуковский , Алексей Пантелеев , Вера Казимировна Кетлинская , Леонид Пантелеев , Леонид Рахманов

За всех маленьких в мире

В сборник входят публицистические произведения А. Толстого, М. Шолохова, И. Эренбурга, написанные во время Великой Отечественной войны.

Аркадий Петрович Гайдар , Алексей Пантелеев , Самуил Яковлевич Маршак , Лидия Корнеевна Чуковская , Алла Николаевна Акимова , Леонид Пантелеев , Л. Раскин

Том 3. Рассказы. Воспоминания

Р' настоящее четырехтомное собрание сочинений РІС…РѕРґСЏС' все наиболее значительные произведения Р›. Пантелеева (настоящее имя — Алексей Р

Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Том 4. Наша Маша. Из записных книжек

Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Том 3. Рассказы. Воспоминания. Пьесы

Р' настоящее четырехтомное собрание сочинений РІС…РѕРґСЏС' все наиболее значительные произведения писателя. Состав томов и расположение материала по тематическому принципу предложены самим автором.Р' третий том вошли рассказы о подвиге, рассказы о детях, маленькие рассказы, воспоминания, одноактные пьесы.Р исунки П. Тырсы и Р

Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Твои ровесники

«С гордо поднятой головой расхаживает Климка по заводу, как доменщик. Эти рослые, сильные, опаленные пламенем люди, одетые в брезент, точно в броню, считаются в заводе главными и держатся смело, уверенно, спокойно. Как равный, Климка угощает доменщиков папиросами, а иногда сам просит закурить. Закурив, начинает серьезный, взрослый разговор, начинает всегда одинаково:— Как поживает, порабатывает наша Домна Терентьевна?Так рабочие окрестили свою доменную печь. Он держит себя везде, во всем на равной ноге с доменщиками. И в походке, и на лице у него как бы написано: «Я тоже доменщик». Иногда случается, скажут ему кто из ехидства, кто по зависти:— Угольщик ты, а не доменщик. У тебя с доменщиками одна копоть общая.— Нет, не одна копоть. Мой уголь не в самовар идет, а в домну…И получается, что он тоже доменщик, и среди них занимает не последнее место».Наравне со взрослыми в разное время — в годы первых пятилеток и в Великую Отечественную войну, в послевоенные годы — трудились их юные помощники — ребята. Об этом — повести и рассказы Л. Пантелеева, А. Кожевникова, Ю. Яковлева, сибиряков Г. Пушкарева, Л. Квина, В. Коньякова и других писателей.

Анатолий Иванович Мошковский , Лев Израилевич Квин , Алексей Венедиктович Кожевников , Алексей Пантелеев , Эдуард Юрьевич Шим , Леонид Пантелеев

Л. Пантелеев — Л. Чуковская. Переписка (1929–1987)

Переписка Алексея Ивановича Пантелеева (псевд. Л. Пантелеев), автора «Часов», «Пакета», «Республики ШКИД» с Лидией Корнеевной Чуковской велась более пятидесяти лет (1929–1987). Они познакомились в 1929 году в редакции ленинградского Детиздата, где Лидия Корнеевна работала редактором и редактировала рассказ Пантелеева «Часы». Началась переписка, ставшая особенно интенсивной после войны. Лидия Корнеевна переехала в Москву, а Алексей Иванович остался в Ленинграде. Сохранилось более восьмисот писем обоих корреспондентов, из которых в книгу вошло около шестисот в сокращенном виде. Для печати отобраны страницы, представляющие интерес для истории отечественной литературы.Письма изобилуют литературными событиями, содержат портреты многих современников — М. Зощенко, Е. Шварца, С. Маршака и отзываются на литературные дискуссии тех лет, одним словом, воссоздают картину литературных событий эпохи.

Алексей Пантелеев , Лидия Корнеевна Чуковская , Леонид Пантелеев

Не умеешь — не прочтешь

«Веселые рассказы и стихи, скороговорки, занимательные картинки, вопросы, задачи и игры» из серии «Школьная библиотека для нерусских школ»

Валерий Сергеевич Алфеевский , Алексей Пантелеев , Геомар Георгиевич Куликов , Самуил Яковлевич Маршак , Евгений Иванович Чарушин , Леонид Пантелеев

Том 2. Республика Шкид. Рассказы для маленьких

Р' настоящее четырехтомное собрание сочинений РІС…РѕРґСЏС' все наиболее значительные произведения писателя. Состав томов и расположение материала по тематическому принципу предложены самим автором.Р'Рѕ второй том вошли повесть «Республика Шкид», «Шкидские рассказы», «Рассказы для маленьких».Р исунки Р

Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Том 1. Ленька Пантелеев

В настоящее четырехтомное собрание сочинений входят все наиболее значительные произведения Л. Пантелеева (настоящее имя — Алексей Иванович Еремеев). В первый том вошли повесть «Ленька Пантелеев», рассказы, стихи и сказки для старшего, среднего и дошкольного возраста. Вступительная статья К. Чуковского.    

