Читаем Знак Трёх полностью

— Ты хочешь стать целительницей? — пробормотал Воробьишка, склоняя голову набок.

— А почему бы нет? — разозлилась Остролисточка.

— А я скорее умру, чем позволю запереть меня в пещере целительницы, чтобы вечно ходить за больными и перебирать вонючие травы! — процедил Воробьишка, глубоко вонзая когти в подстилку. — Нет, я хочу быть воином! Хочу ходить в патрулирование, охотиться и сражаться за свое племя!

Остролисточка, словно завороженная, смотрела на своего гордого и мужественного брата. Огнезвезд обязательно должен позволить ему стать воином!

* * *

Она проснулась задолго до рассвета. В детской было темно, уютно и тепло от кошачьего дыхания. Остролисточка лежала в своем гнездышке, прислушиваясь к уханью совы, охотившейся в роще возле озера. Она была слишком взволнована, чтобы уснуть. Накануне вечером Ежевика сказал ей, что Огнезвезд все-таки согласился произвести их в оруженосцы.

— Вы хорошо себя вели и не покидали детскую без разрешения, — сказал отец, когда она брала добычу из общей кучи.

Остролисточка посмотрела на братьев, с аппетитом ужинавших возле скалы.

— А Воробьишка?

— Не волнуйся, — успокоил ее Ежевика. — Огнезвезд не забыл о Воробьишке.

Остролисточка перевернулась на другой бок и как следует потянулась. Сегодня в полдень она узнает, разрешили ли ей стать ученицей Листвички.

Она представила, как станет работать в пещере целительницы, лечить травами желудочные колики, зализывать ушибы и ходить в лес за лекарственными растениями, которые она будет знать назубок, на вкус и на запах. У нее даже шерстка распушилась при мысли о том, какой умницей она станет.

Остролисточка закрыла глаза и попыталась представить, как Звездное племя придет к ней во сне, но почему-то, как ни старалась, видела только себя — только уже взрослой пушистой целительницей. Вот она идет по лесу со своей собственной ученицей, показывает ей разные растения, учит всему, чему очень скоро научит ее Листвичка, и уходит все дальше и дальше в темный лес…

Она открыла глаза. Рассвет сочился сквозь густые заросли ежевики. Рядом крепко спали Львенок и Воробьишка. Белкино гнездо, как всегда, было пустым и холодным. Наверное, мама опять вернулась из патрулирования поздно и отправилась спать в воинскую палатку.

Остролисточка села и сладко потянулась.

— Уже проснулась? — спросила Тростинка. Она кормила своих котят, и ее светлая шерстка мягко светилась в рассветных сумерках.

— Я просто не могу больше спать! — призналась Остролисточка.

— Если хочешь, можешь пойти пройтись, — разрешила Тростинка. — Скоро вернется рассветный патруль и принесет теплой дичи.

Ледышка повернулась и посмотрела на Остролисточку своими круглыми голубыми глазами.

— Ты сегодня уже не будешь спать в детской? — пропищала она.

— Наверное, нет, — ответила Остролисточка. — Надеюсь, сегодня я смогу спать в пещере Листвички.

Лисенок оторвался от матери и с любопытством посмотрел на нее.

— А я жду не дождусь, когда буду спать в палатке оруженосцев вместе со Львенком!

— Скоро будешь, — заверила его Остролисточка.

— Еще не скоро, — пискнул Лисенок. Он развернулся и вдруг ухватил сестру за подрагивающий тонкий хвостик. — Когда же я, наконец, стану воином!

Ледышка сердито выдернула свой хвост и снова посмотрела на Остролисточку.

— Ты будешь к нам приходить? Расскажешь, как это — быть ученицей?

— Конечно, — мурлыкнула Остролисточка и кивнула Тростинке. — До свидания!

Ледышка с Лисенком торопливо выбрались из материнского гнездышка.

— Пока, Остролисточка! — пропищала Ледышка и, вытянув шейку, попыталась дотронуться щекой до щеки старшей кошки.

— Пока, Ледышка, — Остролисточка наклонилась и лизнула Лисенка между ушек. — Будьте умничками.

Потом, с неожиданной грустью, в последний раз обвела глазами детскую и вышла на поляну.

Лучи рассвета заливали лагерь. Под кустами и по краям оврага, обнесенного высокими каменными стенами, лежали клочья тумана. Остролисточка выгнула спину, как следует потянула передние лапки, потом задние, и с наслаждением вдохнула свежий морозный воздух.

— Доброе утро! — окликнула ее Белка. Она сидела перед воинской палаткой и неторопливо терла лапкой за ушами. Ежевика тоже был здесь.

— Привет! — воскликнула Остролисточка, бросаясь к родителям.

Ежевика с гордостью посмотрел на нее и басовито проурчал:

— Сегодня у вас праздник! — Он ласково прижался щекой к ее щеке.

— Да, — прошептала Остролисточка, стараясь не думать о том, что они едва не потеряли право стать оруженосцами.

Заросли утесника всколыхнулись, сообщая о возвращении рассветного патруля. Первым на поляну выскочил Белохвост, за ним его ученица Пепелинка, последним из-за ограды показался Ураган. Все несли в зубах свежую добычу.

Ежевика пошел навстречу патрульным, его полосатая шкура влажно блестела на солнце от капель росы с веток воинской палатки.

— Все в порядке?

— Границы в сохранности, — доложил Белохвост. — Вот только племя Теней и племя Ветра постоянно обновляют свои метки.

Остролисточка заметила, как Белка насторожила уши.

— Думаете, это не к добру? — быстро спросил Ежевика.