— Остролапка! — громко позвала Листвичка, сидевшая на поляне в окружении раненых. — Я не могу одна осмотреть всех пострадавших.

— Иду! — вскочила ученица. — Прости меня! — она подхватила хвощ и помчалась туда, где лежали Милли с Крутобоком.

Львинолапу очень хотелось утешить Воробушка, но это была единственная битва, которую его братишке предстояло вести в одиночку. Сколько ни молись Звездному племени, но зрение для Воробушка не выпросишь…

Хорошо, что Остролапке понравилось сражаться с племенем Теней! Львинолап смотрел, как она разжевывает хвощ и осторожно выжимает сок на раны Милли. Каждый раз, когда Милли морщилась от боли, Остролапка в ужасе вздрагивала и отворачивалась.

Непонятная тревога пойманной птицей забилась в животе у Львинолапа. Сейчас Остролапка выглядела совсем несчастной и запуганной; глядя на ее неуклюжие движения просто нельзя было поверить в то, что она только что с такой быстротой и легкостью сражалась с врагами. В бою глаза ее сверкали отвагой, а сейчас в них отражались растерянность и страх. И впервые странная мысль, как острая заноза в подстилке, кольнула Львинолапа:

«А так ли она хочет стать целительницей?»

Глава XVI

— Белка, возьми с собой Белохвоста, Пепелинку, Терновника и Маковинку и бегите на охоту, — услышал Воробушек громкий голос Огнезвезда. — Сегодня нашим воинам нужно как следует подкрепиться.

Воробушек свесил усталые лапы и с наслаждением прижал их к холодной поверхности камня. Он тоже был измучен и исцарапан, но не нуждался в посторонней помощи и мог позаботиться о себе самостоятельно.

Листвичка, распространяя сильный запах ноготков, подошла к Урагану и принялась накладывать разжеванную кашицу на раны серого воина. Остролапка все еще занималась Милли, но Воробушек с удивлением заметил, что не забота, а какая-то странная растерянность пульсирует в лапах сестры. Остролапку явно что-то тревожило, но Воробушек был слишком погружен в свои мысли, чтобы думать об этом.

Он думал о том, справился бы он с Совушкой без помощи Львинолапа. «Справился бы!» — упрямо решил котенок. Слух и запах помогли бы ему не промахнуться. Хотя холодное сомнение продолжало грызть его желудок.

Во время битвы все происходило так быстро, что Воробушек просто не успевал сориентироваться. С одной стороны он слышал сопение Совушки, но это никак не спасало его от сильного удара с другой. Крики воинов и звуки битвы заглушали шаги оруженосца, и Воробушек беспомощно вертелся во все стороны, тогда как Совушка ловко обходил его сзади и драл когтями по спине.

«Я никогда не буду воителем».

Больше всего на свете Воробушек хотел стать воителем, но приходилось признать, что он не может сражаться в одиночку. Бессильная ярость захлестнула его, заревела внутри, словно загнанный в угол барсук.

«Я не знаю никого, кто обладал бы таким могучим даром, как ты, — вспомнились ему слова Листвички. — Мне кажется, тебе предназначено стать целителем».

Всю жизнь он мечтал, что вырастет и станет воителем. Так почему же теперь ему кажется, будто Звездное племя уготовило ему другой путь?

— Ежевика! — окликнул глашатая Огнезвезд. Воробушек настолько глубоко погрузился в свои горести, что даже не заметил, как вернулся отец.

— Мы переметили все деревья и уничтожили вонь племени Теней, — доложил Ежевика.

Отца что-то тревожило. Воробушек чувствовал, что какое-то непонятное ему чувство сковывает язык глашатая.

— Дубравник заявил, что Сумрачные коты имеют право на нашу территорию, поскольку в Грозовом племени слишком много… — Ежевика смущенно замялся и с усилием закончил: —…нечистокровных котов.

— Значит, они до сих пор верят в то, что лишь рожденные в племени могут стать воителями, — прорычал Огнезвезд.

— Я сказал ему, что в Грозовом племени каждый кот — настоящий воитель, — кивнул Ежевика.

— Отлично! — повысил голос Огнезвезд, чтобы каждый на поляне мог услышать его слова. — В Грозовом племени нет ни одного кота, недостойного находиться здесь.

«Ага, Дым сразу забеспокоился. Интересно, что-то он скажет?»

— И все-таки, в словах Сумрачных котов есть доля истины, — слова старшего воина, словно брошенный на лед камень, раскололи морозный воздух. — За последнее время Грозовое племя приняло больше чужаков, чем любое другое. Все упрекают нас за это, ведь больше нас не в чем упрекнуть.

Ураган вихрем сорвался с места.

— Какое нам дело до того, что думают другие племена? — оскалился он. — Я сам вырос в Речном племени, но кто посмеет усомниться в моей преданности Грозовому племени?

— Твой отец чистокровный Грозовой кот, — напомнил Дым. — В твоих жилах течет кровь Грозового племени.

— А вот мы не чистокровные, и что с того? — взвилась Орешинка, и ее мягкая серо-белая шерсть встала дыбом от возмущения. — Мы с Мышонком и Ягодкой родились на пастбище, вы все это знаете. Но разве кто-то может сказать, что мы тренируемся хуже чистокровных оруженосцев?