Леонид Пантелеев

Честное слово

В эту книгу, написанную автором знаменитой «Республики Шкид», вошли рассказы о детях: «Честное слово», «Новенькая», «Главный инженер», «Первый подвиг», «Буква "ты"» и другие, а также стихи и сказки. Все они уже давно стали классикой и по праву входят в золотой фонд детской литературы.Статья Л. Пантелеева «Как я стал детским писателем» печатается в сокращении.Для среднего школьного возраста.

Роберт Альберт Блох , Алексей Пантелеев , Клавдия Владимировна Лукашевич , Леонид Пантелеев , Роберт Блок

Том 3. Рассказы. Воспоминания

В настоящее четырехтомное собрание сочинений входят все наиболее значительные произведения Л. Пантелеева (настоящее имя — Алексей Иванович Еремеев). В третий том вошли рассказы о детях, маленькие рассказы, литературные портреты, одноактные пьесы.    

Леонид Пантелеев

Рассказы русских писателей

Книжное литературно-художественное издание для детей среднего школьного возраста.Составитель Юдаева Марина Владимировна.Художник Подивилова Ольга Васильевна.

Лев Николаевич Толстой , Максим Горький , Иван Сергеевич Тургенев , Михаил Михайлович Зощенко , Иван Алексеевич Бунин , Николай Семенович Лесков , Леонид Пантелеев

Том 3. Рассказы. Воспоминания. Пьесы

В настоящее четырехтомное собрание сочинений входят все наиболее значительные произведения писателя. Состав томов и расположение материала по тематическому принципу предложены самим автором. В третий том вошли рассказы о подвиге, рассказы о детях, маленькие рассказы, воспоминания, одноактные пьесы. Рисунки П. Тырсы и И. Харкевича.  

Леонид Пантелеев

Повести и рассказы

Автор известной в советские годы повести «Республика Шкид», Л. Пантелеев, завещал издать после своей смерти произведение, которое глубоко потрясло читателей. Повесть «Верую…» – исповедь сильного человека, сохранившего свою веру при советском режиме, в годы войны и тяжелых испытаний.Сила духа, честность и любовь к ближним – главные темы и других произведений Пантелеева, представленных в этом сборнике.

Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Том 4. Наша Маша. Из записных книжек

В настоящее четырехтомное собрание сочинений входят все наиболее значительные произведения Л. Пантелеева (настоящее имя — Алексей Иванович Еремеев). В четвертый том вошли «Наша Маша» (книга для родителей), «Из старых записных книжек»    

Леонид Пантелеев

Республика Шкид

«Республика Шкид» — добрая и веселая книга о беспокойных жителях интерната для беспризорных, об их воспитателях, о том, как хулиганы и карманные воришки превращаются в людей, поступки которых определяют понятия «честь», «совесть», «дружба».

Григорий Георгиевич Белых , Леонид Пантелеев

Орлята(Рассказы)

В сборнике — рассказы советских писателей, представляющих литературу разных национальностей нашей Родины. Детство юных героев этих произведений совпало с событиями Великой Октябрьской социалистической революции и гражданской войны. Они становятся участниками борьбы за свободу и счастье трудового народа. К 70-летию Великой Октябрьской социалистической революции. Для детей младшего и среднего школьного возраста.

Леонид Пантелеев , Петро Панч

Твои ровесники

«С гордо поднятой головой расхаживает Климка по заводу, как доменщик. Эти рослые, сильные, опаленные пламенем люди, одетые в брезент, точно в броню, считаются в заводе главными и держатся смело, уверенно, спокойно. Как равный, Климка угощает доменщиков папиросами, а иногда сам просит закурить. Закурив, начинает серьезный, взрослый разговор, начинает всегда одинаково: — Как поживает, порабатывает наша Домна Терентьевна? Так рабочие окрестили свою доменную печь. Он держит себя везде, во всем на равной ноге с доменщиками. И в походке, и на лице у него как бы написано: «Я тоже доменщик». Иногда случается, скажут ему кто из ехидства, кто по зависти: — Угольщик ты, а не доменщик. У тебя с доменщиками одна копоть общая. — Нет, не одна копоть. Мой уголь не в самовар идет, а в домну… И получается, что он тоже доменщик, и среди них занимает не последнее место». Наравне со взрослыми в разное время — в годы первых пятилеток и в Великую Отечественную войну, в послевоенные годы — трудились их юные помощники — ребята. Об этом — повести и рассказы Л. Пантелеева, А. Кожевникова, Ю. Яковлева, сибиряков Г. Пушкарева, Л. Квина, В. Коньякова и других писателей.

Анатолий Иванович Мошковский , Лев Израилевич Квин , Алексей Венедиктович Кожевников , Эдуард Юрьевич Шим , Леонид Пантелеев

Мы знали Евгения Шварца

Евгений Львович Шварц, которому исполнилось бы в октябре 1966 года семьдесят лет, был художником во многих отношениях единственным в своем роде. Больше всего он писал для театра, он был удивительным мастером слова, истинно поэтического, неповторимого в своей жизненной наполненности. Бывают в литературе слова, которые сгибаются под грузом вложенного в них смысла; слова у Шварца, как бы много они ни значили, всегда стройны, звонки, молоды, как будто им ничего не стоит делать свое трудное дело. Он писал и для взрослых, и для детей. Однако во всех случаях, когда он обращался к детям, к нему внимательно прислушивались взрослые. В свою очередь, все, что он писал для взрослых, оказывалось, несмотря на свою глубину, доступным детскому пониманию. Все его большие и малые психологические открытия были рождены его никогда не старевшим интересом к людям. Ом был одним из самых жизнелюбивых писателей нашего времени. Он любил дерзкий человеческий труд, радость отдыха, могучую силу человеческого общения со всеми его испытаниями и превратностями. Вместе с тем ни о ком другом нельзя сказать с такой же уверенностью, как о нем, что он знал цену трудностям жизни, понимал, как нелегка борьба со всеми и всяческими мерзостями, узаконенными собственническим миром; ему было хорошо известно, как упорен и живуч человек — собственник, как изворотлив лжец и как отвратителен злобный и бесшабашный устроитель собственного благополучия. Истинное значение созданного Евгением Шварцем, цельность и неиссякающая сила его творческого наследия стали понятны, как это случается нередко, только после того, как его самого не стало. И вместе с этим возник естественный и непрерывно усиливающийся интерес к личности художника, который так скромно и по — человечески просто прожил свою творческую жизнь. Интерес к личности писателя всегда таков, каков сам писатель. Интерес к Евгению Шварцу далек от поверхностной и равнодушной любознательности, порождаемой столь же поверхностными и столь же равнодушными писательскими репутациями. Любовь к Шварцу — писателю стала также любовью к нему как к человеку, на редкость живому, открытому для всех. Любовью к нему, как к писателю и человеку, продиктована эта книга, авторами которой выступают его друзья, сверстники и литературные спутники, режиссеры, ставившие его пьесы и сценарии, актеры, воплощавшие созданные им образы. Каждый из авторов старается восстановить живые черты ушедшего художника и помочь сохранению в памяти читателей и зрителей его живого и сияющего облика. Сделать это не просто, но хочется думать, что их усилия не окажутся напрасными.

Михаил Леонидович Слонимский , Николай Корнеевич Чуковский , Вера Казимировна Кетлинская , Леонид Пантелеев , Леонид Рахманов

Том 2. Республика Шкид

В настоящее четырехтомное собрание сочинений входят все наиболее значительные произведения Л. Пантелеева (настоящее имя — Алексей Иванович Еремеев). Во второй том вошли повесть «Республика Шкид», «Шкидские рассказы», «Рассказы о подвиге».    

Леонид Пантелеев

Том 4. Наша Маша. Литературные портреты

В настоящее четырехтомное собрание сочинений входят все наиболее значительные произведения писателя. Состав томов и расположение материала по тематическому принципу предложены самим автором.В этом томе собраны произведения, предназначенные для взрослого читателя, в первую очередь для родителей: «Наша Маша» (книга для родителей) и литературные портреты.Рисунки М. Беломлинского.

Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Том 4. Наша Маша. Литературные портреты

В настоящее четырехтомное собрание сочинений входят все наиболее значительные произведения писателя. Состав томов и расположение материала по тематическому принципу предложены самим автором. В этом томе собраны произведения, предназначенные для взрослого читателя, в первую очередь для родителей: «Наша Маша» (книга для родителей) и литературные портреты. Рисунки М. Беломлинского.  

Леонид Пантелеев

Зелёные береты

«Я никогда не был пионером, хотя по возрасту вполне мог не один год, а даже несколько лет носить красный галстук. И мало того, что я сам не состоял в пионерской организации, какое-то время я считал всех юных пионеров своими смертельными врагами…»

Григорий Георгиевич Белых , Алексей Пантелеев , Леонид Пантелеев

Республика Шкид

Леонид Пантелеев

Л. Пантелеев — Л. Чуковская. Переписка (1929–1987)

Переписка Алексея Ивановича Пантелеева (псевд. Л. Пантелеев), автора «Часов», «Пакета», «Республики ШКИД» с Лидией Корнеевной Чуковской велась более пятидесяти лет (1929–1987). Они познакомились в 1929 году в редакции ленинградского Детиздата, где Лидия Корнеевна работала редактором и редактировала рассказ Пантелеева «Часы». Началась переписка, ставшая особенно интенсивной после войны. Лидия Корнеевна переехала в Москву, а Алексей Иванович остался в Ленинграде. Сохранилось более восьмисот писем обоих корреспондентов, из которых в книгу вошло около шестисот в сокращенном виде. Для печати отобраны страницы, представляющие интерес для истории отечественной литературы. Письма изобилуют литературными событиями, содержат портреты многих современников — М. Зощенко, Е. Шварца, С. Маршака и отзываются на литературные дискуссии тех лет, одним словом, воссоздают картину литературных событий эпохи.

Лидия Корнеевна Чуковская , Леонид Пантелеев